Вик Разрушитель 6 (СИ)

— Хм, — я озадаченно почесал затылок. — Видимо, для Меллонов никакой тайны в назначении линейных движков нет.
— Да их только в экзоскелеты и пихают, — хмыкнул князь. — Главное, что американцы не знают, что получатель — ты.
— Здорово, — немного подумав, согласился я.
— Раз твое имя ни разу не всплыло в общении между твоим отцом и Энтони, то огласка и не нужна. Пусть будет сюрприз. Это, кстати, спасет тебя от гнева Арабеллы Стингрей.
— Что, злая тетка?
— Так у нее прозвище «Фурия»! — рассмеялся дядька Сергей. — Она местные кланы кошмарит со своим боевым крылом без страха и упрека. Недавно разнесла штаб-квартиру чьего-то клана за то, что его представители захотели захапать ее разработки. Ладно, пойду к себе, отдохну с дороги. Приедет Баженов, меня не буди. Пусть подождет, вместе с ним поеду смотреть особняк.
Он широко зевнул и отправился спать. В гостиную заглянул Куан, и увидев меня одного, сидящего в задумчивости, сказал:
— Мы давно не тренировались. Переодевайся и выходи в парк. Отработаем перенос на сто метров.
— Да я едва двадцать преодолеваю! — я возмущенно уставился на непреклонного наставника. — И вообще после обеда полагается на массу подавить!
— Тренировка сожжет лишние калории, а будешь валяться, ожиреешь с такой скоростью, что через месяц в бронекостюм не влезешь, — невозмутимо парировал Куан. — Живо встал, переоделся и вышел в парк!
И не поспоришь с таким аргументом. Пришлось оторвать зад от дивана и идти переодеваться. Натянул на себя шерстяной спортивный костюм, кроссовки, шапочку на голову — и вперед! До сумерек еще пара часов, так что предстоит серьезно поработать. Телепортация — не шутка. Приходилось напрягаться так, что внутреннее ядро раскалялось добела, накачивая энергоканалы Силой для прыжка. Моим лучшим результатом до сегодняшнего дня было перемещение на двадцать метров. А тут все сто заявлено! Да меня вывернет наружу или сплющит от клокочущей внутри энергии!
Пришлось распылять ее часть в пространство, чтобы не разорвало, и прыгать, прыгать! Наставник вначале жалел меня и не требовал мгновенного результата. Я набирал потенциал, плющил пространство ладонями и входил в густой кисель сопротивляющейся природной материи. Всего лишь один шажок переносил меня на определенное расстояние, но как же неимоверно тяжело он давался! Я вываливался из пространственного «кармана» весь потный, с бешено вращающимися зрачками, и выжатый как лимон. Двадцать метров, тридцать, сорок пять — чем длиннее становилась дистанция, тем я, как ни странно, чувствовал себя гораздо лучше. Ну, как лучше… Меня, хотя бы, перестало плющить и корежить во время скачка, а к концу занятий прыгал как молодой кузнечик. Но разозлившись на неугомонного Куана, я все же преодолел отметку в сто метров, оказавшись за его спиной и перехватив сгибом локтя горло, сдавил со злостью.
Куан врезал по моим ребрам локтем, вывернулся ужом из ослабевшего захвата и нанес еще пару ударов: ногой в предплечье и раскрытой ладонью в подбородок. Ах, так? Избыток энергии выплеснулся наружу и отбросил наставника назад. Пропахав несколько метров тающего снега и грязной земли, он замер на земле, раскинув руки.
— Кажется, на сегодня хватит, — я стянул с головы шапочку и вытер мокрое лицо. Свежий ветерок с запахом свежести и влаги приятно обволок меня, высушивая волосы. — Эй, Куан, ты живой?
Наставник-кумихо без усилий приподнялся, не упираясь руками в землю. Гибкости его тела можно было позавидовать. Он пристально поглядел на меня, не узнавая, и только когда поволока от нокдауна ушла из глаз, сказал нетвердым голосом:
— Нехорошо против своего учителя применять «щит отражения», заранее не предупредив об этом.
— Ничего я такого не применял, — бурчу в ответ и протягиваю руку, чтобы Куан схватился за нее и встал. — Сам начал атаковать, как будто прыжков для меня было недостаточно.
— Проверка боеспособности и потенциала после интенсивной тренировки, — пояснил личник. — Ситуативно проверил твою способность к сопротивлению.
