Тафгай 3 (СИ)

P.S. От своего имени хочу добавить, лично мне бабушка нагадала, что я стану внезапно известным хоккеистом. И хоть я ей не верил, это произошло. С уважением, хоккеист горьковского «Торпедо» Иван Тафгаев».
Постскриптум я дописал специально, чтобы Вампилов воспринял мои слова максимально серьёзно и при желании смог убедиться, что такой человек как я - существует. И вообще, есть такая точка зрения, что вмешиваться в будущее нельзя. Но лично я другого мнения, если порядочные и талантливые люди помогут друг другу в настоящем, то в будущем для подлецов не останется места.
- Иван! – Прямо с порога комнаты вскрикнул «Малыш», который прибежал с киношки. – Ты тут чего устроил? Зачем весь пол забросал мятой бумагой?
- Это не мятая бумага – это муки моего творчества, - тяжело вздохнул я. – Хочу предложить в Госкомспорт, чтобы в хоккей играли не одной шайбой, а сразу двумя. Как тебе идея?
- Херня, - коротко бросил Боря Александров. – Ко мне завтра Алёнка из Горького приезжает, надо бы её устроить в нашу гостиницу. Помоги.
- Ладно, придумаем что-нибудь, - сказал я, вставляя последний вариант письма Вампилову в конверт.
  
Глава 12
 
Утренняя субботняя тренировка второй сборной СССР, или Олимпийской сборной, как официально она значилась по документам Федерации хоккея, была назначена на маленьком тренировочном катке «Кристалл». Кстати, сборная Чернышёва и Тарасова тренировалась неподалёку в двух минутах ходьбы во дворце спорта «Лужники». И разумно опасаясь легального спортивного шпионажа, Сева Бобров всё занятие разбил на две части. Разминка и игры пять на пять разных пятёрок. Никаких тонкостей, а именно, как выполнять ловушку в средней зоне, он игрокам из «Спартака» и «Крыльев» объяснять не стал. Две наши торпедовские пятёрки играли, как привыкли, а два остальных игровых сочетания, как получится. Между прочим, на предстоящую завтрашнюю товарищескую игру двух сборных почти все 14 тысяч билетов были уже проданы. Даже поговаривали, что сам Леонид Ильич Брежнев со свитой пожалует. Может поэтому перед двухстороноками чувствовался небольшой спортивный мандраж.
На первую минутную двухсторонку главный тренер Всеволод Бобров и второй тренер Николай Пучков, который работал со СКА и из Ленинграда привёз с собой вратаря Володю Шеповалова, назначили следующие игровые сочетания. Первое сочетание: вратарь Шаповалов, защитники: Астафьев и Фёдоров, нападающие: Мишин, Федотов и Фролов. Второе: вратарь Минеев, защитники: Гордеев и Куликов, нападающие: Александров, Тафгаев и Скворцов.
Мне играть против пятёрки Федотова приходилось так же часто, как жителю нулевых годов выходить в интернет. Что он, что я знали манеру игры каждого из нас от и до. Поэтому после вбрасывания, которое произвёл второй тренер Пучков, мы без труда завладели шайбой, а Саша Федотов со своими «комсомольцами» так же без труда ушёл в защиту в своей зоне, чтобы поймать нас на контратаке.
- Кулик, не спи, гоняй шайбу по периметру! Не дай накрыть! – Крикнул я, пока не влезая на пятак, а помогая обыграться на коротке на чужой синей линии, а затем и поработать в левом углу площадки, куда шайба пришла к «Малышу».
Боря Александров заложил «улитку», резкий разворот, и отдал мне на чистый лёд, я же в касание перевёл на защитника Гордеева, который в свою очередь опять адресовал шайбу Куликову. Саша сделал богатырский замах и очень аккуратно щёлкнул мимо ворот в направлении меня. «Вот и всё», - подумал я, подставляя под точный и сильный прострел крюк клюшки. Вратарь Шаповалов не успел моргнуть и глазом, как птичка, то есть шайба оказалась в сетке.
- Б…ь! – Выругался Федотов. – Мужики ну чего спим!
- Утро вот и спим, - хмыкнул Мишин и их первая пятёрка поехала на лавку отдыхать, уступая место следующему звену.
Затем Бобров и Пучков немного посовещались и выпустили против нас новую пятёрку, защитники: спартаковец Женя Паладьев и Юрий Ляпкин из воскресенского «Химика», у которого был редкий правый хват клюшки, как у нашего Саши Куликова. Плюс нападающие: Шалимов, Старшинов и Александр Якушев, все из «Спартака». Можно сказать на лёд вышла почти целиком спартаковская дружина, так как воскресенец Ляпкин уже в межсезонье гарантированно переходил в этот московский клуб. Ворота наших новых оппонентов остался защищать тот же Володя Шеповалов из СКА.
 
