Они не люди. Книга третья (СИ)

Див метнулся к окну, послышался звон стекла.
– Отлично. Люстру тоже сорви.
Див выполнил и этот приказ, и Кантемиров провел рукой по лицу. Накануне он специально публично унижал Владимира, чтобы версия о том, что своенравный и не привыкший ни с кем считаться Императорский див вышел из подчинения, показалась правдоподобной.
Князь подошел и опустил мостки на узор алатыря.
– Заходи внутрь, – велел он.
Владимир на мгновение поднял глаза, и Кантемиров похолодел. А вдруг див и правда выйдет из-под контроля? Проклятье, зря он отправил Митрофана охранять эту дуру. Но иначе не было возможности забрать Владимира к себе.
К счастью, поколебавшись немного, див послушно взошел на мостки и встал в центре узора. Кантемиров поднял мостки и вытер пот со лба. И торжествующе улыбнулся.
– Вокруг одни идиоты, – пожаловался он, – всё, абсолютно всё приходится делать самому. Этот олух не смог выполнить простейшее задание – избавиться от тебя.
– Кто?
– Я разрешал тебе говорить? А, впрочем, – Кантемиров махнул рукой, – уже не важно. Ты такой же наивный, как и все дивы, и наверняка вообразил себе, что тот уродец из Пустоши собирался сожрать вашу драгоценную императрицу. Так знай же, нет, она мне еще пригодится, кому-то же надо рожать детишек для новой династии Кантемировых. У нападения была совсем другая цель – убить тебя. Но ты оказался на редкость живучей скотиной.
– Для чего вам избавляться от меня? У вас был договор – вы могли потребовать привязать меня в любое время.
– А что это ты такой разговорчивый стал? – подозрительно поинтересовался Кантемиров, но тут же успокоился. Если див и решил выказать неповиновение, то уже поздно. Он надежно приклеился к магическому узору и из алатыря никуда не денется.
– Да плевать я хотел на договор, – усмехнувшись, продолжил он. – Думаешь, я дурак? И не знаю, что бы ты делал на службе? Ночей не спал бы, искал на меня компромат. И в конце концов нашел бы. И придумал бы, как обойти любые приказы. Ты да еще этот болван граф Аверин – единственные, кто по-настоящему мешали мне. Но граф даже не понимал, что делает. Он хоть и титулованный колдун, но как ребенок играется в свой частный сыск. А вот ты понимаешь. И обязательно истолковал бы приоритеты и встал на пути моего плана. И Булгакова с его петербургскими приспешниками за собой подтянул. Поэтому в качестве Императорского дива ты мне с самого начала нужен не был. Привязать тебя – это запасной план, на случай если не получится убить. И, как видишь, он пригодился. А на должность Императорского дива я нашел того, кто жаждет стать моим послушным слугой. Впрочем, ты сам видел его на площади перед коронацией.
– Григорий Распутин?
– О, так ты узнал его. Тем лучше. Ты ведь не будешь отрицать, что он гораздо больше подходит на роль Императорского дива? И опыт у него есть, – Кантемиров рассмеялся своей шутке.
– Это он похитил колдунов из тюрьмы?
– Конечно. Ему же нужно как-то открывать коридор в наш мир. А для этого постоянно нужны колдуны.
– А как вы планировали контролировать его?
– О… ты не понимаешь… – на лице Кантемирова появилось довольное выражение. – Он так истосковался в этой вашей Пустоши, что сам нашел меня, прислал посыльного. И буквально умолял призвать его обратно. Он очень хочет снова стать Императорским дивом. И ради этого поклялся мне в верности и полном повиновении. А ведь врать колдуну он не может, верно? – князь встал перед алатырем:
– Ты, наверное, уже понял, почему я тебе всё это рассказываю?
– Да, – див поднял голову и посмотрел на него в упор. И от этого взгляда Кантемирову стало не по себе. – По той же причине, по какой преступник часто возвращается на место преступления, когда там работает полиция. Чтобы ощутить себя в центре внимания и почувствовать свою силу и значимость. Так были пойманы многие опасные маньяки.
