В космосе холодно (СИ)

— Тебе повезло, что ты прима, — Сол шагнула к платяному шкафу и распахнула дверцы. — Есть шанс просочиться через КПП. Если будешь делать всё в точности, как я скажу, мы сможем попасть на Вольтурис и при этом не собрать на себя хвост из бдительной охраны, — она придирчиво оглядела ряд вешалок с одеждой. Гардероб небогатый: не любит она наряжаться, да и полезла она сюда не за этим. — Полетишь на Йорфс… Не спорь, пожалуйста! Это единственная планета, где тебя точно не станут искать.
— Но я…
— Хочешь быть полезен? — подхватила Сол. — Вот и будешь. Познакомишься с аборигенами, выучишь их язык. Поживёшь там, посмотришь на их жизнь, так сказать, изнутри. Может, узнаешь что-нибудь важное, потом поделишься с нами. Но прежде ты мне должен будешь поклясться: без ненужного геройства и без глупостей.
— Хорошо, — Жак покладисто кивнул.
— Вот и договорились, — Сол, наконец, нашла что искала: коробку с маскарадными костюмами, из которой она извлекла длинный тёмно-каштановый парик. — Ну-ка, примерь.
Два дня спустя они шагали по главному вестибюлю орбитальной станции Феррума. С лифтом проблем не возникло: пограничный контроль был на само́й станции, непосредственно перед проходом к шлюзам, а поскольку пассажирские корабли почти не пользовались орбитальным космопортом, то строить полноценный пассажирский терминал здесь не стали. С одной стороны, это было беглецам на руку: меньше охраны и кордонов, но с другой — любой гражданский на Станции неизбежно привлекает внимание.
— Приветствую, дамы, — шедший им навстречу сотрудник кивнул Сол и с любопытством покосился на её "спутницу".
— Счастливый день, — обречённо буркнул Жак.
В тщательно уложенном парике и её старом штатском комбинезоне его действительно можно было принять за девчонку, хотя Жак заметно нервничал: то теребил пряди парика, накручивая локон на палец, то одёргивал куртку, которая была ему слегка коротковата, — а по мнению Сол, это могло погубить всё дело.
— Перестань дёргать себя за волосы, — процедила она, когда они отошли подальше и мужчина уже не мог их услышать. — Это бросается в глаза. И не отставай.
— На меня все смотрят! — захныкал Жак. — Этот жалкий маскарад никого не обманет. И вообще, мне противно притворяться девчонкой!
— Немедленно прекрати истерику! — цыкнула на него Сол. — Ты обещал беспрекословно меня слушаться! Расслабляться рано. Нам ещё через паспортный контроль тебя надо протащить. Так что не ной и не выходи из образа!
Терминал паспортного контроля на Станции занимал скромное помещение в самом дальнем крыле. Пользовались им нечасто: львиную долю пассажиропотока принимал на себя планетарный космопорт, а пилотам и экипажу не было нужды специально отмечаться на контроле: система регистрировала их автоматически.
— Я отвлекаю, ты взламываешь компьютер, — в который раз повторила Сол, перехватывая поудобнее большой пакет с попкорном. — У тебя будет минута. Максимум — две. Будь предельно внимателен — у тебя нет права на ошибку. Повтори легенду!
— Зельда Бланкет, уроженка Розариума, — затараторил Жак нарочито тонким голосом. — На Ферруме обучался…
— Обучалась!!
— На Ферруме обучалась по обмену, — поспешно поправился Жак. — Не смогла вылететь домой вместе со всеми, так как опоздала на рейс, но к счастью, нашла попутный катер и — невероятно — пилот соизволил взять меня на борт пассажиром.
Вообще-то во всей этой истории не было ничего из ряда вон выходящего, пусть Жаку она и казалась притянутой за уши: пилоты нередко брали попутчиков, в том числе и гражданских; отказывать без веской причины было не принято, брать оплату — тем более. Этика межзвёздных полётов диктовала взаимоотношениям между людьми свои условия.
— Да уж, невероятное везение, — усмехнулась Сол. Она тоже нервничала, хоть и старалась открыто не выказывать своего волнения. Хотя бы для того, чтобы подавать правильный пример Жаку.
Раздобыть за сутки чужой паспорт, к тому же и с действующей визой, было, конечно, нереально, да и бессмысленно: такой финт раскусили бы в два счёта; Сол же надеялась, что их авантюра не будет разоблачена так просто и быстро. Они решили пойти другим путём: воспользовавшись способностями примы, Жак должен был подключиться к компьютеру контролера и "убедить" его, что перед ним — не Жак Легрант, а Зельда Бланкет.
 
