Тафгай 3 (СИ)

- Б…ь! Сука! – Крикнул Володя Петров, проиграв мне в шахматы вторую партию подряд.
- Гони рубль, - улыбнулся я, так как до двух выигранных партий сначала одну проиграл, а партия у нас шла по рублю.
В раздевалку заглянул недовольный Сева Бобров и, сильно дунув в свисток, сказал:
- На тренировку персональное приглашение надо?
- Между прочим, на большие праздники всегда присылают персональные приглашения. – Ответил я, надевая на голову хоккейный шлем. - А тренировка для меня Михалыч – это всегдабольшой праздник.
- Сейчас устрою кросс на двадцать км, по-другому у меня запоёшь! – Рявкнул Всеволод Михалыч.
«Можно конечно и на двадцать км побегать, - подумал я, с бравым, лихим и придурковатым видом вылетая из помещения, - а смысл? Для хоккея кросс – это вещь неактуальная и даже вредная. Вот совершать множество коротких и резких ускорений во время предсезонной подготовки – полезно, а семенить в одном размеренном темпе – пустая трата здоровья и сил, которые у человека не безграничны».
Микроматчи пять на пять, для определения первой, второй и третьей пятёрок сборной команды страны, Сева Бобров сегодня приберёг на вторую часть занятия. Сначала была разминочка, затем шла отработка позиционного нападения и позиционной защиты, потом поработали над выходом два в одного и три в два. Сегодня работа пошла уже веселее, ведь к нам присоединился вратарь «Динамо» Саша Пашков, поэтому он потел на одной половине ледяной площадки, а на другой отбивал наши бодрые наскоки горьковчанин Вова Минеев. Легко травмированный Витя Коноваленко в центре поля работал над техникой с персональным тренером вратарей Сашей Котомкиным. И уже после часа интенсивного занятия всех, завяленных на «Известинский» турнир, двадцати двух человек и тренерский штаб в придачу можно было спокойно выжимать, как мокрые тряпки.
- Михалыч, прекращай волюнтаризм, - взмолился я, проезжая мимо главного тренера. – Мы сейчас здесь все разом родим множество маленьких и беспомощных хоккеистов.
- Бери пример с ЦСКА, онидаже ещё не вспотели, - усмехнулся Бобров. – Вон носятся.
- Так это мода такая неправильная, на тренировке носишься, как угорелый, а потом в игре умираешь, - я стёр пот с лица полотенцем, что валялось на лавке. – Прекращай творить безобразия, словно мировая буржуАзия.
- Закончили упражнения! – Дунул в свиток Сева Бобров. – Две минуты перекур и играем пять на пять. Посмотрим - кто из вас первый, а кто второй.
Я подозвал свою пятёрку на тайное «комсомольское» собрание и взял заранее приготовленные маленькие магнитные шахматы. Большую часть шахматных фигур я убрал в крышку, а на доске оставил лишь пять чёрных пешек.
- Это я, - я выставил на центр большого белого ферзя, который теперь возвышался над чёрными пешками. – Это «Малыш», - на левый край у меня пошёл слон. – А этот конь справа – ты Малец.
- Почему это я конь? – Возмутился Саша Мальцев. – Я хочу быть королём. Поменяй местами фигурки, так красивее будет.
- Ладно, будешь ладьёй и меньше текста! А защитники у нас будут - кони. – Я добавил на доску остальные фигуры.
- Чё это мы сразу кони? – Разом выпалили Юра Фёдоров и Саша Куликов.
- Потому что привередливые! – Резко осадил я своих парней. – Смотрите дальше…
А дальше я кратенько показал, как делать замок в средней зоне, как входить в зону атаки с помощью «скреста» и «паровозика».
- Боря, Юра и двое Александров, - закончил я свою двухминутную речь, - старайтесь не атаковать вратаря прямыми бросками. Вышел, сделал замах, отдал пас под завершающий бросок на другой край, или в центр. Защитники тоже самое, не забывайте делать накидочку мне на пятак. Ну, мужики, за котов!
- За котов! – Разом повторила моя пятёрка.
- И за «Динамо»! – Добавил Мальцев.
Своих первых оппонентов, пятёрки Коли Свистухина, который «центрил» у спартачей мы ожидаемо выиграли. Зажали за счёт более грамотных командных взаимодействий почти на полторы минуты на одной половине площадки Шалимова, Свистухина, Якушева и их защитников Паладьева и Ляпкина, и додавили до заброшенной шайбы. В реальной игре такое бы не прокатило, потому что через минуту уставшую пятёрку главный тренер поменял бы, а в тренировочной, пока либо ты, либо тебе не забьют, не заменять хоть на карачках по льду ползай и умоляй.
