Новый мир. Трансформация (СИ)

Нас огнём обогреваешь!
Ты пылаешь нам с небес!
Загудело что-то, похожее на рожок. Ударили барабаны. Рожок подхватило что-то струнное. На фоне музыки раздался смех мужской и женский и несколько бессвязных воплей. И всё повторилось снова, только с другой мелодией. Какой-то вариант звукозаписи?
— Нет тут праздника, Балдассаро. Тут есть солдаты, обманувшие разведку Доменике и готовые размазать нас тонким слоем по улицам Чьямонты. И привратник, я думаю, лишь прикидывается пьяным!
— Что за каттеани! Предлагаю прорываться из города.
Балдассаро сжал поводья поркавалло, напрягся, готовый бросить животное в галоп.
— Скоро закат. — Мы, не сговариваясь, повернулись на запад, к почти скрывшемуся за горами Солнцу. — Минут через тридцать магии станет слишком мало, чтобы оказать ящерам достойное сопротивление.
— А у ворот нас будут ждать. — Балдассаро кивнул, соглашаясь с моим планом. — Нам нужно только попетлять по городу около часа.
— Лучше спрятаться где-нибудь…
— Ну что ж вы не идёте на площадь, странники северных земель? Думаете, ваши дары не понравятся горожанам?
«Пьяный» привратник показался на крыше ближайшего к нам дома. Позади него маячили ещё шесть или семь бенанданти, пока что не вступающих в разговор. Краем глаза я заметила, что на домах с другой стороны улицы тоже появляются люди. Прекрасно, мы в ловушке.
— Взлетаем! Ящеры, попытайтесь добраться до людей на крышах! Быстрее!
— Не успеете.
Я так и не поняла, что сделал привратник. Так восхитившая меня особенность Чьямонты теперь сыграла на руку врагам: в наполненном силой гудящем пространстве было невозможно хотя бы приблизительно понять, какой объём энергии задействовал твой противник.
Острые зубы Шивы безжалостно проткнули кожу на шее, и меня резко вздёрнуло вверх: котёнок схватил меня за воротник и теперь, кажется, активно работал крыльями, утаскивая меня повыше. Боковым зрением я видела Балдассаро и ещё нескольких бенанданти, оказавшихся расторопнее. Но всё это было совершенно не важно.
Ибо на перекрёстке и соседних улицах разверзлись врата Ада. Липкий текучий огонь выплёскивался из окон, с крыш и из разломов в разноцветных плитках. Ящеры и люди пытались выбраться из огненной ловушки, но не могли, и падали и горели, и ужасающе кричали и шипели, заживо сгорая в раскалённом солнечном пламени. А люди, приведшие ловушку в действие, внезапно покосились и осели на крыши — изломанные куклы, с выжженными ретрибутисом мозгами.
— Света, лети к воротам! Справа опасность!
Медленно-медленно, словно борясь с внезапно сгустившимся воздухом, я повернула голову в сторону храма.
Большой отряд бенанданти — никак не меньше пятисот человек — со всех ног бежал к нам по дороге. Некоторые из них на ходу вскидывали арбалеты, кто-то явно творил магию.
Шива не стал дожидаться подтверждения от впавшей в ступор меня — потащил за сосредоточенно удирающим Балдассаро. Пара болтов просвистела мимо нас, спину обдало холодом — кто-то то ли промахнулся льдом, то ли вложил в образ слишком мало сил.
И тут я увидела основные силы нашей армии, возглавляемые Доменике и Хлодвиге, уже почти подошедшими к воротам Чьямонты. И понятия не имеющими об огне, преградившем им дорогу.
— Доменике! Там не пройти! Там греческий огонь!
Кажется, он услышал меня.
Доменике вскинул руку, останавливая армию, переговорил о чём-то с Хлодвиге… И так восхитившие меня ворота и солидный кусок прилегающей к ним стены рухнули, открывая армии свободный проход в город.
Почуяв неладное, солдаты дожа остановились. Затем разделились на несколько отрядов и организованно отступили: два — направо, два — налево, один — к храму.
— Дьявол! Коты и шмели, в воздух! Балдассаро и Хлодвиге, берите воинов Быстрой Реки и идите направо! — Доменике резко обвёл рукой ящеров, стоящих впереди остальных. Несколько минут на перестроение, и отряд резво двинулся в погоню за солдатами дожа, в сторону Дворца Правосудия. — Юлиос, мы с тобой и воины Ледяного Болота пойдём налево! Светта — к храму, с Детьми Ручьёв! Остальные — рассредоточиться у города, следить за тем, чтобы нас не заперли в городе и не захватили врасплох!