– Маньяки, значит… – криво усмехнулся Кантемиров, – ну это мы еще посмотрим. Это ведь ты вышел из-под контроля и напал на меня. Но я опытный колдун и сумел справиться с тобой и отправить в Пустошь. А потом, когда Распутин снова нападет на ее величество, я как раз окажусь рядом, спасу ее и смогу подчинить себе чудовище. И никто не посмеет оспорить мои дальнейшие притязания. Но ты этого не увидишь. Жаль, конечно, что не получится как следует воспитать тебя. Будь у меня время и возможность, я бы сделал из тебя по-настоящему послушного чёрта. Но обстоятельства не те, да и риск слишком велик. Поэтому прощай, глупый и слабый полицейский див. Не сомневайся, тебя найдут и сожрут сразу же, как ты окажешься в родных краях.
 
И Кантемиров воздел руку, запуская звезду.
…И ничего не произошло. Колдун растерянно моргнул и попробовал еще раз. Торжество на его лице сменилось недоумением, а потом ужасом.
– Что-то не так? – участливо спросил Владимир.
Кантемиров, вытянув вперед палец, прохрипел:
– Ты… ты! Почему?!
– А, это… – глядя прямо в глаза колдуна, Владимир медленно оторвал ногу от пола и сделал шаг, заставив князя вздрогнуть и отшатнуться, – почему же не работает? Предположу, что это из-за тех царапин, которые я оставил на узоре. Их почти не видно, но они разомкнули линии и испортили алатырь.
– Как?.. – Кантемиров выставил перед собой руки, то ли собираясь призвать совершенно бесполезный щит, то ли просто в инстинктивном защитном жесте. – Черт побери, как ты это сделал?! Я же запер тебя в клетке! И отдал приказ!
Владимир пожал плечами и достал из-за уха серебряную булавку:
– Вы же сами любезно оставили мне это. Булавка только покрыта серебром, но стальная внутри, чтобы не гнулась. Ткань, из которой шьют галстуки, весьма жесткая… а ваш замок, простите, но он слишком простой, – он отбросил булавку в сторону и сделал еще один шаг.
– Назад! – закричал колдун. – На колени!
Владимир остановился, словно раздумывая, и на лице князя появился проблеск надежды.
– Подчиняйся хозяину, – от князя повеяло силой.
Владимир опустился на колени.
– Я научу тебя покорности, тварь, – с некоторым облегчением, но всё же весьма неуверенно пробормотал Кантемиров.
Холодно глядя на него, Владимир улыбнулся одними губами:
– Это вряд ли. Вам следует зарубить себе на носу: вы не стоите и волоска с головы человека, который учил меня. Поэтому не смейте даже помышлять о том, что можете чему-то меня научить.
Продолжая улыбаться, он поднялся. И, не сводя с князя пристального взгляда, очень медленно протянул руку к шее и дернул ошейник, срывая его.
Кантемиров застыл, судорожно хватая ртом воздух. Его глаза полезли из орбит.
– Этого… не может быть, – дрожащим голосом пролепетал он. – Див не в силах…
– Не в силах, – согласился Владимир, – но только если это настоящий ошейник.
– Но ты без ошейника! Как ты смог сорвать его? И остаться в живых? – взвизгнул колдун.
– На мне есть ошейник, – Владимир указал на шею, – он внутри. Разве вы, как глава Управления, не знакомились с документами по этому эксперименту?
– Но эксперимент нельзя повторить, это доказано! Технология Аркадия Аверина – случайная удача, а сам он давно умер!
– Но я-то жив. Да и с его сиятельством Аркадием Филипповичем всё не так просто.
В это мгновение из-за плотной шторы, наполовину прикрывающей разбитое окно, в зал шагнул человек.
Князь Кантемиров попятился.
– Нет, нет! – воскликнул он и, споткнувшись об остатки люстры, с размаху сел на пол. – Это в-вы? Вы разве не умерли?
– Сложный вопрос, – с усмешкой ответил вошедший и, повернувшись к Владимиру, укоризненно произнес:
– В моем возрасте забираться по водосточной трубе – то еще развлечение. Впрочем, эффектное появление того стоило.
– Ну что же вы, Кантемиров, так бурно реагируете? – добавил он, вновь переведя взгляд на князя. – Испугались призрака? Но я не призрак, не волнуйтесь.
Князь вскочил на ноги с удивительной для его возраста резвостью: