Вик Разрушитель 6 (СИ)
Мне тоже приходилось несладко. Одним глазом я следил за тем, чтобы не приближаться к пологу, светящемуся сразу за оградительной сетью настолько близко, во избежание трагедии, а другим контролировал Железобетона, одновременно распределяя энергию по каналам и на подавление антимагии. Не скажу, что подобная тактика давалась мне легко. По спине катились капли пота, голова тоже намокла, и, если бы не шерстяная шапочка, совсем было бы худо. Да и тело периодически скручивало от спазмов каналов, едва успевающих прокачивать килоджоули энергии.
Соперник дураком не был. Почуяв неладное, он перестал кастовать магоформы и обрушил на меня свои кулаки. В какие-то моменты защита ни с того ни с сего начинала проседать (вероятно, из-за интенсивности процессов, происходящих в энергетических каналах) и мне ощутимо прилетало в корпус. Пришлось напрячься, чтобы уплотнить воздух перед собой; попав в своеобразный кисель, Железобетон стал нервничать. Он видел, насколько эффективно я противодействую его атакам, и сделал рывок навстречу, фактически подставившись под антимагический «зонтик».
Получилось очень неплохо. Одновременно с вылетевшим навстречу ему кулаком, вышибло интегратор; тяжелый бронекостюм потянул Железобетона вниз. Грохнувшись с высоты двух метров на бок, он какое-то время лежал неподвижно, а рефери начал отсчет времени. Я мягко опустился перед противником и поманил его ладонью. Дескать, чего разлегся? Вставай!
Маршевый движок помог Железобетону вскочить на ноги. Девяносто килограмм брони и примерно столько же живого веса ринулись на меня, грозясь втоптать в земляной пол ангара и переломать все кости. Показалось даже, что сквозь забрало вижу налитые кровью глаза. Раскинув руки в сторону, я сконцентрировал вокруг себя невероятную массу энергии и стал сжимать ее в тугую сферу, норовящую выскользнуть из-под контроля и разметать все, что попадется под ее сокрушающую мощь.
* * *
— Он его сейчас разорвет на части, — Зося, сама того не замечая, сжала руку Бекаса, сидевшего рядом, и задрожала при виде несущегося на неподвижно застывшего мальчишку. Со средних рядов трибун хорошо просматривался весь круг боевой арены и любое движение пилотов. — Я же просила воеводу взять с собой Целителя!
— Сиди спокойно, — Бекас тоже не отрывал взгляда от происходящего, но дрогнувшие пальцы на своей ладони ощутил и довольно про себя улыбнулся. Все-таки женщина есть женщина, пусть и показывающая свою крутость во время боевых заданий. Природу не обманешь. — Пацан сейчас какой-нибудь фортель выкинет. Ты камеру не забыла включить?
— Конечно, с самого начала записывает, — Зося вспомнила, что нельзя вертеться, миниатюрная камера, прикрепленная к воротнику ее пальто, будет направлена куда угодно, только не на ринг. Иртеньев потребует отчет о проделанной работе, и что увидит? Мельтешение и сбой фокусировки?
Бекас, в отличие от девушки, находился в расслабленном состоянии. Ему было в диковинку видеть искаженные от возбуждения, злости и радости рожи зрителей, орущих и визжащих от происходящего на арене, враз потерявших респектабельность и важность. Сюда никто не попадал случайно. Дорогие авто, добротная одежда — все эти признаки благополучия указывали на аристократическое общество. Правда, никого из высшего света он не увидел; вероятно, клановые лидеры послали своих свитских, через которых и делали ставки. Есть подозрение, что устроители ведут записи боев камерами, которые умело спрятаны в определенных местах, а потом продают их через «коробейников».
А насчет Танцора он не волновался. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять потенциал мальчишки. Одна лишь телепортация и обезвреживание Дрозда потрясли не только его, но и воеводу. Сколько весу в пацане? Шестьдесят пять-семьдесят килограммов против смертельной машины в сто килограмм, и тем не менее, он волкодаву руку играючи сломал.
