Блистательный Двор

– Мой отец говорил с капитаном. Шторм стих. Просто чудо, что никто не погиб и корабль не получил серьезных повреждений. Непонятно, в каком состоянии груз, но мы это обязательно выясним.
В кают-компании раздались вздохи и вскрики облегчения.
– Сейчас ночь. Как только облака разойдутся, капитан определит наше местоположение. А вы попробуйте отдохнуть.
Он ушел, и многие девушки воспользовались его советом. Нам с Мирой было не до сна: возбуждение боролось с усталостью. Но море перестало бушевать, и в итоге я провалилась в дрему.
Мира, не терявшая чувства времени, разбудила меня и посмотрела на мисс Брэдли. Наша наставница не спала.
– Кажется, наступило утро, мадам, – вымолвила Мира. – Можно нам подняться наверх и посмотреть, как дела?
Мисс Брэдли ответила не сразу. Я видела по ее лицу, что благоразумие требует оставить нас в кают-компании, но любопытство было сильнее.
– Хорошо, – согласилась она. – Но мы пойдем все вместе. Нас могут отослать обратно.
Она повела нас и еще нескольких девушек по коридору к трапу, с помощью которого можно было выбраться на палубу. Нас встретило серое утро – и тут выяснилось, что мы не единственные, кому не сиделось в укрытии. Некоторые наши спутники, в том числе Джаспер и Седрик, стояли на палубе и наблюдали за происходящим на судне. Повсюду виднелись следы поломок, но «Добрая надежда» плыла быстро и уверенно.
Матросы лихорадочно занимались ремонтом корабля.
– Смотрите! – произнес Грант, подойдя к нам и указывая на запад.
Мы с Мирой повернулись и застыли при виде темно-зеленой линии на горизонте.
– Я готов был поклясться, что ветер уносит нас в пучины ада, но, похоже, он сжалился над нами, – добавил Грант. – Это Мыс Триумфа.
– Адория… – прошептала я. Во мне вспыхнуло торжество, развеяв оцепенение, в котором я пребывала после шторма. Я повернулась к Мире и увидела, что она разделяет мои чувства. – Адория!
Милостью Уроса мы каким-то образом пережили ураган и достигли Нового Света. Я жадно осматривалась, ожидая, что и другие девушки сейчас будут плясать от восторга. Некоторые искренне радовались, но почти все остальные казались невеселыми. Даже мрачными. В том числе Седрик и его отец.
Я поймала взгляд Седрика. Меня потрясло горе, застывшее в его глазах.
– Что-то случилось? – спросила я.
Он кивнул на матроса, который держал в руках какой-то странный предмет. Я шагнула поближе, и меня захлестнула волна паники. Матрос держал в руках обломок деревянной скульптуры, которые обычно крепятся на кораблях. Я различила, что это часть женского лица, и… обомлела.
Это изваяние красовалось на форштевне «Серой чайки».
– Выловили из воды, – пробормотал матрос.
– Нет! – прошептала я. – Не может быть!
А потом я заметила, что второго корабля нигде не видно. На протяжении всего плавания он шел рядом с «Доброй надеждой»: порой впереди нас, порой – позади, но всегда держался неподалеку.
Теперь «Серой чайки» нет.
Первый помощник капитана шагнул ко мне и понурился.
– «Серая чайка» пропала, – с грустью констатировал он.
 
Глава 12
 
Пока судно подплывало к Адории, я была как в тумане. Я стояла на палубе вместе с девушками и тупо смотрела на чужой зеленый материк, который становился ближе с каждой минутой. Мне вяло подумалось, что я еще никогда в жизни не видела такого количества деревьев. Хотя Триумфальный являлся старейшим городом в Новом Свете, было ясно, что дикую природу там полностью покорить пока не удалось.
Но я молчала. Мира находилась возле меня: мы не разнимали рук и горевали о потере. А мне полагалось ликовать. Сердце у меня должно было колотиться в предвкушении чуда. Ведь этого я и ждала: Адория являлась целью моего плана, который зародился в тот день, когда я отправила Аду к ее родне. Однако я оказалась не способна наслаждаться этой минутой. На сердце у меня было тяжело, внутри все заледенело – похоже, навсегда.
– Поднимайте штандарт! – потребовал Джаспер.
Громкой возглас Джаспера вернул меня к реальности, и я вышла из оцепенения. Когда обнаружились обломки «Серой чайки», Джаспер был потрясен не меньше, чем остальные, но он незамедлительно переключился на гнев. Торн-старший неистово ругал утонувший экипаж «Серой чайки» – поскольку он, Джаспер Торн, понес из-за этого неслыханные потери. Он лишился и товаров, и бесценных жемчужин!.. Излияния Торна-старшего прекратил наш капитан: он резко заметил, что если кого и следует винить, то самого Джаспера.
 
