Реактор (СИ)

— В смысле? — переспросил тот же.
— В прямом! Давайте поговорим, — сказал Ваня и скрестил руки на груди, — только при одном условии.
— При условии? — удивился его собеседник.
— Да! Вы извинитесь перед моим другом и пообещаете больше его пальцем не трогать, идёт? — сказал Ваня.
Два хозяина ямы переглянулись удивлённо, но не нашли что возразить.
— Идёт! — сказал тот, в которого попал кол, — я же не знал, что он разумный. Это от неожиданности я ему вдарил ботинком.
Ваня посмотрел на его ноги. Он это увидел сразу, но не сакцентировал внимания, а теперь это выглядело действительно странно. Одеты они были в шкуры, но на ногах были добротные рабочие ботинки на шнурках. Учитывая то, что говорят они на одном языке, получалось, что это никакие не дикари.
— Он относительно разумный, — сказал после небольшой паузы Ваня, — но он со мной. Я ему должен. Так что, не обижайте.
— Договорились! — ответил ушибленный, который уже вставал, потирая больное место.
— Ты это, прости, я тоже погорячился. Вспылил просто, — сказал Ваня.
— Да ничего. Хорошо, что тупым концом прилетело, — усмехнулся ушибленный, — хотя, кинул ты здорово, тут ничего не скажешь! 
К этому моменту подошли другие хозяева ловушек. Ваня насчитал почти двадцать человек. Все его удивлённо разглядывали, поражаясь его физической мощи. Ване даже стало слегка неловко, хотя он к этому привык, так как разглядывали его часто.
— А вы кто? — спросил Ваня, — вижу, что не местные, а как-то связаны с космодромом.
— Очень косвенно, — ответил ушибленный, — чисто технически, мы колонизаторы. А ты кто?
— Хотел бы объяснить как-нибудь просто, но не смогу. История бредовая вышла. Я сюда… как бы это сказать… через портал залетел, — сказал Ваня и посмотрел с опаской на них, ожидая, как они отреагируют.
— Ничего бредового. Обычное дело. Только вот людей обычно не забрасывает, всё больше животных и птиц, — сказал ушибленный, — а мы тут застряли, после инцидента. А вообще, очень хочется в цивилизацию. Только космодром, как наследие прошлого, у нас и остался. Если бы не он, может быть, мы и забыли бы уже, что есть другой мир, развитый, — сказал ушибленный.
— Ну, не знаю, — сказал Ваня, — разговариваешь ты, как вполне цивилизованный человек.
— Стараемся поддерживать уровень. Книги, беседы на научные темы. Теперь ещё и своих детей учим, что бы совсем не одичать. Но предчувствия плохие. Есть подозрение, что планету навсегда забросили и закрыли для колонизации, — сказал ушибленный.
— А вас что, забыли что ли тут? — удивился Ваня.
— Не то чтобы забыли, скорее, посчитали погибшими. Когда вся эта история началась, тут столько суеты и паники было, столько людей реально погибло, что это и не удивительно. Потом с нами пытались связаться, постоянно посылали на планету сигнал, в течение пяти лет. Ровно. Наверное, протоколом так предусмотрено. А мы слышали, но ответить не могли. Ни одного передатчика целого не осталось. Хотели с космодрома ответить, но все кто туда ушёл, так и не вернулись. Проклятое место.
— А что случилось-то? — спросил Ваня.
— Да кто же его знает? Локальный апокалипсис, — сказал ушибленный, — объяснения этому нет. Но на космодром лучше не ходить, там выжить нереально. Сплошные ловушки и нарушение законов физики. Как лет пятьдесят назад это началось, так и продолжается до сих пор.
— А мы разве сейчас не на космодроме? — удивился Ваня.
— Не совсем. Мы в грузовых терминалах. Тут попроще. Тоже есть ловушки, но не так много. Мы их находим и стараемся стороной обходить. Да мы бы вглубь и не совались, но живность, на которую мы охотимся, каким-то образом допёрла, что тут ей безопаснее и вся ушла сюда. Когда это началось, у нас голод даже случился. Пришлось сюда охотничьи угодья переносить, на краешек космодрома, — сказал ушибленный.
— Я тут свинью попробовал, чуть сам не помер, — сказал Ваня.
— Да, мясо у них такое, специфическое. Тут у всей живности так. Есть, в принципе, можно, но нужно уметь готовить. Вымачивать в правильном растворе. Тогда нормально. А так-то, конечно, не стоит.
