Оружие юга (ЛП)

"Я также слышал об этом," - сказал Горгас. - "Даже слухи о золоте, не говоря уж о его реальности, разносятся мгновенно. И какие тут можно сделать выводы? Что у них так много денег, что они не заботятся о выгоде при продаже карабинов? Вроде и логично, но как-то неправильно, понимаете, сэр?"
"Действительно, полковник." Ли начал было вставать, но остановился и снова сел. "Могу я попросить ручку и клочок бумаги?" Горгас передал ему перо и чернильницу. Он быстро набросал и передал свой рисунок начальнику арсенала. "Не знакомы ли вы случайно с этой эмблемой, которую используют Руди и его товарищи?"
"Да, я видел ее. Забавно, что вы спросили об этом, ведь она и меня очень заинтересовала. Через некоторое время после того, как я впервые познакомился с Руди, я сделал ее копию и показал своему другу, который разбирается в геральдике. Он сказал, что это напомнило ему герб острова Мэн, с изображением трех согнутых ветвей - впрочем не скажу точно, сэр, может и просто линий."
"Остров Мэн, вы говорите? Очень интересно. Островитяне говорят на своем диалекте, разве нет? Возможно, это и есть акцент Руди и его товарищей. Во всяком случае, это может послужить полезной основой для начала расследования."
"Ну да, может." Горгас печально улыбнулся. "Жалко, что приходится думать о расследовании в отношении людей, которые так сильно помогают нам, но они выглядят уж слишком хорошими, чтобы это было правдой."
"Вы не первый, кто использовал эти же самые слова, говоря о них, полковник. Извините, что отнял много вашего времени этим утром. Из-за за моих едких замечаний о наших благодетелях, вы, несомненно, вспомните прозвище, которое мне в свое время дали - Бабушка Ли- которое, впрочем, исчезло после первого года войны."
"Я не виню ни вас, сэр," - сказал Горгас, - "ни других. Уж слишком много странного и в Руди и его карабине, независимо от того, насколько полезным это оружие может стать."
"И на мой взгляд, это именно так." Ли, наконец, поднялся на ноги. В окно кабинета Горгаса, он увидел белый контур здания лаборатории на острове Браун, отделенного каналом реки Джеймс. Указывая на него, он сказал, "Уверен, вы обеспечили безопасность работ."
"Да, сэр," - сказал Горгас. - "Мы приняли меры после несчастья прошлой весной. Моя жена просто падала с ног, помогая бедным страдальцам, раненным в результате взрыва."
"Сколько умерло?" - спросил Ли.
"Десять женщин были убиты сразу, еще двадцать погибли в течение ближайших нескольких недель, значительное число людей пострадало от ожогов, но выздоровело."
"Ужасно." Ли покачал головой. "И не менее ужасно то, что нам приходится использовать женщин и девочек для помощи фронту. Но с нашими немногочисленными войсками выбора не существует. Вы с женой живете здесь, в арсенале, не так ли?"
"Да, сэр, внизу, через пару дверей отсюда."
"Вам повезло, полковник, в возможности выполнять свой долг, оставаясь в лоне своей семьи."
"Я всегда помню об этом," - сказал Горгас.
"Прекрасно. Такие редкие обстоятельства надо ценить, а сейчас можете вернуться к своим обязанностям. Нет, не нужно провожать, я сам". Горгас уже потянулся за ручкой, когда Ли закрыл за собой дверь. Этот человек был просто создан для работы. Ли хотел, чтобы в Конфедерации таких было бы побольше.
Штабеля ящиков с боеприпасами во дворе арсенала свидетельствовали о трудолюбии Горгаса и его команды. Мускулистые мужчины загружали ящики на повозки для транспортировки к железнодорожной станции, когда Ли вышел и подошел к карете. Двое из них сняли свои шапки приветствуя его. Он кивнул в ответ. Они заулыбались и вернулись к работе.
Люк выдохнул запах виски в лицо Ли, когда тот начал садиться в экипаж. "Теперь они будут хвастаться, Масса Роберт, что видели вас." Ли перевел взгляд на его руки, но фляжки видно не было. Люк спросил: "Куда ехать теперь?"
