Главред: назад в СССР 3 (СИ)

— Постой, Сивый, — сердце предательски заколотилось. — Дай мне час, даже меньше. Я отойду, но вернусь, еще чай не остынет, и решим все сегодня.
— Полчаса, — отрезал хозяин прокуренной «качалки». — И тогда продолжим.
— Успею, — кивнул я. — Владимир Борисович, не составите мне компанию?
— Пойдем, — c готовностью отозвался Загораев, и мы спешно выдвинулись к выходу.
Прошли мимо буравящих нас молчаливыми взглядами пацанов Сивого, выбрались из подвала в залитый светом двор. Интересно, и где они? Впрочем, неважно, наверняка в пределах прямой досягаемости. Вот только как привлечь их позвать, не привлекая лишнее внимание «хулиганов»? Не оповещать же всю округу o присутствии здесь КГБ.
— Именем Евсея Анваровича! — весело крикнул я. — А ну, двое из ларца, одинаковых c лица, явитесь предо мной, как трын перед травой!
— Евгений Семенович, ты чего это? — Вовка посмотрел на меня, улыбаясь. Решил, видимо, что я так шучу, только не понял зачем.
— Да вот поговорить кое c кем надо, — я покачал головой. — А об условном сигнале даже не подумали…
Потому что участие конторских и не предполагалось, добавил я уже про себя. Скрытое наблюдение оно потому и скрытое, что не для посторонних глаз. И как быть-то тогда? В голове промелькнула шальная мысль.
— Вова, дай мне в морду, — попросил я, и у Загораева глаза натурально полезли на лоб.
— Зачем⁈
— Так надо. Бей!
Вовка неуверенно толкнул меня в грудь и отвесил смазанную оплеуху, которую я даже не почувствовал. Как погладил, ей-богу…
— Сильней! — прошипел я.
— Евгений Семеныч, у тебя все нормально?..
— Бей, говорю, твою в душу мать!
Сработало. Загораев мгновенно вспыхнул, и я ощутил уже весомый тычок в челюсть, от неожиданности сев в сугроб. А к нам от ближайшей темной арки бежали несколько человек в спортивных костюмах.
— Стоять! Не двигаться!
Глава 32 
Я был не прав в отношении «двоих из ларца». Их оказалось трое, но что забавно — действительно «одинаковых c лица». Примерно равного роста чуть выше среднего, широкоплечие и нахмуренные. Бить и крутить Загораева они не стали, среагировав на мои загодя выставленные вперед руки. И еще, конечно же, на слова «все в порядке, он co мной».
— Вам точно не нужна помощь, товарищ Кашеваров? — придирчиво осмотрев Вовку, спросил один из конторских.
— Это Владимир Борисович Загораев, — я кивнул на своего сопровождающего. — Известный спортсмен и тренер. Показывал мне прием на случай нападения хулиганов. А мы, собственно, c Евсеем Анваровичем хотели бы побеседовать. Он не тут, часом?
— Пройдемте c нами, — кивнул, судя по всему, главный в троице.
И мы прошли. Выглядело это co стороны так, будто старые знакомые встретились во дворе и отправились… например, на танцы, c девчонками знакомиться. Хотя какие танцы вечером понедельника? Скорее в спортзал. А вот будь на нас повязки дружинников, могли бы вообще не заморачиваться над «легендой».
Как бы то ни было, нас проводили на пока еще оживленную вечернюю улицу, и все трое вдруг мигом пропали, когда рядом остановилась светло-голубая «Волга» c шашечками такси.
— Давай вперед, — кивнул я Загораеву, a сам открыл заднюю дверь.
— Рад вас видеть, Евсей Анварович, — я поздоровался c Поликарповым. — Решили сами понаблюдать за мной?
— Ситуация обязывает, Евгений Семенович, — ответил чекист. — В чем дело?
Я максимально быстро обрисовал ему разговор c Сивым. Про загадочного Серегу-Пэла, просьбу o неприкосновенности и про то, что у меня всего полчаса. Точнее, теперь уже пятнадцать минут.
— Гражданин Набоко, как я уже говорил, в громких делах не замечен, — сказал Поликарпов, напомнив мне настоящую фамилию лидера «хулиганов». — Передайте, что он может рассчитывать на гарантии. Вы же понимаете, что этот Сивый не нас боится?
— Того самого Серегу? — я вскинул бровь. — Кто это такой, черт побери?
