Тафгай 3 (СИ)

- Поздно, маховик времени уже закрутился, - снова еле слышно сказал я. - В том спортивном будущем, про которое я многое знаю, ты никогда не тренировал горьковское «Торпедо», а Коноваленко вообще в конце этого сезона вешал коньки на гвоздь. И вон, никому неизвестные Скворцов с Александровым по юношам ещё пару лет бы гоняли. – Я кивнул на молоденьких пацанов, беззаботно отрабатывавших сейчас выход два в одного.
- Да, накрутили мы с тобой делов, - Сева почесал затылок. – Значит, решение моё будет таким: вечером в воротах играет Минеев, а в матче двух сборных пусть всё будет так, как будет.
***
Перед последним третьим периодом второго матча с «Крыльями советов» обстановка в раздевалке была напряжённой. И хоть сегодня игру обслуживала другая бригада московских арбитров, но судейство опять оставляло множество вопросов, два из которых - кто виноват и что делать, Всеволод Михалыч разумно опускал. Главный тренер поинтересовался, как чувствует себя наш второй вратарь Вова Минеев, затем перебросился парой слов с отдыхавшим сегодня Коноваленко, дав тому понять, что так надо и сказал:
- 2 : 2 перед заключительной двадцатиминуткой – это неплохо и нехорошо. Много удаляемся – вот это меня беспокоит. И постарайтесь сегодня всё же победить.
- Не удаляемся, Михалыч, а нагло и ни за что удаляют, - прошипел взмыленный Коля Свистухин.
Николай был прав на все сто. За два периода мы уже семь раз отыграли в меньшинстве и всего раз имели на льду на одного игрока больше. Я, так же, как и Свистухин чувствовал себя хреново, ведь львиную долю времени пахал в численном меньшинстве вместе с ним. Но Сева очень просил потерпеть нас ещё. И мы во вред атакующих своих действий - терпели.
- Как так-то? – Не выдержал капитан команды Лёша Мишин. – Играем в гостях в Москве и нас ещё судят московские же судьи? Что нет нейтральных арбитров из Риги, Киева или Челябинска?
- Жаловаться надо, Лёха прав! – Выкрикнул Толя Фролов. – Тафгай, а ты чего молчишь?
- Адресуй эти жалобы, не адресуй, всё равно получишь кху, - выразительно прокашлялся я. – Стараемся сейчас играть без зацепов и как можно больше контролировать шайбу. И это, Михалыч, есть идея. В меньшинстве с Фёдоровым, Куликовым и мной выпустить «Малыша». Он свеженький, вдруг сможет убежать в контратаку?
- Ладно, подумаю, - Сева Бобров устало улыбнулся. – Давайте на удачу: за котов!
- За котов, - посмеиваясь, ответили мужики в раздевалке, ведь нам всем сейчас могла помочь только шальная спортивная удача.
Конечно же, моя идея больше контролировать шайбу и играть без зацепов на деле оказалась химерой. Лишь сорок секунд отбегали в третьем периоде, как после простого столкновения москвича Бодунова и нашего нападающего Смагина, калитка бокса для штрафников снова гостеприимно открылась.
- Хоть бы, как постоянным клиентам, напитки туда бесплатные заносили! – Громко высказался я, чтобы повеселить команду и, тяжело вздохнув, полез на лёд.
- «Малыш», Александров давай на меньшинство, постарайся убежать, - сказал Сева Бобров, похлопав моего «пионера» по плечу.
Первая мысль, когда встал на точку вбрасывания, была «случайно» треснуть московского судью Резникова по ноге. Но потом подумал, что у него семья, наверное, долги за свежий ремонт в квартире, или за новый автомобиль, а ещё дача в Подмосковье, на которую тоже нужны деньги, и захотелось въехать сразу по башке. Но когда шайба полетела на лёд, все глупости разом покинули голову, и снова началась упорная и героическая оборона наших ворот.
Сначала, как и в прошлые разы, мы легко выбросили шайбу из своей зоны и выстроились клином на своей синей линии. Однако «крылышки» с восьмой-то попытки преодолели этот редут всего за несколько секунд и прижали нашу обороняющуюся четвёрку хоккеистов к воротам Минеева.
- Внимательней Володя, внимательней! – Крикнул Бобров, когда шайба выскочила на пятак, где за неё схватились наш защитник Федоров, я, и москвичи Анисин и Бодунов.
