Разреши тебя любить (СИ)

— М-м-м, Яричек, сделай так еще-е-е… — голос срывается на тихий стон от того, как глубоко и мощно ощущаются толчки. Будто головка члена задевает какие-то нереально чувствительные точки внутри меня.
— Моя девочка… Люблю тебя, родная…
— И я тебя люблю. Очень-очень люблю, Яр.
Дальше нет места словам. Есть только взгляды, жесты, ласки, нежные касания, которые значат гораздо больше любых слов и признаний. Столько лет прошло, столько лет мы вместе, а ощущение, что все никак насытиться друг другом не можем. Каждая близость как взрыв сверхновой — до звона в ушах и сияющих звездочек перед глазами.
Мы с Яром приходим к финалу практически одновременно. Сначала муж толкает меня в бездну невероятного удовольствия, от которого закатываются глаза и губы распахиваются в беззвучном крике и их тут же запечатывают собственническим поцелуем. Следом за мной с животным рыком кончает Ярик, изливаясь глубоко во мне.
— Красавица моя, — быстро целует в губы, — самая любимая, самая желанная моя девочка!
Мы лежим в объятиях другу друга еще несколько минут, ловя отголоски удовольствия. Затем вместе идем в душ. Там, конечно же, не обходится без второго раунда. Секс в душе — это отдельный вид удовольствия для моего мужа. Он старается не упускать возможности проскользнуть ко мне в кабинку и получить свой “кусочек” секса.
После душа, приведя себя в порядок и распределив обязанности, покидаем наш маленький уютный мирок, который находится в нашей спальне. Ярик идет в десткую, чтобы разбудить и умыть наших мелких сорванцов — полуторагодовалых Костика и Ксюшку, я спускаюсь на кухню, чтобы приготовить всем завтрак и поговорить со старшим сыном.
Костя и Ксюша — двойня, которую я совершенно не ожидала и которой Яр невероятно обрадовался. Мы, конечно, обсуждали появление еще одного ребенка, как только Сережа подрастет. Я хотела потянуть с этим немного подольше, хотя бы пока Сереже не исполнится десять лет, чтобы мой старший малыш не лишался всего нашего внимания. Но судьба распорядилась иначе. Это я сначала так думала, что судьба. А по факту оказалось, что это все решил Ярик. С громкими речами о том, что он врач и сам будет подбирать мне противозачаточные препараты и витамины, этот… “врач”, блин, пичкал меня витаминами для беременных вместо противозачаточных. Классика жанра прям!
Ох, как я орала на него, когда тест неожиданно показал две яркие красные полоски! А Яр стоял и улыбался, как пришибленный. Я даже подумала, что у него шок. Но когда он сначала подхватил меня на руки, а потом также резко поставил на пол и сам рухнул на колени, зацеловывая мой живот и приговаривая “Наконец-то у меня получилось!”, тут-то мне и стало все понятно. Я, конечно, злилась на него за то, что он единолично принял такое серьезное решение, но злилась недолго, потому что сама хотела еще одного малыша.
Получилось как в анекдоте: я хотела ребенка, Яр хотел ребенка. Ребенок и еще ребенок равно два ребенка. Простая математика. Поистине, будьте осторожны со своими желаниями и четко формулируйте запросы во вселенную, ибо она все слышит.
Вот так у нас и появились Костик и Ксюха, мои любимые карапузы.
— Доброе утро, сынок, — сын сидит на кухне с пинцетом в руках и сосредоточенно достает один из предметов в настольной игре “Операция”. Желает пойти по стопам отца и стать хирургом. — Как дела? Папа сказал, что ты меня звал?
Поцеловав сына в вихрастую макушку и получив в ответ чмок в щечку, нажимаю кнопку на кофемашине, сажусь напротив сына и беру в руки второй пинцет. Уступив мне “ход”, сын поднимает на меня серьезный взгляд.
— Да все хорошо, мам. Просто не мог найти свои резиновые сапоги и запаниковал, что папа не возьмет меня с собой на рыбалку, — спокойно рассказывает Сережка, — а потом сел, подумал и успокоился. Это же папа! Если он обещал меня взять с собой, значит, возьмет. И с сапогами вопрос решит. Он же у нас самый классный и всегда выполняет обещания.
— Да, родной, — смотрю на своего восьмилетнего маленького мужчину и едва сдерживаю слезы восхищения. Он ведь у меня такой… Весь в папу, одним словом. — Папа у нас такой. Я рада, что ты это понимаешь.
 
— Он меня никогда не подводил! — пожимает плечами как бы между делом, озвучивая очевидный для него факт, — Ой, мама, ты проиграла! — звонко хохочет, глядя на то, как я вздрагиваю от громкого внезапного звука, что издает эта игрушка, когда я задеваю пинцетом стенки условной “раны”. — Я выиграл! Я выиграл! — радуется сын.
— По какому поводу веселье и почему нас не позвали? — в кухню заходит Ярик, держа на руках наших мелких. Те довольно лыбятся и кусают свои кулачки, поливая папочку слюнями.
— Я выиграл! — довольно заявляет Сережка папе, — Но ты, мамочка, не переживай, — поворачивается ко мне, — в следующий раз у тебя обязательно получится. Да же, пап?
— А то! — поддакивает Яр, усаживая детей в их стульчики. — Так, сейчас все сидим тихо, не мешаем маме готовить завтрак. А я пошел собирать наши с тобой вещи, которые понадобятся на рыбалке.
— Я сапоги свои не нашел, — грустно вздыхает старший.
— Хах, не велика беда. У тебя другие в шкафу наверху в коробке лежат. В них и поедешь.
— Ура! — подбегает ко мне и обнимает за талию, — Я же говорил!
— Говорил, — соглашаюсь с сыном, поглаживая его по голове.
— Вы о чем? — Яр подходит к нам и тоже обнимает меня, целуя в висок.
— О том, что ты у нас самый лучший!
— Я такой!
— Ага! И скромный! — смеюсь на пару с сыном.
— Само собой! — важно кивает Яр, — Вымирающий вид!
— Да ты вообще единственный такой, — нежно шепчу мужу на ушко, оставляя легкий поцелуй на его щетинистой щеке. — Мой любимый.
— И ты моя самая любимая. Спасибо тебе.
— За что?
Яр оборачивается и указывает взглядом на кухонный стол, за которым сидят наши дети.
— За это… За нашу семью, о которой я мечтал.