Тафгай 3 (СИ)

- Кхе, этого я не говорил, но посыл верный, не посрамим, кхе, - ещё раз прокашлялся Всеволод Михалыч. – Пошли мужики на раскатку.
Хоккеисты, которые устали от всевозможных речей, облегчённо выдохнули и, взяв в руки клюшки, потянулись на выход. Я же присел обратно, и когда для меня освободилась вся длина лавки, удобно улёгся на бок и протянул ноги в зашнурованных коньках.
- Идите, идите, - похлопал по плечам Бобров тут же остановившимся спортсменам. – Я сейчас с ним индивидуально побеседую. Иван, - главный тренер потолкал меня в бок. – Ты случайно не отравился чем-нибудь, может скорую вызвать?
- Нормально Михалыч, это я так силы накапливаю перед голевым подвигом. – Я широко зевнул. – Первую серию снимайте пока без меня. Четыре шайбы, которые я должен забить всё равно на три не де…
- А ну вставай! – Гаркнул Бобров, хлопнув меня клюшкой по пятой точке. – Я тебе покажу первую серию! Я тебе сейчас устрою кинопоказ «Майора «Вихрь»»! Ты у меня сейчас все четыре банки в первом периоде заклепаешь!
После того, как клюшка крюком плашмя в очередной раз опустилась на мой бок, подумав о том, что поспать мне всё равно нормально не дадут, я сел и протёр глаза:
- Кстати, а этот майор «Вихрь» в конце фильма оказался советским шпионом или немецким?
- Христом-богом прошу, иди, пожалуйста, на раскатку, - взмолился несчастный главный тренер.
- Вихри враждебные веют над нами! – Заголосил я, выходя из раздевалки.
Не сказать, что во время первого периода мне как-то заметно полегчало, но после того, как хоккеисты московского «Локомотива» в пятый раз моё тело впечатали в борт, радужные круги перед глазами исчезли. Осталось только вспомнить, как выигрывать вбрасывание, и начать хоть иногда цепляться клюшкой за шайбу, которая часто из поля зрения куда-то исчезала. И очень хорошо, что мои юные партнёры по звену, Александров и Скворцов старались комбинировать чаще друг с другом, чем пасовать мне, поэтому свой микроматч к первому перерыву мы отбегали вничью, 0 : 0. И вообще, эти ноли под недовольный свист трибун так и остались гореть на табло, когда мы и московские гости потопали в раздевалку, чтобы попить там чайку и послушать о том, кем на сей раз считают нас главные тренеры.
- Ползаете по льду как «сонные тетери»! – Тыча ручкой в турнирную таблицу, с пылом высказал нам Сева Бобров. – До первого места рукой подать! Так что ж вы не подаёте?
- Эх, сейчас бы Михалыч, твоего фирменного кофе бразильского. – Сказал я и похлопал себя ладонями по щекам.
- Нате, пейте оглоеды, - пробормотал Бобров, вынимая из своей сумки банку с кофе.
***
Друзья фрезеровщики горьковского автозавода Казимир Петрович и Трофим Данилыч, сегодня выдали двойную норму. Для этого мужики сократили обед до десяти минут, и никаких политинформаций в своей коморке, под чефир, спиртик и прочие вредные для здоровья вещества не устраивали. А всё из-за того, что мастер ремонтно-инструментального цеха Ефимка, где-то раздобыл два билета на последний в этом году хоккей, ну и устроил соцсоревнование.
- Издевается сволочь, - приговаривал Трофим Данилыч, фрезерую одну заготовку за другой.
- В военное время и не такое терпели, - подначивал его друг Казимир. – Ничего, мы только на хоккей сходим, потом на нервах Ефимки отыграемся. Специально весь квартальный план ему зарежем.
- Отольются мышке, кошкины слёзы, - сжав зубы, терпел сегодняшнюю гонку за рекордом Данилыч.
И вот на трибунах дворца спорта «Торпедо», далеко не на самых лучших местах, работяги с завода после первого периода растерянно смотрели друг на друга.
- Казимир, а это чего сейчас такое в первом периоде было? – Почесал затылок, чувствуя, что его жестко надули Трофим Данилыч. – Это вот за это мы сегодня жилы рвали? Без спиртика и политинформации? Да я, может быть, спокойно заснуть не могу, если не узнаю, какая в мире идёт с мировым империализмом борьба!
- Может ещё разбегаются? - Задумчиво протянул Казимир Петрович. – У меня с молодой женой тоже иногда такое случается, но потом как разыграемся… В общем, даже молодые позавидовать могут.
