Шест (СИ)
Глава 2.
- Не забудь в бордочке посмотреть, - прошептал Грэм.
- Есть, - радостно ответил ему Жек.
- Настя, пошли, - крикнул Грэм Насте, которая стояла в метрах трех от машины и следила, чтобы никто не стал свидетелем их кражи.
Настя снова и снова прокручивала в голове очередную кражу, которую она совершила с новой своей компанией.
В банде, а именно так можно было охарактеризовать ее новую компанию, Грэм был безусловным лидером. Она это поняла после того, как в первую же ночь, которую она ночевала в московской квартире с новой компанией, Жек попытался приставать к ней. Она проснулась от того, что кто-то стянул с нее одеяло. В темноте она не могла разобрать, кто это и закричала. Своим криком она разбудила всю остальную компанию. Первым, кто вошел в комнату, в которой она спала, был Грэм. Он схватил Жека и ударил его по лицу с такой силой, что тот отлетел к стене. Ударившись головой о стену, Жек какое-то время не мог встать и тупо смотрел на Грэма. На шум прибежали остальные.
- Я же сказал, что никто ее не тронет, - решительно проговорил Грэм. Он окинул взглядом всех членов своей банды. Никто не посмел не то что сказать слово, но даже посмотреть на своего предводителя. – Эта девочка моя.
Настя испуганно натянула на себя одеяло и почувствовала на себе пронизывающий насквозь взгляд. Она посмотрела туда, откуда, ей казалось, идет этот взгляд. Это была Кэт.
Грэм был человеком рисковым. Ему недостаточно было просто подкарауливать жертву в темном переулке или разбивать стекла машины и вытаскивать оттуда вещи. Ему все время хотелось попробовать что-нибудь новое. Он был злым гением компании.
Как Настя пошла на первое дело? Она уже толком и не помнила.
Эта компания так по-доброму отнеслась к ней, прониклась ее историей, накормила, приодела и ничего, в принципе, взамен не просила. И как-то само собой разумеющееся, что Насте захотелось отблагодарить этих людей, быть им тоже полезной. В первый раз ей было страшно и стыдно. Но, увидев, как веселятся ее приятели на деле и особенно после удачного его завершения, страх и стыд ушли на второй план. В какой-то момент она думала о том, чтобы вырваться из этой компании и уехать-таки на Родину. Родителям она по телефону рассказывала о том, что устроилась в Москве продавцом и сняла комнату вместе с напарницей. И, как - будто прочитав ее мысли, Грэм как-то наедине сказал ей:
- Мы теперь повязаны с тобой, Настюха. Ты член нашей группы. Назад дороги нет. Пальчики твои уже засветились, где надо. Менты рады будут повесить на тебя не только совершенное тобой, но и остальные свои «глухари».
В какой-то момент она стала любовницей Грэма. Он был очень ласков и нежен с ней и она подумала, что это любовь. Естественно, что после этого Кэт получила окончательную отставку. С тех пор Настю не отпускало чувство постоянного страха за свою жизнь. Ей казалось, что Кэт только и ждет случая пырнуть ее ножичком, который она всегда носила с собой. И хотя Грэм уверял ее, что ее беспокойство напрасно, чувство страха за свою жизнь не покидало ее.
Так прошел почти год жизни Насти в Москве. Ей исполнилось девятнадцать лет. Эту дату компания решила отметить в ресторане в центре Москвы. В бурном веселье Настя почти забыла о своих грустных мыслях. Компания засиделась допоздна и лишь под утро отправилась домой.
До дома решили идти пешком. Стояла еще теплая осенняя ночь. Подходя к одному из домов, они увидели, как у обочины притормозила машина и из нее вышла высокая стройная хорошо одетая девушка. Расплатившись с водителем, она направилась в сторону темного московского переулка, по-видимому, к своему дому.
- Ну, что, Настюха, отметим твое девятнадцатилетие по полной? – глаза Грэма загорелись. Настя знала, что означает этот блеск в глазах. Парни одобрительно заулыбались.
- Может, не надо, мальчики? – попыталась остановить их Настя. Но ее уже никто не слушал.
- Переодевайся! – скомандовал Грэм.
Это означало, что надо натянуть на голову черную вязаную шапку и надеть черные тонкие болоньевые куртки. Эту амуницию компания всегда носила с собой. Это уже было сродни привычке – ведь никогда не знаешь, когда подвернется стоящее дело.
