Оружие юга (ЛП)

"Клиберн настоящий офицер," - сказал Ли. - "По моим сведениям, он хорошо дрался в кампании под Чаттанугой."
"Может быть. Но он устроил переполох среди генералов своей армии. Видите ли, в своем меморандуме он предложил освободить и вооружить часть наших негров, чтобы использовать их в качестве солдат против янки."
"Многие могут сказать, а зачем мы тогда вообще создавали Конфедерацию?" - заметил Седдон. - "В чем тогда смысл нашей революции?"
Ли свел брови вместе и задумался. Наконец он сказал: «Федералы некоторых своих негров поставили в строй и выдали им синюю форму. Они, безусловно, заберут и наших, если мы потерпим поражение. Если мы хотим сохранить свою независимость любыми средствами, может нам и стоит переоценить наши социальные институты? Борясь за свободу, негры вполне могут стать хорошими солдатами".
"Положим, что так," - сказал Седдон. "Тем не менее, разногласия, которые возникнут при обнародовании таких взглядов с нашей стороны, могут привести к непоправимым последствиям."
"Я согласен. Мы не можем позволить себе такую полемику сейчас," - сказал Дэвис. "Меморандум Клиберна может рассматриваться только в качестве самого последнего шанса. В качестве такого последнего шанса я не против рассмотреть любой курс, который остановит наше покорение тиранией в Вашингтоне. Я надеюсь, однако, генерал Ли, что, перевооружившись, нам удастся избежать применения таких крайних мер, и таким образом сохранить наши институты незапятнанными и без изменений".
"Я тоже на это надеюсь, господин президент," - сказал Ли. - "Это вполне возможно. По крайней мере, наши перспективы с этими автоматическими карабинами, стали гораздо лучше. Принесут ли они нам победу - одному Богу известно. Я сделаю все возможное, чтобы способствовать этому, как и другие наши командиры". Ли чувствовал, что он мог бы многое еще добавить. Например, пожелать Дэвису больше доверять генералу Джонстону и прекратить им обоим ссориться. Однако он понимал, что это нереально. Они оба - гордые и обидчивые люди - безусловно, поняли бы это неправильно.
Дэвис сказал: "Генерал, я так понимаю, эти удивительные винтовки поступают из Ривингтона в Северной Каролине? Никогда не считал Ривингтон за серьезный производственный центр," - он холодно улыбнулся - "до этого месяца я вообще не думал о Ривингтоне."
"Я токже никогда не слышал об этом местечке," - подхватил Седдон.
"Да я и сам тоже," - сказал Ли. "Сведения, дошедшие до меня и моих офицеров штаба, только еще больше озадачивают, так как городок внешне не имеет промышленный вид. Ни выплавочных работ, ни горнов, ни фабрик. В последнее время было построено немало зданий, но это только дома и склады, а не те здания, что необходимы для производства винтовок, патронов или пороха. Господин президент, а у вас самого были возможности познакомиться с этими винтовками?"
"Пока нет," - сказал Дэвис.
"Помимо прочего, мы нашли на оружии действительно удивительные надписи. Кое-что изготовлено в Народной Республике Китай, а такой страны не найти в любых атласах. На других - что они были сделаны в Югославии, стране, которой также нет на картах, а третьи после некоторых усилий, мы определили, как русские. Мне сказали, что они были сделаны в СССР, но что это - СССР, я не могу вам сказать, не знаю. Это привело нас в полное замешательство".
"Судя по тому, что вы говорите, Ривингтон, возможно - просто перевалочный пункт, а не то место, где оружие на самом деле делают," - сказал Седдон.
"И вправду." Ли посмотрел на военного министра с удивлением. Почему бы Седдону не делать такие убедительные преположения почаще? Да и было ли это предположением? Ли продолжал: "Откуда тогда, винтовки туда попадают? Конечно, Ривингтон находится на железной дороге, но из-за блокады движение ограничено. Факты говорят, что они поступают непосредственно из Ривингтона, а не из каких-то неизвестных мест. К нам - точно из Ривингтона и, как я понимаю, для других армий тоже."