На вбрасывание в центральный круг напротив меня встал ветеран советского хоккея Слава Старшинов, который ещё лет восемь поиграет на высоком клубном уровне. Но в большом спорте во время матча ветеранские заслуги не в счёт, поэтому я легко выиграл шайбу за счёт силы, резкости и молодости. Старшинов же от досады что-то раздражённо забурчал себе под нос. Кстати, я ещё ни одной игры не провёл в составе этой команды, но уже устал от вечного недовольного ворчания Вячеслава. То каток ему не тот, то раздевалка не та. Интересно, а когда в шестидесятые годы на естественном льду он попу морозил - ему всё нравилось или нет?
В зону спартачей вошли через простой заброс шайбы. Я шмальнул навесиком в правое закругление, реактивный Скворцов шайбу подобрал, и мы опять принялись гонять её по периметру зоны атаки. И закончили атаку так же, Куликов только не щелкал по воротам, а набросил шайбу на пятак, где я весело толкался с Ляпкиным и Паладьевым. С последним было гораздо сложнее, он хоть и пониже воскресенца, зато физически более мощный. Но мне же много не надо, въехал одному, въехал другому, от обеих сдачу получил, затем клюшку под навес шайбы подставил, а дальше как кривая результативности вынесет. А вынесла она нормально, залетел резиновый диск точно по адресу в сетку ворот ленинградского вратаря Шеповалова.
Третьими вышли против нас, нападающие «Крыльев» Лебедев, Анисин и Бодунов, и защитники: Гусев из ЦСКА и Коля Свистухин, наш торпедовский центральный нападающий, которого временно отрядили в защиту. Вот и вся олимпийская сборная два вратаря, семь защитников и тринадцать нападающих. Может из-за того, что Свистухин играл не на своем привычном месте, с «Крыльями» разобрались быстрее всех. За двадцать секунд выиграли вбрасывание, вошли в зону атаки, разыграв со Скворцовым «скрест», завершающий бросок провёл «Малыш», четко в касание поразив верхний угол ворот.
- Сева, может нам их завтра одних выставить против первой сборной? – Улыбнулся Пучков.
- Да, первая пятёрка у нас есть, давай будем разбираться, кто вторая, - согласился Бобров. – Тафгаев с «пионерами» давай на лавку!
- Массажик бы нам с банькой организовать, раз с нами всё ясно, - заметил я, покидая лёд.
- Баньку вам завтра Тарасов с Чернышёвым устроят, - отмахнулся Сева Бобров. – А массаж? Иди, вставай в рамку мы тебя шайбами всей командой помассажируем, от макушки до пят.
- В следующий раз, Михалыч, когда ты потребуешь результат, я ведь тоже тебя пошлю к Тарасову с Чернышёвым на массаж, - пробурчал я.
***
После первой тренировки олимпийской команды вопросов появилось ещё больше, чем было до. Например, наш молодой Минеев в новой экипировке, с новой техникой вратарской игры, выглядел значительно сильнее ленинградца Володи Шеповалова, это раз. Ветеран Слава Старшинов слишком замедлял игру спартаковского звена, и вместо него поставили Колю Свистухина. И теперь «Старшина» грозился пожаловаться в Обком, за то, что незаслуженно зажимают ветеранов, это два. Кстати, именно эта пятёрка стала неофициально второй. Ну и «крылышки» Лебедев, Анисин и Бодунов, которым в защите помогала пара Паладьев и Ляпкин, внезапно проиграла третье место нашей горьковской пятёрке Федотова. Саша Федотов со своими верными партнёрами сработали во многом за счёт сыгранности, хотя если честно, по таланту они и уступали оппонентам, это три. В нашу уже первую пятёрку постепенно перекочевал вместо защитника Вовы Гордеева московский армеец Саша Гусев. И теперь Гордей на нас откровенно злился, дескать, в клубе мы вместе, а в сборной уже порознь, это четыре. И пятый вопрос, Пучков обиделся на Боброва за то, что он на завтрашнюю игру первым вратарём заявил Минеева, а не его воспитанника Шеповалова.