В этот момент трибуны ахнули от увиденного, а кто-то даже вскочил на ноги, чтобы получше рассмотреть произошедшее. Бекас улыбнулся. Как он и предполагал, Танцор не стал показывать все свои хитрости, а всего лишь ткнул кулаком в летевшего на него Железобетона. Которого как пушинку отнесло к противоположной стене и осыпало взрыхленной землей. Закованный в броню пилот пытался затормозить всеми сочленениями, но ему это не удалось. Кинетическая энергия, приданная телу столкновением с несокрушимой скалой в виде серебристого «механика», была настолько мощной, что он едва не сломал защитную решетку. Влетев шлемом в нее, Железобетон замер в неподвижности. Рефери матча, выждав мгновение, забежал на ринг и повел отсчет времени.
— Так легко, — выдохнула Зося.
— Поднимайся, ублюдок! — завопил какой-то толстяк, сидевший рядом ниже. Он в гневе потряс кулаками. — Поднимайся, я на тебя пятьдесят тысяч кровных поставил!
— Ха-ха! — сидевший рядом с девушкой мужчина в драповом пальто не удержался от смеха. После чего встал, обмотался шарфом и добавил, ни на кого не глядя: — Какая-то темная лошадка за пять минут раскрошила железобетонный столб. Минус десять тысяч. Ну что ж, поделом мне, чувствовал же подвох!
— Двадцать! — услышали все голос рефери. — Победил Волхв!
Разочарованный гул разнесся под сводами ангара, но даже среди этого шума кто-то радостно вопил на противоположных трибунах.
Зося плюхнулась рядом с Бекасом, не замечая своей улыбки.
— Все-таки у воеводы есть нюх на новичков, — пробормотал напарник, не торопясь подниматься с места. Он ждал, когда большая часть людей покинет ангар. Не любил он такие сутолоки. — Что же привлекло шефа в Танцоре?
— Наверное, страстное желание найти свое место в жизни, — задумчиво ответила Зося, аккуратно снимая с воротника серую капельку камеры и пряча ее в пластиковую коробочку, обложенную мягкой тканью. — А еще он явно выраженный бунтарь.
— Бунтарь? — Бекас вздернул брови от удивления. — Ты серьезно? Да он, скорее, похож на обмылок, который норовит выскользнуть из рук. Манипулятор чистой воды…
— Может, и это тоже в нем есть, — усмехнулась девушка, — но что в нем не отнять, так это упрямого желания идти против навязанных ему правил домостроя, отстаивания своих интересов, не боясь потерять собственную свободу.
— Не идеализируй мальчишку, — капитан Вельяминов, волкодав подразделения «Арбалет», покачал головой, удивляясь выводам соратницы. — С ним сейчас просто играют, потешаются над его подростковыми амбициями. Но как только княжич переступит отведенные ему границы, Мстиславские или другие кланы прихлопнут его. Так что лучше будет, если Танцор перейдет под защиту ГСБ, под наш контроль. Мы, хотя бы, удержим его от необдуманных поступков и прикроем спину.
— Ну вот, все настроение испортил, — надула губы Зося. — Пошли, моралист! Нас еще ждет доклад у воеводы и подробный отчет.
* * *
Адреналиновый откат я ощутил только после того, как Геннадий и Иван помогли мне покинуть ложемент экзоскелета. Руки и ноги предательски дрожали — нет, не от запоздалого торжества победы. Энергии я затратил столько, что казалось, еще шаг — и я просто упаду. Потускневшее после удара «каменным кулаком» ядро едва справлялось с удержанием стабильного состояния каналов, и мне требовался серьезный отдых. Из меня как из воздушного шарика выпустили весь воздух. Я вяло скинул с себя тонкий комбинезон и натянул одежду, в которой приехал на бой. Плохо, что душ здесь не предусмотрен. Теперь все потом провоняет.
В дверь подсобки постучали, и не дожидаясь ответа, ее открыл Вальтер.
— Арина Васильевна ждет вас в коридоре, — телохранитель замер, глядя на меня.
Я поднялся с ящика, на котором блаженно отдыхал, и махнув рукой охране, призывая ее оставаться на месте, поплелся следом за личником княжны. Если Арина зовет, значит, не ради личной прихоти.
— Поздравляю с победой, — сдержанно сказала девушка, увидев меня. — Ты побил все рекорды продолжительности боев. Многие разочарованы коротким боем. Ожидали большего…