 
Шива опустил меня за огненным болотом и завис за моим плечом, воинственно растопырив усы. Эх, мне бы немного твоей храбрости, котик. Уже второй раз Фредерике Моста с лёгкостью переигрывает Доменике, да так, что «великий и гениальный Орсеолли» идёт в ловушку, гордо вскинув голову и расправив плечи. Думаю, третья попытка точно станет фатальной для кого-то из нас.
— Они говорят, что готовы идти в бой. — Голос Шивы вернул меня к реальности. Примерно четыреста ящеров обогнули огонь и столпились вокруг меня: неподвижные, едва дышащие, смертоносные.
— Сотня вперёд. Идём медленно, ожидая ловушек. Если заметили что-то подозрительное — немедленно сообщить. Шива, ты ещё можешь летать со мной?
— Ещё на час меня точно хватит, потом — не знаю.
— Тогда полетели.
Думаю, окажись я в Чьямонте при более благоприятных обстоятельствах, я бы долго летала над городом, вглядываясь в улицы и строения. Но, увы, сейчас у меня не было ни времени, ни желания. Даже вымощенная бирюзовой плиткой площадь и Храм — Солнце, вырастающее из моря, заинтересовали меня только как позиция, которую нужно занять. И как возможное место, в котором сосредоточены войска противника.
Вот только войск видно не было. Никаких мелких строеньиц на площади не было: только исполинская золотистая полусфера, за которой к небу возносились десять ажурных башен.
Ящеры столпились на площади, ожидая распоряжений, а я напряжённо думала, куда могла деться сотня солдат, шедшая по единственной дороге, отгороженной от парка высокой кованой оградой. И чем дольше я думала, тем очевиднее было единственное верное решение. Прости меня, неизвестный архитектор. Я постараюсь восстановить твой шедевр однажды.
Солнце уже почти скрылось за горизонтом, но пространство было напряжено так же, как и в полдень. Мысль — и локальная ударная волна прокатывается в середине одной из башен, выбивая камни и стен и сотрясая тонкий шпиль. А из скрытых до того момента бойниц высовываются солдаты, не понимающие, почему вдруг началось землетрясение.
— В атаку! Сосредоточьтесь на башнях! Шива, опусти меня, пожалуйста.
Котёнок аккуратно поставил меня на брусчатку и сам сел рядом. Отлично, мне не показалось: у земли магии действительно больше. Интересно, в чём секрет Чьямонты? Не может ли быть так, что залежи гранталла из ущелья Мира доходят до сюда?
Когда ящеры плотно облепили три башни, я снова ударила по остальным. Особых разрушений это не принесёт, но прячущимся там солдатам будет очень-очень сложно помогать товарищам, вступившим в бой с моими Детьми Ручьёв.
К сожалению, моих сил хватило только на три волны. Начав создавать четвёртую, я ясно осознала, что ресурсы моего мозга исчерпаны. Оборвав мысль, я обернулась к Шиве, надеясь попросить его слетать, разузнать, как дела у Балдассаро, но замерла от ужаса, не в силах вымолвить ни слова. Буквально в трёх шагах от меня стояли двое солдат дожа, держащие в руках заряженные арбалеты. И болты были недвусмысленно направлены в меня и съёжившегося у земли котёнка.
— Сейчас крылатый добровольно залезет в этот мешок и не будет даже мявкать. Потом мы наденем тебе обруч, и ты, не доставляя нам лишних проблем, пойдёшь туда, куда мы скажем. В этом случае никто не пострадает. Всё поняла?
У ног левого солдата упал и раскрылся компактный кожаный мешок. Медленно-медленно, еле переставляя лапы, Шива пошёл к нему. Думай, Света, думай. Как убить двух человек одновременно так, чтобы ни один из них не успел выстрелить?
Шива почти дошёл до мешка, когда меня, наконец, осенило. Мысль, и оба солдата с воплем взмывают в воздух, и так же резко падают на землю. Из последних сил оставаясь в сознании, я подошла поближе: шея одного изогнута под таким углом к телу, что можно даже не искать пульс. Второй не имел видимых повреждений кроме смятых доспехов, из-под которых вытекали тоненькие струйки крови. Я понимала, что нужно поискать пуль или хотя бы послушать дыхание, но не могла: ретрибутис властно накрывал сознание.