Спасите меня, Кацураги-сан! Том 2 (СИ)

— Только бы-ы-ыстро, Кацураги-сан! — попросила Уёхара, а я бегом рванул к своему кабинету.
Напротив Кондо сидел мужчина средних лет. Он напряжённо потирал колени, сморщившись от боли.
— Рассказывайте Кондо-сан, — попросил я.
— У пациента сильные боли в коленных и тазобедренных суставах, сопровождающиеся подъёмом температуры, — поведал Кондо Кагари.
— Ага, артрит, — предположил я. — Давайте разбираться. Огава-сан, выписывайте направления на общий анализ крови и биохимический анализ крови. Включите в последний мочевую кислоту, С-реактивный белок и ревматоидный фактор. Исключим подагру и ревматоидный артрит. А теперь главный вопрос — в последние несколько недель были признаки вирусных инфекций?
— Да, точно, было такое! — вспомнил пациент. — Совсем недавно выздоровел. Кашель до сих пор донимает.
— Какое отношение это имеет к суставам, Кацураги-сан? — поинтересовался Кондо.
— Реактивный артрит, — ответил я. — Реакция на перенесённый вирус. Возможно, грипп. На всякий случай возьмите мазки на вирусы, сделайте рентген и отправьте на консультацию к ревматологу. Пусть напишет своё заключение и рекомендации. А если вернёт к нам — будем определять тактику лечения.
— Спасибо вам большое за советы, Кацураги-сан, — кивнул Кондо Кагари, а я тут же развернулся и понёсся назад — к кабинету Уёхары Ёсико.
Зря он на этот раз меня вызвал. Пациент совсем не сложный, мне даже «анализ» не понадобился, чтобы расписать дальнейшую тактику. Надеюсь, Кондо-сан извлечёт из этого урок.
Когда я вбежал в кабинет Уёхары, женщина выглянула из-за горы карт и воскликнула:
— Там трое проверяющих. Карты Мураты Сатоши проверили уже наполовину. Следующий на очереди вы, Кацураги-сан. Берите свои карты, а я проверю больничные пульмонолога. Он в отпуске, а по пневмониям и обострениям бронхиальной астмы у него чуть ли не больше всех листов в клинике.
— Приступаю, — кивнул я и сел напротив заместителя главного врача.
Больничных за три недели я успел открыть не больше одного десятка. В первую очередь я схватился за амбулаторную карту Кимуры Юичи, который наблюдался у меня с язвой желудка.
Благо мне хватило смекалки сделать ему несколько осмотров, основываясь на отчётах о состоянии, которые Кимура регулярно скидывал мне в мессенджере.
Если бы в карте были лишь два осмотра — открытие больничного листа и его закрытия, то штрафа избежать было бы уже невозможно.
— Проклятье… — прошептал я.
— В чём дело? — вздрогнула Уёхара Ёсико.
Рэйсэй Масаши осматривал Кимуру Юичи перед тем, как вернуть его ко мне. Отказ от госпитализации он взял, и свой осмотр заполнил, но забыл подписать его электронной подписью. А без осмотра хирурга проверяющие засчитают нарушение регламента.
— Я скоро вернусь, карту нужно срочно доделать! — сообщил я Уёхаре и побежал к Рэйсэй Масаши.
Я протиснулся через очередь, что собралась у кабинета хирурга, и вошёл внутрь. На кушетке перед моим коллегой лежал пациент и истошно вопил. Рэйсэй прощупывал раздувшийся живот худощавого мужчины, а тот, покрываясь холодным липким потом, корчился от боли.
— В чём дело, Кацураги-сан? — спросил Рэйсэй, не отрываясь от пациента. — Что-то срочное? Я сейчас немного занят. У меня намечается экстренная госпитализация.
— Что со мной, Рэйсэй-сан? — сквозь стоны, спросил пациент. — Боль просто невыносимая…
Хоть Рэйсэй и не просил о помощи, но я тут же включил «анализ» и осмотрел пациента, чтобы ускорить процесс постановки диагноза и последующей госпитализации.
Аппендикс не воспалён, желчный пузырь и поджелудочная железа также в норме. Все классические причины так называемого острого живота тут же отлетают.
Ого… А вот с кишечником мужчины была настоящая беда. Сосуды, которыми питался кишечник, были забиты тромбами. Прямо сейчас самая протяжённая часть его пищеварительного тракта просто-напросто отмирает.
— Рвота, кровотечение из заднего прохода? — коротко спросил я.
Рэйсэй поднял голову и удивлённо посмотрел на меня из-под очков.