 
— Пятьдесят лет, примерно, говоришь? — задумчиво сказал Ваня.
— Да, представляешь? А мы почти не постарели! Но это только тут работает, на космодроме и в ближайших окрестностях. Когда всё это случилось, часть людей возле космодрома поселилась, в надежде, что рано или поздно заберут. Но часть смирилась и ушла дальше, вглубь континента. Решили строить новую жизнь. Так вот, там уже из наших ровесников почти никого не осталось. Между ними и нами есть ряд небольших селений, и постепенно выявилась закономерность, что чем ближе селение к космодрому, тем медленнее там стареют люди. А чем дальше, тем быстрее. Ну, вернее, обычно стареют, как везде. А ты говоришь, что порталы это бредовая тема, — сказал ушибленный.
— Да нет, для меня это как раз обычное дело. На той планете, откуда я сюда попал, люди живут практически вечно. Стареют, но крайне медленно. Учитывая мой полёт через портал, можно выдвинуть гипотезу, что между планетами установилась какая-то связь и этот эффект частично перенёсся и в этот мир. Как будто этот мир, частично присутствует в том… или наоборот, — задумчиво сказал Ваня.
— А что за планета, откуда ты прибыл? — спросил ушибленный.
— Про выживальщиков слышали? Экстремальный туризм и всё такое? — спросил Ваня.
— Да, что-то такое было… но это всё как в тумане. Много времени прошло, — сказал ушибленный.
— Так вот эта планета и есть. Туда ещё и заключённых свозят отовсюду. Я, собственно, из тюрьмы сам. Попал по приговору. Но вы не волнуйтесь, я не того, не опасный, — сказал Ваня и подумал, что про это упоминать было не обязательно, но теперь делать уже нечего, слова обратно в рот не затолкаешь. 
— Среди колонизаторов тоже разный народ попадается. Мы уже давно судим людей не по их прошлому, а по сегодняшним поступкам. В сложной ситуации всегда сразу видно, кто чего стоит. Интуиция мне подсказывает, что ты нормальный человек. Доверять тебе можно. Да и такую историю, что ты нам тут рассказал, нарочно не сочинишь. Если бы и врал, придумал бы что попроще. Мы тут новых лиц с тех самых пор не видели, только если у новорожденных, — ушибленный усмехнулся, — так что будем считать твой визит счастливым предзнаменованием. Вдруг что-то изменилось, или изменится? Выбраться отсюда, это наша коллективная мечта.
Ваня услышал сзади тихий шорох. Он оглянулся и увидел, как над краем ямы показалась голова деревяшки. Взгляд был очень серьёзный и сосредоточенный. 
— Как ты, дружок? — спросил Ваня, подошёл к Деревяшке, взял его на руки и посадил себе на шею.
Ушибленный подошёл к ним и протянул Деревяшке руку.
— Прости, что я тебя ударил! — сказал он, — но и мне от твоего товарища тоже досталось. Давай считать, что мы в расчете, идёт?
Внезапно Деревяшка протянул свою маленькую ладошку и вложил ему в руку. Ушибленный её бережно пожал.
— А что это за существо? — спросил он.
— Не знаю, — сказал честно Ваня, — но он мне жизнь уже не раз спасал, так что, он под моей защитой.
— Ну что, ребят, отведём их на нашу ближайшую базу? Покажем, как мы живём? — спросил ушибленный у своих друзей.
— Конечно, — начали говорить они, поглядывая друг на друга и кивая, — почему нет? Хуже-то не будет.
— Жаль только без добычи сегодня остались, — сказал ушибленный.
— Я бы так не сказал, — усмехнулся Ваня.
— Почему? — удивился ушибленный.
— Там в яме, лежит здоровенная свинья, она туда до нас свалилась. Если вы их едите, то вот вам и добыча, — сказал Ваня.
— Серьёзно? — обрадовано сказал ушибленный и подбежал к краю ямы, — ты глянь, она там всё разворотила… или это ты? — повернулся он к Ване, улыбаясь.
— Не, в основном она, — тоже улыбнулся Ваня, — я только так, маленько поучаствовал.
Пришлось подождать, пока колонисты вытащат наружу свинью, повтыкают заново колья и замаскируют яму сверху. Наконец, когда всё было готово, они погрузили свинью на что-то вроде носилок и тронулись в путь.