Настя нехотя надела куртку и шапку, которые ей подал Лопата. Когда все были готовы, они побежали вслед за вышедшей из машины девушкой. Вот уже жертва совсем близко, но, услышав шаги за спиной, девушка обернулась и увидела, как к ней бегут несколько человек, чьих лиц она не могла разглядеть. Она быстрым движением что-то достала из дамской сумочки и встала, повернувшись к ним лицом.
- Сумку сюда давай, - сказал ей Грэм, когда они приблизились к ней.
- Щенок, спать иди, и деток своих забери, пока не случилось чего плохого, - уверенно ответила девушка.
После этих слов Грэм решительно шагнул к ней. В руках девушки блеснуло лезвие большого ножа, даже не ножа, а кинжала. Грэм лишь усмехнулся. Компания плотным кольцом обступила девушку и подходила к ней все ближе и ближе. Насте стало отчего-то безумно страшно, она посмотрела в глаза девушки и увидела в них решительность дать отпор. Но отступать одной было нельзя, только всем вместе.
Девушка угрожающе начала размахивать ножом. Вблизи нож оказался еще страшнее, чем издалека. Это был настоящий кинжал с длинным и блестящим лезвием.
По свистку Грэма все набросились на девушку. Она размахивала ножом в разные стороны, не разбирая, в кого попасть. Вдруг Настя почувствовала резкую боль внизу живота. Она громко вскрикнула и коснулась рукой того место, где ощущала боль. На руке показалась кровь.
В это время одно из окон многоэтажного дома открылось и недовольный женский голос прокричал:
- А ну, пошли отсюда! Никакого покоя нет по ночам! Шляются тут! Нам на работу завтра! Сейчас полицию вызову!
- Шухер, - крикнул Грэм и компания бросилась врассыпную. Грэм сжимал в руках дамскую сумочку девушки. Настя попыталась встать, но не смогла. Она попробовала позвать на помощь своих приятелей, но ее никто не услышал.
После того, как все разбежались, девушка, ставшая жертвой нападения, встала с асфальта, куда ее повалила пьяная компания, и стала осматривать вокруг, наверное, пытаясь найти свою сумку.
- Вот, суки, все-таки, сперли! – злобно заключила она. Она направилась в сторону дома, как вдруг услышала стон. Она повернулась и увидела, что на тротуаре, скорчившись от боли, лежит Настя. Девушка подошла к ней и легонько пнула ее ногой. В ответ раздался стон.
- Ну, что, подонок, доигрался? Что же тебя твои дружки кинули? Ну, ничего, сейчас полиция найдет тебе достойную компанию, - злорадно проговорила девушка.
- Не надо полицию, пожалуйста, - простонала Настя.
- Ты девка, что ли? – удивилась девушка, услышав женский голос. Она подошла к Насте и стянула с нее шапку. – Девка. Красивая девка. Ну, и дуреха. Другого применения себе не нашла, что ли? Идти сможешь? – спросила девушка, приподнимая Настю.
Настя закивала и, прихрамывая и облокачиваясь на руку девушки, побрела с ней к дому.
Они зашли в подъезд и сели в лифт. Насте казалось, что она вот-вот рухнет прямо на пол, но она стоически держалась на ногах.
Девушка фактически затащила тело Насти в квартиру. Сквозь полудрему Настя слышала лишь отрывки фраз незнакомки:
- Алло, Семеныч? Привет, Луиза это. Не забыл еще? Слушай, приезжай, Семеныч, у меня тут девка с ножевым. Как бы ни окочурилась у меня тут. Жду.
Потом Настя, не в силах открыть глаза, слышала уже два голоса: незнакомки и мужской.
- Это кто ж ее так? – спросил мужской голос.
- Я, - ответил женский. – Подарком Вахтанга.
- Я, - передразнил ее мужской голос. – Я тебе еще раз говорю: этот подарок тебя до тюрьмы доведет. Так полоснуть!
- Выживет?
- Выжить-то выживет. Зашью ее – не в первой. Только шрам останется большой на всю жизнь.
- Ну, как-нибудь, переживет.
- Жалко. Такое тело показывать надо, им любоваться должны. А тут шрам на весь живот. Кому такое покажешь? – сокрушался мужской голос.