— А что за «щит отражения»? — я снова промокнул лицо шапочкой. Вроде бы полегче стало, только кожу щиплет от высохшего пота.
 
— А вот то, чем ты меня отшвырнул, то и есть, — недовольно сдвинул брови Куан. — Сам-то понимаешь, как у тебя получилось?
— Не-а, — я легкомысленно мотнул головой. — Опять эмоции, будь они неладны. Когда ты начал меня лупить, вот и осерчал.
Куан тяжело вздохнул и мотнул головой в сторону особняка, дескать, тренировка закончена.
— Надеюсь, с годами ты сумеешь совладать с ними, — сказал он, пока мы шли по дорожке к дому. — Наверное, будет лучше для всех не вмешиваться в процесс развития твоих навыков. Есть у меня одна версия…
Он замолчал, а я даже подпрыгнул от нетерпения.
— Какая? Ну, Куан, колись же!
— У тебя вместо инициации растет потенциал, и сдерживать его посредством успокаивающих методик считаю глупой затеей. Пусть идет как идет. Однажды ты достигнешь своего потолка, и надеюсь, к тому времени психоэмоциональная составляющая стабилизируется.
— Тебе в университете преподавать! — восхитился я. — А так-то я и сам хотел предложить нечто подобное. Сам же видишь, что во время эмоционального всплеска у меня лучше всего получаются разные комбинации.
— Только прошу тебя, господин, сдерживаться во время дуэлей со своими сверстниками или в мелких стычках с такими же оболтусами, — вроде бы попросил наставник, а на самом деле хорошо спрятал иронию в голосе.
— Обещаю, — торжественно произнес я, поднимаясь по лестнице.
Сергей Яковлевич до сих пор находился в своей комнате, как доложил Эд. Проснулся он или нет — никто не знал. А вот мне было несколько звонков по телефону. Я глянул на список входящих номеров. Лидия звонила трижды, Анжелика отметилась пару раз, причем, последний звонок был от нее. О, и Арина свет Васильевна оставила сообщение, чтобы я связался с ней как можно быстрее.
Уединившись в своей комнате, я пристроился в кресле и первым делом решил поговорить с Анжеликой. Как-никак, у нее на носу дебют, который решит всю дальнейшую судьбу девушки.
— Андрей, мы закончили запись альбома и тех песен, которые ты решил прокрутить на вечеринке, — сходу затараторила она, как только произошло соединение. — Я хочу, чтобы ты их прослушал.
— Приеду часам к шести, не раньше. Дождешься?
— Да, не проблема. Буду ждать.
Она сбросила звонок, а я с сомнением посмотрел на номер Великой княжны. Первым делом хорошо бы душ принять, а то заговорит меня на полчаса, не меньше. Вздохнув, решил все же пообщаться с Лидией.
— Привет! — услышав ее голос, воскликнул я. — Не потеряла?
— Андрей Георгиевич, очень неприятно осознавать, что вы игнорируете меня, — раздался в ответ холодный голос Мстиславской. — Я трачу свое время, пытаясь поговорить с вами… Как будете оправдываться?
«Княжна не одна, — догадался я. — Поэтому и вынуждена прибегать к язвительно-манерному общению, чтобы чужие уши не греть».
— Никак не буду, — отозвался я весело. — Не преступник, чай.
В трубке послышалось цоканье каблуков по полу, а через несколько мгновений Лидия растерянно откликнулась:
— Грубиян! Разве можно игнорировать свою девушку?
«Ты еще не моя, дорогая», — с трудом сдержался, чтобы не брякнуть глупость, за которую прилетит не только от цесаревича и отца, но и от императора.
— Извините, Ваше Высочество. Находился на тренировке, телефон с собой не брал. Что-то срочное?
— Про нашу тренировку в субботу не забыл? — с придыханием произнесла Лидия, как будто на ходу. — В то же время. Нашими спарринг-партнерами будут пилоты из охраны дворца. Папа посодействовал.
— Правильно. А то доведу Егорку до белого каления. У него и так после того боя чувство собственного достоинства снизилось до критического уровня.
Раздался смешок княжны.
— Да, он был изрядно разочарован собственным конфузом. Пришлось успокаивать его, как капризного ребенка.
«Вот гаденыш, так и ищет любую возможность обратить на себя внимание Лиды, — про себя подумал я, ощутив поднявшиеся волны гнева откуда-то из глубин сердца. — Что за хрень? Ревную?»