В космосе холодно (СИ)

В груди росло беспокойство. Она чувствовала, что этому человеку что-то нужно от неё, и при этом остро ощущала исходящую от него угрозу. Что, если этот Альтаир Фортим действительно причастен к покушению?
Потом она вспомнила, что отправила сообщение об аварии и что ему это известно, и слегка успокоилась. В спасательной службе знают её местоположение, отправленный за ней эвакуатор наверняка уже в пути. Так что её новый знакомый, кем бы он ни был, вряд ли попытается что-то предпринять.
Впрочем, он попытался: предложил ей разделить с ним свой путь. Она отказалась.
— Иногда истина выглядит совершенно неправдоподобной, — продолжал Альтаир. — Но от этого она не перестаёт быть истиной. Увы, среди засилья стереотипов и ложных домыслов разглядеть истину порой труднее всего. Хотя иным сам процесс поиска ответа на загадку приносит несказанное удовлетворение.
— Не люблю загадки и тайны, — призналась Сол.
Может, она чересчур мнительна. Может, Альтаир всё-таки не при чём. Что за детективщина ей в голову лезет, в самом деле?..
— Разве? — мужчина поднял брови. — Но это же так увлекательно: искать ответ, распутывая ребус, выдвигать версии и строить логические цепочки.
— Не знаю, — Сол неопределённо пожала плечами. — Может быть. У меня не было такого опыта — я всего лишь обычный пилот.
— Прима-пилот.
— Пусть так. Что это меняет по сути? — она вновь покосилась на своего визави, и на этот раз их взгляды пересеклись. Сол натянуло улыбнулась, — ей не хотелось, чтобы мужчина догадался об её истинных чувствах. Несмотря на привлекательную внешность, он был ей несимпатичен и не вызывал ничего, кроме недоверия и тревоги. Этот разговор тяготил её, и она уже начала подумывать, как бы половчее отделаться от неприятного собеседника, не показавшись невежливой, но внезапно Альтаир поднялся на ноги.
— Сожалею, но я вынужден откланяться, — церемонно произнёс он. — Вижу, вы не очень-то расположены к диалогу, так что не буду продолжать докучать вам. Тем более, что за вами прилетели: он указал на яркую точку в небе, стремительно увеличивающуюся в размерах. — Судя по всему, это эвакуатор, которого вы ждёте. Счастливо, мисс Кеплер, — кивнув, он зашагал к своему кораблю. К тому времени как грузный "Нэвис" коснулся поверхности планетоида, корабль Альтаира уже был далеко.
* * *
Новость о том, что на одного из прима-пилотов Гильдии было совершено покушение, в результате которого чуть не случилось непоправимое, облетела Феррум, а за ним и остальные планеты префектуры со скоростью света. Поначалу Сол не очень-то была этому рада, но потом решила махнуть рукой и смириться с неизбежным. Замолчать произошедшее она бы при всём желании не сумела: слишком уж беспрецедентный случай. Впрочем, она не тешила себя надеждами, что неведомого вандала, надругавшегося над её кораблём самым бессовестным образом, найдут и примерно накажут, — хотя всё руководство Гильдии стояло на ушах, а Грэйсон Райт клятвенно обещал взять это дело под личный контроль.
Впрочем, надо отдать ему должное, в действиях Райта присутствовала не только имитация бурной деятельности, но и реальная работа. На всех космодромах Лазурита была проведена тщательная проверка, в результате которой кто-то вроде бы даже лишился своего кресла. Однако ни многочасовые допросы вероятных очевидцев, ни записи с камер наблюдения, ни детальное сканирование оперативной памяти Вольтуриса результата не дали, ни на йоту не приблизив следственную группу к поимке злоумышленника.
В итоге Вольтурис залатали, отрихтовали и через неделю вернули хозяйке. К сожалению, спокойная жизнь вместе с кораблём к Сол не вернулась — вместо этого она получила повышенное внимание к своей персоне со стороны коллег и начальства, да ещё внушительную сумму страховки "от несчастных случаев". Последняя, впрочем, была благополучно промотана в первый же вечер.
Казалось бы, жизнь постепенно возвращается в привычное русло. Всё осталось позади, и сейчас, в беззаботной обстановке отеля для мурров произошедшее в открытом космосе выглядело как увлекательное приключение, не больше.
 