 
"Вы говорите, что опрашивали железнодорожников и наших солдат," - сказал Джефферсон Дэвис. "А разве вы не допросили также мужчин из Ривингтона - тех, кто у вас в армии в качестве инструкторов?"
"Господин президент, мы пытались спрашивать, но признаюсь, с большой осторожностью," - сказал Ли. "Они уходят в сторону, отвечая на все существенные вопросы, и в общем, держат язык за зубами. И без вашего приказа, я бы не хотел делать ничего, что могло бы насторожить их, чтобы поток карабинов не высох так же внезапно, как и начал течь".
Дэвис потер гладко выбритую часть подбородка, затем потеребил бороду, росшую под его челюстью. "Мне не нравится зависимость нашей страны от какой-либо одной небольшой группы людей, тем более такой, о которой мы так мало знаем. Но при данных обстоятельствах, генерал, я должен, хотя и неохотно, но согласиться с вашим мнением."
"Может быть, нам следует отправить агентов в этот Ривингтон, чтобы узнать о нем все, что можно, с осторожностью, конечно," - сказал Седдон.
"Хороший план. Займитесь этим," - сказал Дэвис. Седдон достал карандаш и листок бумаги из кармана. Он склонился над столом, сделал запись и спрятал бумагу в карман жилета.
"Еще что- нибудь, господин президент?" -спросил Ли, надеясь, что военный министр не забудет о ней при смене жилета.
"Нет, генерал, спасибо. Вы можете идти,… Когда увидете свою жену, прошу передать ей мою благодарность за то, что она и другие дамы делают для улучшения материального обеспечения солдат Конфедерации. Скажите ей, что ее заслуги не останутся недооцененными," - сказал Дэвис.
Ли ответил. "Я передам ваши слова в точности, господин президент. Я знаю, что она будет рада услышать их от вас." Он кивнул Седдону. "Надеюсь снова увидеть вас, сэр."
На улице было темно и облачно, в воздухе повисло ожидание дождя. Ли надел шляпу и застегнул верхние пуговицы пальто, выйдя к ожидавшему его экипажу. Люк оглянулся на звук его шагов и быстро спрятал маленькую фляжку. Ли сделал вид, что ничего не заметил. Если Люк хотел пропустить рюмочку, предохраняясь от ночного холода, это его дело. "Домой, Масса Роберт?" - спросил он.
"Верно, Люк, к дому миссис Ли." Вряд ли это можно было назвать своим домом. Его настоящий дом, в Арлингтоне, находился напротив города Вашингтона через реку Потомак. С начала войны это уже была территория федералов. За последние два года его домом стала армия Северной Вирджинии. Вдали от нее он чувствовал себя случайным гостем.
"Момент." Люк забрался на свое место. "Это всего лишь в паре кварталов отсюда." Лошади нетерпеливо фыркнули, трогаясь с места. Было холодно, даже слишком. Экипаж с грохотом помчался на северо-запад по Банковской улице, являвшейся нижней границей площади Капитолия. Подъехав к Девятой улице, Люк повернул направо. Через полквартала, на углу Девятой и Франклина, он вывернул налево, на улицу Франклина. Несмотря на праздник, в нескольких окнах Института Механики, расположенного на этом углу, горели огни. Седдон, несомненно, прибыл оттуда: в здании располагались военное и морское ведомства. После конвенции о выходе Вирджинии из Соединенных Штатов столицей Конфедерации стал Ричмонд, и многие здания сменили свою принадлежность.
Далее улица была почти безлюдной. Через два квартала, по Брод-стрит, с ревом промчался еще один поезд. Его грохотание резко контрастировало с безмятежностью, что казалось, истекала из каждого кирпича Организации объединенных пресвитерианских церквей на углу Восьмой и Франклина. Ли улыбнулся и привстал с сиденья, когда экипаж миновал церковь. Дом, который арендовала Мэри Кастис Ли, стоял через полквартала, на противоположной стороне улицы.