 
- Да я сейчас жалобу министру советского машиностроения накатаю, если они не устроят тут то, что ты вытворяешь с молодой женой под одеялом дома! – Данилыч встал с места и громко свистнул, когда на лёд выехали игроки в новеньких оранжевых свитерах с красивым логотипом кота с одной стороны и в стареньких беленьких хоккейных фуфайках без логотипа с другой.
- «Коты» дави «паровозов»! – Заорал какой-то болельщик с соседнего места и тоже свистнул, сунув два пальца в рот.
Потом главный судья под выкрики и недовольный свист трибун произвёл вбрасывание в центральном круге и шайбой тут же завладели эти самые «коты». И действительно начался самый настоящий штурм ворот московских железнодорожников.
- Молодец Бобёр вставил нашим обалдуям куда следует, вот они и забегали, - удовлетворённо крякнул Трофим Данилыч, присев на место.
***
«Первую смену отыграл на своём уровне, - подумал я, переводя дух на лавке. – Сейчас бы ещё забить, и совсем станет хорошо».
- Иван, а ты чем ночью-то с Ириной занимался? – Ухмыльнулся «Малыш», который не ожидал, что я буду в такой неважнецкой форме.
- Вообще о таких вещах нормальные мужики не треплются – это раз. Песни новые сочиняли - это два и как крикну, сразу пасуй на меня – это три. – Я посмотрел на главного тренера. – А не то мне Бобров, если четыре банки не заклепаю, всю плешь проест.
- Смена! – Скомандовал Всеволод Михалыч.
Московская хоккейная команда «Локомотив» была одной из старейших в стране. Возможно, она звёзд с неба не хватала, но уверенно давал бой фаворитам. А в 1961 году вообще финишировала на третьем месте. Были у железнодорожников Москвы в 60-е годы достижения и на международной арене. Они взяли два кубка Шпенглера и один кубок Бухареста. Но сейчас шли уже 70-е, которые отправят хоккейный «Локомотив» на самый далёкий запасной путь. Так как талантливых игроков оттуда нещадно тащили. Например, ЦСКА прикарманил Бориса Михайлова и Женю Мишакова, «Спартак» увёл Евгения Зимина, а «Динамо» цап-царапнуло вратаря Сашу Пашкова.
Но горькая участь в будущем пятой московской команды или «пятого колеса», как ещё называли «Локомотив», нас по большому счёту не волновала. Тем более меня, потому что мне нужны были шайбы, горьковскому «Торпедо» – очки, Севе Боброву – тренерская слава, а зрителям на трибунах - только победа.
- Скворец, пробрось по борту! – Крикнул я, ворвавшись в зону атаки справа, оставив за спину шайбу Сашке Скворцову, с которым мы разыграли «паровозик».
Затем я ломанулся на пятак, сметая всех, кто встал на пути, кого-то при этом опрокинул на лёд, а кто-то успел, падая заехать мне рукой в глаз. Но шишки и синяки считать буду потом, сейчас хотелось считать голы и результативные передачи. Борька Александров сразу разобрался в том, что мы задумали, и поэтому слева по большой дуге объехал всю защиту «Локомотива», и уже за воротами в касание переправил шайбу, которая неслась вдоль борта мне на пятак. К сожалению, вратарь гостей Валера Зубарев успел сунуть клюшку под прострел «Малыша» и резиновая шайба подскочила вверх на полметра. «Бить с лёта или не бить?» такой вопрос даже не стоял перед моими воспалёнными бессонницей мозгами. Я махнул клюшкой почти на удачу, и шайба с огромной скоростью вонзилась в сетку ворот москвичей, 1 : 0.
- Гооол! – Долгожданно запрыгали зрители на трибунах, а музыканты за воротами вжарили «Personal Jesus» из «Depeche Mode».
- Вот это уже что-то, - встретил нас у скамейки запасных улыбающийся Сева Бобров. – Мужики! Нужно ещё одну забить. За котов!
Однако «Локомотив» команда опытная и так сразу она не посыпалась. Железнодорожники наоборот ещё сильнее окопались около своей зоны и продолжили терпеть наши наскоки в вязкой защите в надежде на контратаку.
- Кулик, - перед вбрасыванием в зоне «Локомотива» я, прикрыв рот рукой, сказал защитнику Саше Куликову. – Сейчас переведёшь на Гордея, и рви на пятак, будем вместе шайбу заталкивать.