 
Ли задумался. У него не было никаких определенных планов на остальную часть дня. Первым его побуждением было сразу кинуться в казначейство, в логово Меммингера, и выпытать из него все подробности сделки с автоматами. Но финансы не были областью его влияния. Он сказал: "Давай в военный департамент."
"Слушаюсь, Масса Роберт." Трезвый или под мухой, Люк в любом состоянии мог справиться с лошадьми. Он взмахнул кнутом, обогнул фургон, загружаемый боеприпасами, и выехал в сторону Института Механики. Ли с большим интересом смотрел на здание через дорогу от военного ведомства. Это было трехэтажное коричневое кирпичное здание, которое он видел бесчисленное количество раз до этого, но пристального внимания не обращал. Его внимание было вознаграждено видом человека в пятнистой одежде, которая теперь ассоциировалась с торговой маркой Андриса Руди и его товарищей, входившего в отделанный мрамором подъезд здания.
Офицеры с кружевом на серых рукавах и гражданские в черной одежде создавали суету, напоминавшую муравейник. Люк остановился прямо перед зданием. Военный с двумя лейтенантскими звездами на воротнике закричал, "Проклятый глупый негр, какого черта ты перегородил…" слова застряли у него в глотке, когда Ли вышел из экипажа. Он встал по стойке смирно и отдал честь, на зависть всем курсантам Военного института Вирджинии.
Ли повернулся и сказал: "Спасибо, Люк," и лишь затем просалютовал в ответ. Черный человек ответил загадочной улыбкой. Ходьбы с улицы до фойе было всего двадцать или тридцать метров, но за этот короткий промежуток Ли обменялся воинским приветствием не меньше дюжины раз.
Он остановился в фойе, чтобы глаза привыкли к освещению зала. Затем подошел к столу, где клерк старательно записывал что-то в книгу. Бросив взгляд на эмалированную латунную табличке перед парнем, он сказал: "Извините, мистер Джонс, полковник Ли по-прежнему держит свой кабинет на втором этаже?"
Клерк Джон Бьючэмп Джонс, судя по упоминанию своего второго имени на табличке, имел свои собственные понятия о скромности. Он закончил писать и только потом посмотрел вверх. Его тонкое, чисто выбритое лицо несло кислое выражение, которое быстро изменилось, когда он увидел, кто стоял перед ним." Да, генерал, и он теперь там, полагаю, поскольку видел его сегодня утром."
"Благодарю вас, сэр." Ли не сделал и двух шагов по направлению к лестнице, а Джонс уже вернулся к своим записям.
Он отдал несколько салютов на втором этаже, подходя к кабинету своего сына Кастиса. Кастис писал, когда он постучал в открытую дверь. "Отец! Сэр!" - воскликнул тот, вскакивая на ноги. Он отдал честь и протянул руку. Ли взял ее, пожал и заключил старшего сына в объятия. "Привет, мой дорогой мальчик. Ты выглядишь очень хорошо. Я вижу, что все-таки кое-какие продукты в Ричмонде есть."
Кастис рассмеялся. "Я всегда был чуть потолще тебя, отец. Вот, садись сюда. Скажи мне, что я могу для тебя сделать. Могу я надеяться быть тебе полезным там, на фронте?"
"К сожалению, не могу тебе ничего обещать. Я знаю, как ты удручен, работая помощником президента Дэвиса," - сказал Ли. Кастис кивнул, разочарованно теребя бороду. Хотя ему было за тридцать, она еще оставалась по-мальчишески тонкой и шелковистой. Он сказал: "Как и когда я смогу добиться, чтобы попасть в действующую армию?"
"Скоро, с наступлением весны, я уверен, нам понадобятся все, кто имеет такую возможность. Однако не думаю, что твоя нынешняя должность не имеет особой ценности. Ты оказываешь президенту и народу нужную помощь."
"Это не та служба, которую я бы хотел," - сухо сказал Кастис.
"Знаю, я был в таком же положении я в Западной Вирджинии, а затем в Каролине. В настоящее время, однако, твое присутствие в Ричмонде может оказаться весьма полезным для меня."