 
Так же свой микроматч выиграли Михайлов, Петров и Харламов у пятёрки Саши Федотова. И хоть ворота федотовской пятёрки защищал Вова Минеев, а другую «рамку» сторожил Саша Пашков, разница в индивидуальном мастерстве чувствовалась. Валера Харламов красиво прошёл по левому краю и бросил с острого угла. И первым на добивании оказался Петров, который уже шайбу в ворота и протолкнул. Единственная разница с нами, пятёрка Петрова почти две с половиной минуты потратила на свой микроматч. Поэтому Сева Бобров объявил общий минутный перерыв.
- Сейчас пятёрки Петрова и Тафгаева сыграют между собой по три раза с минутным перерывом, - добавил Всеволод Михалыч, какую-то запись себе в журнал. – Определим пятёрку номер один, дальше разберёмся с вами мужики. – Бобров кивнул двум другим игровым сочетаниям.
- Есть такая идея, - я снова достал шахматную доску. – Смотри Малец, выигрываем вбрасывание, откатываемся на свою синюю линию. Дальше я получаю пас от защитника и рву по центру. – Я передвинул ферзя на клетчатой доске на центр. – Ты же со своего правого края разгоняешься на левый фланг. Я отдаю за спину тебе, чтобы ты по большой дуге на высокой скорости слева влетел в зону атаки. А Борька уведёт своего опекуна чуть в центр, откроет тебе лазейку.
- Кто на дальнюю штангу замыкать пойдёт? – Усмехнулся Мальцев, представляя какая на поле у наших соперников «заварится каша».
- Получается мне ближе и проще открыться на дальней штанге, а Боря сыграет по центру чуть в оттяжке. – Я расставил фигуры на доске в треугольник.
- А кони так и останутся стоять там, сзади? – Поинтересовался защитник Саша Куликов.
- Коней мы в обиду не дадим, - успокоил я Куликова, передвинув фигурки коней поближе к треугольнику. – Вот такая у нас получается буква «хэ».
Однако гладко было на бумаге, то есть на шахматной доске, но в реальной боевой обстановке, всё пошло немного не так. Мальцева справа опекал неудобный, злой и цепкий Боря Михайлов. Как только Малец заложил вираж для разгона, Михайлов, которого партнёры по звену за длинный нос звали «Пыря», как клещ вцепился в нашего нападающего клюшкой. Бобров, нехороший человек, нарушение правил прозевал, или сделал вид, что не заметил. Тогда шайбу, что отдал я за спину, первым подхватил шустрый Валера Харламов, который тут же полетел на наши ворота. Хорошо, что защитники Фёдоров и Куликов его грамотно встретили. Кулик сыграв в корпус, отсёк легенду №17, а Юрка Фёдоров завладев шайбой, запустил её на открытого Борю Александрова.
И буквально за пару секунд вся ситуация на льду разом переменилась. Петров и Михайлов, которые полетели за Харламовым, внезапно оказались отрезаны. А я, Александров и Мальцев вылетели втроём на двух защитников пятёрки Петрова, на Валеру Васильев и Сашу Гусева. Что порядочные хоккеисты делают, когда остаются три в два, что им шепчет хоккейный долг? Раскатывать оборону и вратаря на пустые ворота. Борька вытянул на себя Васильева, и сделал пас на меня в центр, я же в свою очередь выманил Гусева и вратаря Вову Минеева, после чего переправил шайбу на пустой угол Мальцеву. Вот если бы у Мальца были завязаны глаза и связаны за спиной руки, то может быть он из такой позиции и промахнулся. Однако связывать и завязывать, нужно было раньше, а сейчас нужно было вынимать шайбу из сетки ворот.
- Один ноль, - объявил наш промежуточный счёт Сева Бобров. – Минуту отдохнёте?
- Мы-то конечно отдохнём, - сказал я проезжая мимо главного тренера. – А вот кто свистеть нарушение правил будет? Глава Госкомспорта Сергей Павлов или его заместитель Виталий Смирнов, а может быть ответственный председатель федерации хоккея Андрей Старовойтов?
- Свистеть будет свисток, - коротко ответил Бобров.