— И что же ты изучаешь, Зельда? — Сол продолжала экзаменовать своего юного подельника.
— Физику элементарных частиц и пространственно-временные взаимодействия, — с готовностью отрапортовал Жак.
— Слишком заумно, — она поморщилась. — Надо что-нибудь попроще.
— Если об этом вообще спросят.
— Могут спросить, — она сунула пакет с попкорном под мышку и потянулась к двери. — Контролёры бывают весьма любопытными. Главное, держи в голове, что ты девушка.
— Счастливый день! — сотрудник таможни приветливо улыбнулся. — Слушаю вас.
— Счастливый день… — Сол скользнула взглядом по его бейджу, — мистер Пэрриш. Дико извиняюсь, но у меня почти нет времени. Я впритык успеваю на штатный рейс, а перед этим надо подбросить до дома вот эту юную леди, — она повернулась к Жаку. — Зельда, давай документы… Ай!
Пакет с попкорном полетел на пол. А из-за того, что гравитация на Станции была всего вполовину от стандартной, выглядело это весьма феерично.
— Ох, простите, пожалуйста! — преувеличенно эмоционально воскликнула Сол, незаметно подавая условный знак Жаку, что он может приступать к делу. — Я не специально! Я сейчас всё уберу, — она плюхнулась на четвереньки и принялась ползать по полу, сгребая рассыпанные зёрна.
— Что вы, что вы, не стоит, — смутился Пэрриш, тоже опускаясь на корточки. — Я сейчас кликну пылесос.
Он предпринял неуклюжую попытку отобрать у Сол пакет, но она не собиралась так легко сдаваться.
— Нет-нет, я сама! Право, мне так неловко…
Разумеется, всё это было тщательно отрепетированным спектаклем; в действительности она внимательно следила за Жаком. Как только таможенник отвлёкся, мальчуган тотчас же принялся претворять в жизнь свою часть плана. Ему предстояла гораздо более нетривиальная задача: подключиться к компьютеру и успеть ввести данные другого человека — так, чтобы таможенный диспетчер ничего не заподозрил.
К счастью, всё прошло гладко. Когда Сол и мистер Пэрриш поднялись с пола, на монитор была выведена фотография — миловидное девчоночье лицо и паспортные данные Зельды Бланкет.
Сол удовлетворённо перевела дух. Эта девушка — лучшее, что они нашли в базе данных. Большее сходство с Жаком имел разве что сам Жак.
Расчёт был на то, что таможенник не будет особенно приглядываться, и уж тем более не станет настаивать на дополнительных проверках. На панели сканера лежал документ — на самом деле, болванка, пустышка, изготовленная вчера из старой корочки, но Пэрриш об этом, естественно, не знал. И, конечно, у него не было никаких оснований подозревать, что данные, отобразившиеся на экране, введены вручную.
Секунда, другая. Жак опять непроизвольно потянулся к чёлке, но замер под пристальным взглядом Сол. И, наконец, вожделенное:
— Всё в порядке. Можете идти.
Оказавшись в кабине Вольтуриса, Жак первым делом содрал с головы парик и с чувством воскликнул:
— Никогда больше не соглашусь на такое!
Сол негромко рассмеялась.
— Радуйся, что не пришлось наряжаться в платье.
На Йорфс они прилетели поздно ночью. В серо-чёрном, будто подёрнутом пепельной дымкой небе ещё вовсю горели неприветливые тусклые звёзды.
Спать не хотелось совершенно: по их биологическим часам было утро, поэтому Сол вручила Жаку учебные материалы по языкам Йорфса и велела заняться делом.
 
Корабль они не покидали, но Сол разгерметизировала кабину — адаптироваться к густому воздуху Йорфса следовало постепенно. Снаружи бушевал ветер. Из приоткрытого шлюза было слышно, как о скалистый берег островка исступленно колотятся холодные морские волны.