Как я нашла дракона и работу (СИ)
Шаг за поворот — я замерла и мгновенно забыла о своих бедах.
Душераздирающий призыв какого-то зверька доносился из приоткрытого канализационного люка. Волосы на голове зашевелились, кончики пальцев кольнуло миллиардами иголочек от ужаса. Бежать бы сейчас без оглядки, но меня как магнитом тянуло к люку. Я неотрывно смотрела на его металлическую крышку, пытаясь понять, как её сдвинуть, чтобы пролезть внутрь. Это всё моя натура виновата — я люблю животных больше, чем людей, даже ветеринаром хотела стать в детстве, пока не поняла, какая это ответственность. Вот умела бы я зверушек понимать…
Новый вопль вернул меня к действительности.
Я сделала шаг, вытаскивая на ходу телефон, и опустилась на колени, пытаясь рассмотреть, кто там плачет, подсвечивая темноту фонариком. Ничего не было видно. Но зверёк почувствовал моё приближение и заголосил ещё жалобней. Мне так и слышалось его «спасите-помогите!»
— Сейчас-сейчас, маленький, потерпи, — лихорадочно забормотала я, оглядываясь в поисках рычага.
Надо найти прочную палку, тогда я смогу сдвинуть чугунную крышку люка с места. Метнулась к развалинам, ругая себя на чём свет стоит — зачем я решила пойти мимо домов под снос? Лишние пять километров, накрапывающий дождь и дырка на правой туфле — ерунда. Главное же безопасность. А тут ни единой души в радиусе километра, даже на помощь никого не дозовёшься.
Фонарь надо мной вдруг заморгал и погас, превращая сумрак в почти полный мрак, а где-то вдалеке, как финальный набат, слышался топот ног… А может, и есть тут души… какие-нибудь криминальные.
Пробежавший по коже мороз придал мне ускорения, и дальше я, не думая, на чистых инстинктах, полезла в полуразрушенный дом. Мне срочно нужен был какой-нибудь металлический прут! Споткнулась пару раз, пока не посветила себе фонариком на телефоне, и закусила от досады губу — ничего подходящего в качестве рычага нет.
Я рискнула продвинуться вглубь развалин — плач из люка звучал пронзительно, от него веяло безнадёгой. Наверное, малыш подумал, что я его бросила. Я метнулась назад и споткнулась о костыль! Деревянный, но окованный металлом! Схватила его и только потом разглядела хозяина — он спал рядом. А может, и не спал… Я предпочла об этом не думать. Потом верну, что взяла.
Вылетела из развалин пулей и, сунув костыль в щель, как налегла! Раздался неприятный хруст, я поморщилась. Малыш, почувствовав помощь, звал меня жалобно-жалобно, и в ушах настойчиво звучало «спаси-скорее-спаси». Я скользнула по склизкой лестнице вниз, наплевав, на новый костюм.
Плач сменился нетерпеливым пыхтением.
Едва спустилась, мне на спину прыгнуло что-то тяжёлое и засопело прямо в ухо. Я вздрогнула от неожиданности и схватилась за перекладину крепче.
— Всё-всё, убираемся отсюда. Держись, маленький, — пробормотала, поднимаясь назад.
Выбралась на асфальт и присела, чтобы отдышаться. Сердце билось заполошно.
И тут он меня укусил! Прицелился, паразит, и вонзил зубы в шею сзади под волосами!
— Ай! Ты что⁈ Я же тебя спасаю! — возмутилась я, но животное виновато заскулило и принялось зализывать укус.
Злость прошла мгновенно, а от резкой короткой боли я взбодрилась и вдруг услышала, что приближается машина. Откуда-то пришло понимание: спасённый зверёк подал знак, что надо срочно уносить ноги и прятаться.
Я подхватила поломанный костыль и метнулась к развалинам. Перелетела через бомжа, бросив рядом с ним его опору, и юркнула под перекошенную лестницу. Вжалась в стену и, кажется, с ней срослась, услышав визг тормозов, тяжёлые шаги нескольких пар ног и грохот отлетевшей на асфальт крышки люка.
Глава 3
Увесистое животное, вцепившееся в меня, замерло. Я тоже перестала дышать. Только стук наших бившихся в унисон сердец оглушал, мешая разбирать слова, доносившиеся с улицы.
— Где он?
— На дне колодца. Свети… Пусто!
Говорили двое мужчин, и они явно были очень сильно раздосадованы.
—…нас убьёт, если мы не принесём ему…
— Поищем!
Шаги. Сначала они отдалились, потом снова начали приближаться, и вот уже захрустели камни под подошвами ног на пороге дома, в котором мы прятались. Я зажмурилась, как будто это могло сделать меня невидимой, а коготки звереныша крепче ухватили мой пиджак и слегка оцарапали кожу. Зверек реагировал, словно понимал, что нам грозит опасность. Он вообще казался странным и слишком умным. Наверное, экзот какой-то из приматов, а ищут его браконьеры, торгующие на чёрном рынке. Мерзавцы!
По стенам заскользил луч фонаря. Да не телефонного, а большого. Я вжалась в угол и спрятала голову в коленях. Казалось, ещё немного — и я заору сиреной, не справившись с паникой. Крик так и рвался из горла. Вцепилась зубами в коленку.
— Фу, тут падаль, — просипел один из мужчин.
Пинок — и от бомжа, лязгая по камням, отлетел костыль.
— Да живой он, просто нажрался и воняет.
— Разбудим и спросим?
— А смысл? Нет тут гадёныша. Уходим.
— Милорд нас убьёт.
— А мы виноваты? Стерва соврала. Не было ребёнка на дне колодца.
— Попробуй Милорду это объясни.
Голоса начали отдаляться, и я, наконец, смогла сделать полноценный вдох. Про какого ещё ребёнка они говорили? Неужели у меня за спиной ребёнок? Да ну… Нет! Я же не сумасшедшая. Ребёнка от зверёнка, что ли, не отличу?
Дождалась, пока машина уехала, и только тогда рискнула выпрямить спину и осторожно выползти из-под лестницы. Включать фонарик было страшно, но без него ноги переломать недолго, поэтому я опять рискнула. Обойдя бомжа по кривой дуге, выбралась на пустую улицу и побежала.
До освещенной аллеи, ведущей прямиком к моему подъезду, неслась без оглядки и даже не думала останавливаться — вдруг мужики вернутся, нащупают наш след и погонятся? Вцепившийся в спину звереныш мне только придавал ускорения. Правда, перед тем, как выйти под свет витрин и фонарей к людям, я притормозила, чтобы отдышаться и посмотреть, наконец, кого же спасла. Всё-таки нести на спине экзотическое животное чревато последствиями. Бдительные граждане быстро куда надо сообщат. С минуту стояла, уперевшись ладонями в колени, и просто шумно дышала. А потом закинула руку назад и скособочилась, чтобы перетянуть звереныша вперед.
— Всё, малыш, опасность миновала. Иди ко мне на ручки, я хоть на тебя посмотрю, — приговаривала ласково, пытаясь отцепить от себя коготки.
Я ожидала увидеть обезьянку. Или, может, енота. Но рука нащупала что-то твёрдое, тёплое и гладкое — никакого меха. Тогда я подумала, что это жирненькая игуана или хамелеон. Но когда удалось ухватить малыша и посмотреть на него, реальность превзошла все ожидания — на меня смотрел умными глазами… дракон! Не ящерица, не варан какой-нибудь, не что-то понятное и знакомое по передаче в «Мире животных», а настоящий дракон! Как из фэнтези-фильмов! Вернее, детёныш. Дракончик. Очень милый и симпатичный.
Такого же быть не может⁈
— Ох, малыш… Ты кто? И что мне с тобой делать? Чем кормить? И показывать тебя точно никому нельзя, — пробормотала я.
И, перехватив его под животик одной рукой, принялась расстегивать пиджак. Заверну находку в него и пронесу мимо консьержки в квартиру. А этот новый костюм теперь всё равно придётся выбросить, его никакая химчистка после таких приключений не спасёт.
Дракончик (решила так называть, пока не выяснила, как называется вид этого животного) в пиджак влез целиком. Если спросят, скажу, что подобрала бездомного щенка.
— Сиди тихо, пожалуйста, — попросила его шёпотом перед тем, как открыть дверь в подъезд.
Войдя, буркнула консьержке «добрый вечер» и проскользнула к лифтам — около них ни души. Вошла в кабину и нажала свой этаж. Неужели мне хоть в чем-то повезло? Соседи у меня такие любопытные, и среди них точно есть шпионы мачехи.
Не успела о ней вспомнить, как на телефоне зазвучал «Реквием» Моцарта. Я даже губу закусила от досады. Ну точно, консьержка — главная шпионка и есть! Сразу доложила, что я вернулась вся грязная и с подозрительным свертком в руках. Мелькнула мысль не брать трубку, но я её с досадой отмела. Хуже будет. У мачехи есть чем на меня надавить.