Божественная семейка. Книга 2 (СИ)
Ногу восстановили, переломы залечили и отправили прочь из лазарета, чтобы освободить место для нуждающихся. И Леон чувствовал себя почти прекрасно, только бегать не мог. И ходить быстро — тоже. Нога взрывалась болью на любую попытку задействовать ее активнее. Это Кристоферу повезло, у него регенерация — не чета людской. А он, Леон, обычный человек, что бы там ни заявлял отец, и восстанавливается — даже под действием зелий — очень медленно.
— Что же ты творишь? — прошептал менталист, наблюдая, как одна рыжеволосая макушка с упорством профессорского кактуса прется к цели.
Глава 12
— Повторите, лэр, — если бы Кристофер контактировал с проректором чаще, он бы мигом распознал тон «только попробуй сделать то, что сделал, еще раз, и последствия не понравятся».
Боевики вон за спиной де Вира прекрасно поняли, что дело пахнет керосином и попытались слиться с местностью. Получилось так себе. По крайней мере потому, что мертвенно-бледные физиономии на фоне ярко-алых мантий сами по себе привлекают внимание.
— Пожалуйста, отправьте меня с одной из пятерок, — послушно повторил Кристофер, чем, по мнению однокурсников, подписал себе смертный приговор.
— Вы менталист, — взгляд де Вира красноречиво показал, что именно проректор думает об этой идее.
— Я могу постоять за себя! — вскинулся Кристофер.
Проректор скривился:
— Да уж, о подвигах вашего факультета я наслышан...
На этом месте Ист’Элиону стоило бы закончить и тихонько слинять, вот только Кристофер — на свою беду — продолжил:
— К тому же, я оборотень и хорошо ориентируюсь на местности. Мои навыки не будут лишними, вы же сами прекрасно знаете — на все пострадавшие регионы не хватает рук. Вы должны меня отправить!
Рук действительно не хватало, особенно тех, что растут не из причинного места, а откуда следовало — с этим сложно было спорить. Как и с тем, что оборотни априори обладали лучшими боевыми качествами, чем люди. Однако де Вир терпеть не мог, когда кто-то указывал ему, что делать, и в принципе вмешивался в тщательно налаженный рабочий процесс.
— Отказано, — голос проректора был способен заморозить огненные реки, но Кристофер лишь дернул плечом.
— Но лэр!..
— Возвращайтесь к обучению, — вновь обожгли студента холодом. — И впредь, чтобы я не видел ваше лицо на построениях.
— Лэр Вир...
— Продолжите упорствовать — будете отчислены из Академии магии задним числом.
Кристофер сжал зубы до скрипа. Вылететь из Академии вот так, почти закончив обучение и получив диплом, на который оборотень потратил уйму времени, было обидно. Вот только Кристофер все равно желал закончить совсем другой факультет — с самого начала. Ему это не удалось, спасибо Морришу, но так ли теперь важен цвет корочки (или ее наличие), если Кристофер смог заменить боевые заклинания — видоизмененными бытовыми и преуспел? В конце концов, Кристофер добился цели. Теперь он способен неприятно удивить любого противника. Так стоит ли держаться за бесполезный уже документ, пойдя против собственных принципов?
— Лэр Вир, прошу!..
— Лэр Вир, мне кажется, слова этого студента имеют смысл.
— Что?! — едва ли не рыкнул вконец доведенный отсутствием дисциплины проректор, повернувшись... к Морришу.
К Морришу, чтоб его клыкастую задницу надрали, Тоэру.
Кристофер напрягся, не ожидая ничего хорошего от старого соперника.
— Нам предстоят тяжелые испытания там, за стенами крепости, — как ни в чем не бывало продолжил вампир. — Монстры, которых мы раньше не видели, взаимодействие с другими магами, неизведанная местность. Все это большой стресс, особенно поначалу, даже если нас изначально готовили к трудным условиям. А на фоне стресса может произойти... всякое. Я хотел бы предложить включить в пятерки по менталисту, чтобы в случае чего смог вправить товарищам мозги. Разумеется, если вы, лэр, не против.
Голос Морриша — вежливый, но далекий от тошнотворной услужливости или напористого тона самого Кристофера — произвел нужный эффект. И наверное упырь использовал еще что-то, какой-нибудь подлый приемчик, доступный лишь его народу, как Тоэр любит, потому что Кристофер не представлял, как иначе, Морриш уговорил проректора на эту авантюру. Просто — р-раз! — и оборотень уже входит в отряд боевых магов в качестве... менталиста.
— На что учился, тем и пригодился, — оскалил клыки Морриш.
Аж кулаки зачесались, так ему захотелось врезать, но Кристофер сдержался. Здравый смысл (что бы там ни говорили Леон и профессор Фрей, тот у оборотня все же был) подсказал, что при таком количестве свидетелей поступок принесет больше вреда, чем морального удовлетворения. Судя по взгляду, Морриш даже разочаровался немного.
— Завтра на рассвете стоишь здесь, у портала, — лениво проинструктировал вампир. — И даже не вздумай хоть на минуту опоздать — лично приду и выволоку тебя из кровати за шкирку, как провинившегося котенка.
Ну уж нет, Кристофер не доставит упырю такого удовольствия. С Тоэра станется еще сказать неверное время, чтобы оборотень опростоволосился, поэтому Кристофер придет раньше. На час. Нет, на два!
— Появлюсь вовремя, не сомневайся, — фыркнул Кристофер.
— Очень на это надеюсь, — растянул губы в ухмылке Морриш. — Ты теперь часть моего отряда. Спрашивать буду, как со своих.
Еще один неприятный момент, с которым Кристоферу пришлось мириться. Меньше всего он бы хотел контактировать с мерзким вампиром, больше отведенного, но с этого дня оборотень в его команде и вынужден подчиняться, как главному. Подчиняться не хотелось, но либо так, либо сдаться и остаться в Академии. Последнего не хотелось сильнее.
Разошлись без прощаний. Кристоферу предстояли сборы и дружеское напоминание об отсутствии у оборотня мозгов от Леона. Вампиров — тоже сборы и свои клыкастые дела.
...На рассвете отряд покинул крепость, отправились на свое первое по-настоящему серьезное задание.
***
Подпространство,
Дом Фрейль
— Опасно покидать дом сейчас, — голос Дэнталиона в тишине зала прозвучал внезапно.
Лиру, крадующаяся с улицы на кухню за перекусом, вздрогнула от неожиданности. Разумеется, девочка знала, что для семьи ее отлучки не секрет, но раньше удавалось сохранять свои исчезновения и появления в тайне.
— Жить вообще опасно, — проворчала Лиру, привычно устраиваясь на крышке гроба.
Бабушка тот до сих пор не убрала, а сама вновь ушла куда-то, пока Фрейль занимались уничтожением монстров тут и там, вместе с другими богами войны. Открывать гроб Смерть строго-настрого запретила, прекрасно зная характер внуков. И Лиру с Кейроном даже послушно выполняли требование... днем. А ночью, пока никто не видит, не оставляли попыток вскрыть хитрые печати. Интересно же, что находится внутри.