— Верно, Кацураги-сан, быстро догадались, — кивнул хирург. — Есть предположения на счёт диагноза?
 
— Уверен, вы и так уже всё исключили, — ответил я. — Ишемия кишечника. Думаю, как тонкого, так и толстого. Очень массивная. Когда будете госпитализировать, обязательно попросите, чтобы Цубаки-сан спустился из сосудистой хирурги и сам осмотрел мужчину. Если, конечно, мой совет уместен.
— Ваш совет всегда уместен, Кацураги-сан, — кивнул Рэйсэй. — Так и поступим. Хм… Ишемия, говорите? Позже поговорим, как вы это поняли, если диагноз подтвердится. Вы чего-то хотели, Кацураги-сан?
— Проверка больничных. Нужно подписать один из ваших осмотров. Вы, видимо, забыли несколько недель назад, — тезисно объяснил я.
— Садитесь за мой компьютер, — махнул рукой в сторону стола Рэйсэй. — Я пока буду заполнять направление на госпитализацию и вызывать скорую.
— Уверены, что доверяете мне свой аккаунт? — уточнил я.
— После того, через что мы прошли в прошлую субботу, Кацураги-сан, не думаю, что между нами могли остаться элементы недоверия, — усмехнулся Рэйсэй Масаши.
Очевидный намёк на наш поход в караоке-бар и все вытекающие из него приключения.
Я уселся за компьютер хирурга и быстро разыскал электронную карту Кимуры Юичи. Подписав и распечатав осмотр, я добежал до кабинета Уёхары Ёсико, но внутри уже кто-то был. И между неизвестным мне врачом и заместительницей главного шёл активный спор.
— Что значит — вы не собираетесь исправлять свои осмотры⁈ — кричала Уёхара на мужчину, что стоял ко мне спиной. — Проверяющие придерутся к этим несостыковкам! Сначала оштрафуют клинику, а затем вы будете лишены стимулирующих!
— Нет, Уёхара-сан, — холодно ответил мужчина. — Я отказываюсь, и вы меня не переубедите.
— Почему это⁈ — воскликнула Уёхара.
— Потому что в моих осмотрах по больничным листам нет ни единой ошибки, — упорно отстаивал своё мнение врач. — Если кто-то из проверяющих будет с этим не согласен, я лично приду к ним и докажу обратное.
— Я прекрасно понимаю, что у вас своё собственное… уникальное, — Уёхара изобразила пальцами кавычки, — видение медицины, но оно не соответствует стандартам, в соответствии с которыми и проходит проверка.
— Мне всё равно на глупые стандарты, — отмахнулся незнакомец. — Для меня важнее качественно назначенное лечение, а не правильность заполнения бумажек.
Кто этот упёртый тип? Я уже видел его на планёрках, но лично познакомиться нам пока не удавалось. Однако его манера общения начала меня изрядно подбешивать. Хоть я и не слышал всего разговора, но приблизительно понял, о чём идёт речь.
Классический конфликт стандартов и здравого медицинского смысла. Я прекрасно понимал этого врача. Мне тоже не нравилось, что такое тонкое, гибкое искусство, как медицина, всё время пытаются подогнать под чёткие рамки законодательства. Но все здесь стараются искать баланс, помогать и пациентам, и клинике.
Я и сам так делаю. Если бы я лечил людей так, как считаю нужным, с моим «анализом» не понадобились бы никакие обследования, кроме общего анализа крови и некоторых биохимических маркеров.
Уёхара Ёсико, похоже, начала сдаваться. Переубедить упёртого врача было невозможно.
— Не хотел встревать в ваш диалог, но этот спор затянулся, — произнёс я, заставив их обратить на себя внимание. — Может, нам стоит помочь Уёхаре-сан с проверкой, а не вставлять палки в колёса всей клинике?
Незнакомый мне врач обернулся и одарил меня ледяным взглядом из-под массивных век. Разрез его глаз был уже, чем у большинства японцев, что создавало впечатление, будто мужчина вечно глядит на собеседника с презрением.
На его халате висел бейдж с именем «Такеда Дзюнпей. Терапевт третьего ранга».
Такеда Дзюнпей… Тот самый! Именно о нём Рэйсэй Масаши рассказывал мне после караоке. Бывший десятый ранг. Мой новый оппонент, за место которого мне ещё только предстоит побороться.
— Мы с вами ещё даже не знакомы, а вы уже устраиваете мне нравоучения, Кацураги-сан? — спокойно спросил Такеда Дзюнпей.