Мельком я посмотрел на Вовку, который сидел рядом c водителем, как на иголках. Надеюсь, ему не скажут сейчас, чтобы покинул автомобиль на ходу… Вот что за глупости лезут в голову!
 
— Владимир Борисович предупрежден o неразглашении? — тем временем c улыбкой спросил Поликарпов, глядя на Загораева в отражении зеркальца заднего вида.
— Конечно, — ровным голосом ответил лидер «спортсменов».
— У меня не было сомнений, просто хотел услышать, — кивнул чекист. — Тихон, давай на адрес, чтобы товарищи не опоздали.
Услышав отрывистое «так точно», Поликарпов продолжил.
— Я не могу вам рассказывать всех деталей, Евгений Семенович. Просто примите как факт: в Советском Союзе порой встречаются люди… которым не нравится спокойная размеренная жизнь. Вот за такими мы внимательно наблюдаем. А некоторые, к сожалению, успешно маскируются под добропорядочных граждан, творя непотребства чужими руками. И это как раз про Пэла, как именует себя некто Сергей Георгиевич Белоголовцев.
— А почему Пэл? — почему-то мне захотелось это узнать.
Вспомнилась фраза Жеглова про «собачек Жучек» и «поганые кликухи». Вот правда — зачем криминальные деятели выдумывают себе прозвища? И второй вопрос — по какому принципу?
— О, не думайте, Евгений Семенович, — рассмеялся Поликарпов, — тут никакой философии и скрытых смыслов. Сигареты импортные знаете — «Пэл-Мэл»? Вот оттуда ноги и растут.
— Понятно, — кивнул я, в очередной раз убедившись в ущербности блатной культуры.
«Волга» как раз заезжала в уже знакомый нам двор. Я посмотрел на часы: успеваем, даже c запасом. Только остался один нюанс.
— Как мне его убедить, что я действительно разговаривал c вами и получил нужный ему ответ? — уточнил я у Поликарпова.
— Правильно мыслите, — одобрительно кивнул тот. — Передайте ему привет от тети Клары из Калинина. Скажите, что она будет в курсе.
Прозвучало как полнейшая бессмыслица, но я понимал, что это наверняка некий шифр. Или намек, который поймет только гражданин Набоко, известный как лидер «хулиганов» Сивый. Впрочем, для меня это уже не так важно.
— Ах да, — словно бы спохватившись, воскликнул чекист и протянул мне небольшой деревянный пенал c вырезанным на нем Старым мостом через Волгу в Калинине. — Это вам на случай, если при разговоре ручка понадобится…
Я больше c удивлением, чем c любопытством, открыл коробочку и не увидел никакого подвода — это действительно был футляр для ручки. Вот и она сама, кстати. Аккуратная, стилизованная под старую перьевую.
— В футляре находится передающее устройство, — пояснил Поликарпов. — Вещь простая, но надежная, изобретенная еще Львом Терменом.
— «Златоуст»[1]? — c пониманием улыбнулся я. — Такую в подарочном гербе американскому послу подсунули в сорок пятом. Скандал тогда знатный был.
— У вас удивительная осведомленность, Евгений Семенович, — нахмурился чекист. — Впрочем, вы правы. История в определенных кругах известная и даже в какой-то степени повод для гордости. Но я бы рекомендовал вам не распыляться такими сведениями.
— Понимаю, Евсей Анварович, — я согласно кивнул. — У меня только один вопрос. Я могу его потом сдать? Знаете ли, я все-таки не американский посол, не надо все мои разговоры слушать. Он же не отключается просто так, правильно?
— Вы можете оставить приборчик у Сивого, — предложил Поликарпов. — Вас мы слушать и не собирались, a вот его разговоры нам действительно интересны.
— Подарить «хулигану» ручку? — усмехнулся я. — Вы бы еще «Большую советскую энциклопедию» предложили.
— Напрасно вы так, — чекист покачал головой. — Сивый коллекционирует подобные украшения. Память об отце, который во время отсидки занимался резьбой по дереву. Идите, a то опоздаете.
Попрощавшись c Поликарповым и выразив надежду, что как минимум сегодня его помощь больше не потребуется, мы c Загораевым вышли из машины и направились к подвальной «качалке» Сивого. Опять же co стороны минимум подозрений — приехали два мужика на такси. И я сейчас снова не про обывателей, a про подчиненных лидера «хулиганов», которые наверняка уже «срисовали» светло-голубую «Волгу».