— Но лично я не успокоюсь, пока не узнаю, кто хотел тебя убить, — угрюмо пообещал Эллионт, с наслаждением поглаживая здоровенного рыжего мурра, устроившегося у него на коленях и тарахтевшего как ракетный двигатель.
Посмотрев на друга, Сол невольно хмыкнула: его хмурое, даже ожесточённое выражение лица резко контрастировало с бережными, ласковыми движениями рук.
— Если бы Сол хотели убить, — веско заметил Гейзер, — то не стали бы стирать записи с камер, — он повернулся к девушке. — Ты ведь всё равно не смогла бы ничего никому рассказать. Так зачем возиться?
— Чтобы замести следы, дурная твоя башка, — ответил Эллионт. — Или чтобы направить следствие по ложному пути.
— Ты думаешь, это из-за того зонда?
— А у тебя есть другие предположения? — Эллионт выдержал театральную паузу. — По-моему, даже младенцу ясно, откуда ноги растут. Очевидно, есть люди, которым необходимо замять то дело, и поэтому они решили устранить всех, кто так или иначе причастен к нему.
— Спасибо, дружище, — буркнула Сол.
— А ты сама что думаешь? — спросил Гейзер.
Она ответила не сразу. Единственная мало-мальски удобоваримая версия казалась ей фальшивой, как дешёвая карбонианская бижутерия.
Да и здесь, среди сотен мурлыкающих созданий, было сложно думать о плохом. К тому же, в глубине души она была согласна с Гейзером: если бы их целью было именно убийство, то убийца бы гораздо точнее рассчитал, за какое время корабль потеряет весь воздух, плюс обязательно учёл бы и возможную аварийную посадку, и время, необходимое для приземления на автопилоте, и остатки кислорода в баллоне.
Нет, её не хотели убить. А что же тогда?
Припугнуть?
Дать понять, чтоб она не лезла не в своё дело?
Или натолкнуть на какую-то мысль. И заставить задуматься…
Что ж, если последнее, то им это полностью удалось. Она уже который день ломает голову над всем произошедшим.
— Я не знаю. Правда, не знаю, — Сол с сомнением покачала головой. Если она сейчас примет сторону кого-то из них, неважно, кого — ребята, чего доброго, подерутся.
— А этот тип? — не унимался Эллионт. — Как его… Альтаир? По твоему описанию он мне оч-чень не понравился.
— Можно подумать, мне он понравился, — Сол оскорблённо сверкнула глазами. — Только он может оказаться и не при чём, верно? Ничего конкретного он мне не сообщил, — так, пространные рассуждения и псевдофилософские сентенции. Вода сплошная, короче говоря.
— И тем не менее тебе нужно быть предельно осторожной… — начал Гейзер, но Эллионт его перебил:
— А ты пробовала поговорить с этим доктором Легрантом? Задать ему прямой вопрос и посмотреть, что он скажет? Если он всю эту кашу заварил, а расхлёбываешь — ты, то пускай хотя бы поделится информацией!
— Пробовала, — нехотя ответила Сол.
— И?
— Безуспешно. Его постоянно нет на месте. Вечно чем-то занят.
Она пыталась дозвониться до Квестио всю неделю, но каждый раз секретарь академии Естественных наук, где трудился доктор, виноватым тоном лепетала, что "доктор Легрант в лаборатории", "у него лекция", "отлучился по весьма важному делу", и тому подобное, рассыпа́лась в извинениях, а в их последний разговор предложила отправить доктору письмо. Это выглядело почти издёвкой, если учесть, что и электронные письма, и бумажную корреспонденцию на имя доктора Легранта она сама же и разбирала. Впрочем, попытаться всё равно стоило.
 
Почтовая служба в Девятой префектуре работала как часы, и дело было не в том, разумно или неразумно доверять бумаге столь важное дело — своими межпланетарными переговорами с Квестио она уже десять раз выдала бы себя с головой, если бы за ней следили. Сол просто не любила эпистолярную связь. Она решила поступить проще: выкроить время и слетать на планету-университет, но для этого надо было дождаться, когда ей вернут Вольтурис. Цикония — корабль, на котором она летала сейчас, не был закреплён за каким-то конкретным пилотом и использовался как резервный, а Сол не хотела, чтоб в памяти корабля осталась информация о совершённых ею "левых" полётах. Хотя полёты в личных целях и не были запрещены — разумеется, в свободное от рейсов время, она чувствовала, что полёт на Квестио лучше особо не афишировать.