Небольшая, но жаркая заваруха закончилась вничью и шайба, отлетев вправо, была быстро прижата к борту нашим Куликовым и нападающим хозяев Лебедевым. И я опять поставил клюшку на точку вбрасывания. «А «Крылья» тоже устали, ведь тренер московской команды Борис Кулагин выпускает на розыгрыш лишнего одних и тех же. Нападающих: Лебедева, Анисина, Бодунова и защитников Гущина и Шаталова, - подумал я. – Надо дожимать!» В следующую секунду я отвоевал шайбу у Анисина и откинул её на Куликова.
 
- Кулик, не выноси! Переведи за воротами! – Гаркнул я, страхуя защитников на пятачке перед вратарём Минеевым.
Куликов не задумываясь, запустил шайбу за воротами вдоль борта, где её подобрал Фёдоров и переправил в среднюю зону по левому краю на убегающего в отрыв «Малыша». Пятёрка «крылышек», которая ожидала, что мы сыграем по стандарту, то есть отбросим шайбу подальше, на пару секунд растерялась. И за эти секунды Александров улетел от подуставшего уже защитника гостей Шаталова. Что было дальше, я смотрел, медленно подкатывая к центру поля. «Малыш» вылетел на вратаря, качнул вправо, и резко бросил влево прямо под перекладину.
- Гооол! – Заголосила наша скамейка, пока болельщики московской команды свистели и ругали вратаря-дырку и защитника-тихохода.
Затем большое электронное табло крохотного универсального дворца спорта ЦСКА высветило счёт 2 : 3, и добавило ещё одну пятую фамилию в список отличившихся игроков. Так как первые две шайбы были забиты хозяевами в самом начале матча, в списке сперва горела дважды надпись – №8 Сергей Капустин. Далее шёл наш №11 Анатолий Фролов и №7 Владимир Смагин. И наконец, добавился - №15 Борис Александров.
«Зря Кулагин мало доверяет своей восьмёрке, Сергею Капустину, - думал я, усаживаясь на скамейку запасных. – Этот ухтинский хоккеист в будущем здорово поиграет и за ЦСКА, и за «Спартак», и в сборной СССР пошумит. А вот умрёт глупо от простого заражения крови в 40 с чем-то лет».
- Если бы Миней две бабочки в начале не пропустил, - заворчал сидящий рябом Коноваленко, - теперь вели бы 0 : 3.
- Если бы да кабы, Сергеич, то дедушка был бы бабушкой, - усмехнулся я, - сейчас главное без удалений. Да, товарищ судья, ну мы же не на детском утреннике! – Скромно крикнул я, когда остальные парни позволили себе более смачные выражения, ведь отдыхать на две минуты поехал наш пан Свистухин.
Сева Бобров с надеждой тихой и мечтою, один, один совсем один, посмотрел на меня с «Малышом» и на защитников Федорова и Куликова. «Если сейчас отстоим ворота, то победим», - откуда-то пришла такая уверенность. И так как нарушение правил было в зоне атаки, я подумал: «Почему бы сейчас не забить? Беру вбрасывание и лезу на пятак».
- Мужики, после вбрасывания лезу на пятак, - сказал я, прикрыв рот рукой.
- Зачем? – Уперся Куликов.
- Поговорить хочу с «крылышками», чтобы они от каждого дуновения ветра не падали, - шикнул я. – Пошутите мне ещё, сами знаете зачем.
- Ясно, уши крутить будешь, - хохотнул Боря Александров.
- И тебе за одно, - пробурчал я.
Когда же я со своими партнёрами уже приготовился к вбрасыванию в зоне хозяев, то тренер москвичей Борис Кулагин всё ещё колебался, кого бросить в бой. И сначала на лёд выехала вторая пятёрка Владимира Расько, и тут же Кулагин передумал и выпустил взамен первую пятёрку Славы Анисина. Ещё пять секунд пока «крылышки» менялись, я с удовольствием расслабился и настроился на ещё один предпоследний рывок.
Вбрасывание ожидаемо взял почти без хлопот. А дальше, уже привычно как танк рванул к вратарю хозяев Александру Сидельникову, где меня «хорошо в гости приняли» защитники Гущин и Шаталов. Началась борьба, переходящая в бокс, и перетягивание клюшки в японское сумо, а закончилась битва на пятаке сразу после того, как Куликов шлёпнул в сторону нашей с защитниками возни. Потому что я успел подставить крюк клюшки под шайбу, а плотно опекавшие меня «крылышки» - нет. И шайба нужно отдать должное повела себя разумно, сначала нырнула вниз, ударившись об лёд, а затем подскочила вверх, залетев в сетку чужих ворот, 2 : 4.