Змейка для Наста (СИ)
– Ложись.
Он ожидал колебаний, и снова полез в шкаф: на этот раз за пижамами, футболками и бельем – предложить Насту выбор. Вышло по-другому. Наст без раздумий сбросил халат, улегся в постель нагишом, укрылся одеялом по грудь и замер, вытянувшись на спине. Искушение – проспать бок о бок без тряпок, поймать отголосок утреннего тепла и разморенного тела – мгновенно взяло верх. Бесник выключил свет и нырнул под одеяло, укладываясь на вторую подушку. Наст не шелохнулся. Ровное дыхание успокаивало, и, прежде чем заснуть, Бесник успел подумать, что у Наста нет и намека на хрипы в легких, а у него, кажется, начинаются.
На рассвете Бесник проснулся от приступа кашля. Отдышался, утирая слезы, добыл носовые платки, отсморкался и пробурчал Насту:
– Доброе утро.
Тот и ухом не повел. Сидел на полу, сосредоточенно чистил оружие.
«Шмотки из шкафов добыл, даже подобрал по размеру, – оценил Бесник, глядя на равномерные движения. – Не пропадет».
Он продремал около часа – полусидя, подложив подушку под спину. Замучавшись кашлем, доплелся до ванной, переворошил аптечку, выпил пару капсул, заварил крепкий кофе. Наст на его перемещения не реагировал, занимался своими хозяйственными делами: закинул вещи в стиральную машинку, начал отмывать бронежилет. После второй чашки кофе и десятка безуспешных попыток сотворить хотя бы безобидный сноп искр, Бесник убедился – магия не вернулась. Он с трудом отскреб себя от стула, оделся, позвал Наста:
– Идем. Надо заглянуть в штаб, купить телефон и зайти к врачу.
Перед выходом возник молчаливый спор о ношении оружия. Бесник познакомил Наста с сейфом, в котором лежал гладкоствол и охотничий карабин, и жестами велел оставить автомат и гранаты. Наст сопротивлялся. Бесник кашлял и настаивал. Кое-как договорились: автомат и две гранаты Наст положил в сейф, а одну все-таки взял с собой. В дополнение к двум пистолетам, двум ножам и удавке.
К штабу не пошли, а побрели. Бесник чувствовал, что у него поднялась температура, и уговаривал себя расправиться с неотложными делами, пока болезнь позволяет хоть как-то стоять на ногах. В штабе «Пепла» – да и рядом со штабом – было людно. От малиновых курток в глазах рябило. Слова «wizе tan-nar» – «огненный волшебник» расплывались, в какой-то момент Беснику показалось, что на куртке Земира написано «wizе tad-demm» – «волшебник крови». Нет. Только показалось.
Тот факт, что Наст пришел в штаб без наручников и конвоя, никому не понравился. Вайзы загомонили, начали требовать, чтобы Бесник немедленно вызвал драконов: пусть, мол, забирают этого отморозка, пока за ним россы не явились. Пока он кого-нибудь не убил. Пока…
– Заткнитесь, – вяло сказал Бесник. – Я его Ортлейху обещал. Ортлейха сейчас в Зоне нет. Прилетит – заберет.
– Ландольфу позвони!
– Ландольфа тоже нет. Он то ли в отпуске, то ли уволился. Остальным звонить не хочу. Потом вознаграждение не обломится, – отоврался Бесник.
Покричали и замолкли. Бесник просмотрел сводки, убедился, что вчерашние големы не добрались до поселков, расплылись бесформенными кучами где-то в полях. Попытался раздать ценные указания и тут же смолк. Какие указания? Где стоят водометы, там попробуют отбиться, где нет – только на драконов и надежда. Зачем попусту воздух сотрясать? Земир, наконец-таки, заметил, что у командира щеки пылают и из носа ручьем течет. Всполошился, стал прогонять, обещая принести новый телефон и доставить врача на дом. Бесник шевельнул запястьем – сильнее не болело – решил, что обойдется без рентгена, и поклялся, что прямо сейчас вернется к родному очагу.
– Не надо меня отвозить. И такси не надо. Тут пятнадцать минут ходьбы. Мы в магазин зайдем, а то у меня ни еды, ни хлеба. И кофе заканчивается.