Я мысленно согласилась с капитаном. Именно Джаспер настоял на плавании в конце зимы, подвергнув нас риску внезапных штормов, вроде того, который налетел на нас накануне вечером.
И Джаспер быстро переключился на свой обычный равнодушный деловой стиль, как будто урагана вообще не было.
Какой-то матрос поднял штандарт Блистательного Двора, закрепив его под флагом Осфрида. Джаспер с удовлетворением улыбнулся и обратился к мисс Брэдли.
– Как только его заметят, известие распространится мгновенно. – Он жестом указал на девушек, жмущихся на палубе. – Через несколько часов мы будем на берегу. Позаботьтесь о том, чтобы барышни подготовились.
В тусклом утреннем свете лицо мисс Брэдли казалось мертвенно-бледным.
– Подготовились, сударь? – переспросила она.
– Половина вероятных клиентов выйдет на пристань. Они, конечно, пожелают посмотреть на выпускниц. Я требую, чтобы девушек нарядили в их лучшие наряды. Пусть они продемонстрируют все, чему научились за этот год. Катастрофа с «Серой чайкой» ничего не меняет.
– Разумеется, сударь, – пролепетала она и склонила голову. – Девочки, надеюсь, вы слышали мастера Джаспера. Давайте спустимся вниз: вам надо переодеться. Вы выглядите как оборванки.
Девушки покорно двинулись к трапу, но я застыла на месте. Я недоверчиво уставилась на Джаспера и заговорила не сразу – отнюдь не потому, что не решалась. Я просто не могла толком выразить свое возмущение.
– Ничего не меняет? – наконец произнесла я. – Как вы можете такое утверждать? Случилась трагедия! Погибли все, кто находился на корабле. Половина выпускниц… и Тэмсин – моя подруга! А вам все равно? Вы считаете, что мы чинно прошествуем на берег и начнем кокетничать и улыбаться?
Джаспер устремил на меня немигающий взгляд.
– Я полагаю, что вы сделаете то, ради чего сюда приплыли: вступите в брак, который будет выгоден вам и мне. «Серую чайку» уже не вернуть. Я понимаю, что из-за кораблекрушения мое предприятие понесет огромный ущерб. Но вы уцелели, поэтому вам необходимо и дальше соблюдать условия контракта Блистательного Двора. Кроме того, я вложил в вас всех столько денег! Так что, мисс, вы облачитесь в нарядное платье и сойдете с корабля с безмятежным видом, как будто вы счастливы оказаться в Адории.
Я сделала шаг по направлению к Джасперу, не боясь ни его роста, ни высокого положения.
– Я не собираюсь вам подчиняться! Я помню, что я должна играть в Адории роль послушной куклы, которую вы выставите на аукционе. Но в моем контракте не говорится о том, что я обязана отключить свои чувства… что я могу игнорировать недавнюю трагедию! Я думаю, что вам следует добавить в курс нашего обучения бессердечность: вы в этом настоящий специалист!
– Аделаида! – ахнула мисс Брэдли. – Как вы смеете дерзить мастеру Джасперу? Извинитесь перед ним!
– Вы имеете право на собственное мнение, – хладнокровно заявил мне Джаспер. – Урос свидетель: вы никогда не стеснялись его выразить. Но вы подписали строгий контракт. Вы должны выйти замуж в Адории, и подготовка к этому начинается именно сейчас. Если вы пожелаете вернуться в Осфрид в работный дом, я легко смогу отослать вас обратно.
– Если я пожелаю попасть в Осфрид, то я прекрасно обойдусь без вашей помощи!
Я повернулась к нему спиной и удалилась, игнорируя протесты мисс Брэдли. Я не обращала внимания на то, куда иду, проталкиваясь мимо изумленных матросов и пассажиров. Добравшись до люка, который вел на нижний уровень «Доброй надежды», я спустилась по лесенке и быстро преодолела лабиринт внутренних переходов. Ворвавшись в трюм, я бросилась к своей картине. Я ничего не осознавала, но не слишком удивилась, обнаружив, куда привело меня сердце. Во время путешествия только это место и было целиком моим.