Наст все это время просидел на подоконнике, глядя поверх голов суетящихся вайзов. Казалось, что под потолком висит что-то очень интересное, доступное только посвященным. Бесник пару минут посмотрел в затянутый паутиной угол, сменил дутую куртку на теплый пуховик – нашел средство от повышающейся температуры – и тронул Наста за руку:
– В магазин? А потом заляжем дома. Согласен?
Он не ждал ответа словами, и не ошибся – Наст, конечно же, промолчал. Зато откликнулся жестом. Шевельнул пальцами, прижимая подушечки к подушечкам – слабо, словно боялся прикосновения отпечатков. От этого движения Бесника размазало как тающее масло по хлебу. Он осторожно усилил сцепку и повел Наста за собой, буксируя кончиками пальцев. Так и вышли на улицу, будто снова в наручниках.
Аптека у Наста любопытства не вызвала. Он немного оживился в магазине – правда, рассматривал только консервы, и, после уговоров Бесника, прикоснулся сначала к банке с морской капустой, потом к сладкой кукурузе и томатной пасте. Выбор озадачил, но Бесник послушно набросал водоросли с кукурузой в тележку.
Дома он первым делом разжег камин. Показал Насту выход во внутренний двор, дверь кладовки-поленницы, колоду и топор. Бесстрастный синий взгляд скользнул по булыжникам, устилающим путь к поленнице, глухим стенам соседних домов и пристроек и тощему деревцу хурмы, почти дотянувшемуся ветками до чердака.
– Она еще не поспела. Поздний сорт, декабрьский.
Объяснение пропало впустую – чердак понравился Насту куда больше хурмы. Бесник пожал плечами, вернулся в комнаты. Есть не хотелось, горячий чай обжигал саднившее от кашля горло. Купленные лекарства лежали на столике, дожидаясь одобрения врача. Примерный набор Бесник знал – не в первый раз болезнь свалила – а если что-то дополнительное понадобится, Земир купит.
Так и получилось. Врач настоял на замене чая травяным сбором, добавил в комплект витамины и пообещал зайти через пару дней. Земир, неодобрительно фыркавший при виде Наста, смотался в аптеку за травами и еще банку меда принес. Бесник положил новый телефон возле подушки, впихнул в себя лекарства, завернулся в одеяло и задремал. Его немного мучила совесть – Наст оставался без присмотра и мог творить все, что душе угодно. Надежда была только на милость Ин-Нара: пусть удержит хотя бы от убийств, со всем остальным, поправимым, можно как-то разобраться.
К вечеру Беснику немного полегчало. Зелье опустошения начало терять силу, магия возвращалась, согревала дом и дарила силы хозяину. Касси плясала в камине. Красовалась перед Настом, который подкармливал пламя поленьями. Немедленно полыхнуло любопытство. Бесник протянул ладонь, позвал змейку. Убедился, что Наст следит за передвижениями, позволил Касси повертеться, заплестись в кольца. Спросил:
– Возьмешь? Смотри, она не обжигает. Потрогай. Она ручная.
Касси пружинисто поднялась на хвосте, потянулась к Насту. Тот не отпрянул, но и не подставил ладонь. Жалко. Беснику хотелось проверить, целы ли воспоминания о первом огне или их вытравил драконий выдох. Он не решился настаивать. Касси скользнула в камин, продолжила прерванную пляску. Наст улегся на пол, опираясь на локти, и прилип к ней взглядом.
«Это хорошо, – подумал Бесник. – Он с самого начала откликался на мою магию. Касси упрямая, она все равно к нему за пазуху пролезет. Проверим, крепка ли изморозь».
Он проваливался в тревожные сны, наполненные големами и драконьими выдохами. Выныривал из кошмаров по принуждению – Наст разбудил его, чтобы сменить повязку на запястье; выныривал по доброй воле, тянул ладонь к огню, гладил Касси, убеждался, что гость-пленник дремлет возле камина, и снова отключался. В два часа ночи спохватился, сообразил, что забыл отдать команду. Потряс Наста за плечо, сказал:
– Отбой.
Реакция была немедленной. Наст разделся догола и залез на «свою» сторону кровати под одеяло. Бесник перебрался поближе, коснулся твердого прохладного бедра и подумал, что Ин-Нар послал ему искушение не по силам. Это сейчас кашель, сопли и температура. А что будет через пару дней? Захочется протянуть руки, ох, захочется… проще будет, если Наст его в ответ на притязания прибьет. Нельзя пользоваться помутнением разума и брать такой грех на душу.