Браслет Тигрицы (СИ)

Слышу шаги. Не отвлекаясь от приготовления яичницы с беконом, здороваюсь.
— Доброе утро — сейчас мой голос далеко не нежный, сейчас голос Альфы, которого должны уважать.
— Доброе, Тимур Константинович! — отвечает парень, и я наконец поворачиваюсь к нему лицом. Он протягивает руку. — Максим.
Светловолосый парень, очень крепкий, сильный духом, сдержанный, такого без проблем можно поставить и командиром.
— Резво долетел! — подмечаю вслух.
— Как Алина? — голос конечно не спокойный. Да, я бы возможно реагировал точно также…
— Спит, — коротко отвечаю. Не люблю пустую болтовню. — Я думаю, что ты понимаешь, что со мной она в полной безопасности.
— Знаю! Но я спрашиваю о ее эмоциональном состоянии, — Макс достаёт что-то из холодильника и начинает мыть. — Она по утрам пьет кофе со сливкам, а еще она сладкоежка.
Я даже не подумал о том — что она любит. Я практически ничего о ней не знаю.
— А вы не разговорчивы, — замечает парень. Догадливый.
— Яичницу твой ангелочек любит? — во мне играет некая ревность, этот парень знает о ней все, а я лишь то, как она реагирует на мое присутствие. Сейчас это сбивает с толку.
— Иногда ест. Я обычно делаю ей салат или сэндвич. — Макс режет помидоры черри и кидает в салатницу. Меня бесит этот момент. Парень будто забавляется надо мной.
— Я сделаю все сам. Сядь! — приказываю недовольным тоном. Максим выполняет. Понял, что я не люблю, когда со мной играют.
— Буду спрашивать — ты отвечай, — я указал на него ножом. Ларионов кивнул. — Итак, что ты кладешь в салат?
В итоге я узнал, что она любит мясо, суши, свежие овощи, сладости и не любит рыбу. Максим честно отвечал на все мои вопросы, пока я готовил завтрак. Единственное что я ему позволил — это сварить кофе, потому что я не знаю, как обращается с этой чертовой кофе машиной.
— Сейчас Алине нужна поддержка, в том числе и твоя. Она сейчас не стабильна и очень эмоциональна. — вижу беспокойство в его глазах.
— Как она отреагировала, когда узнала?
— У нее была истерика, мне пришлось снять ее браслет. — Максим выпучил глаза.
— Она признала льва?
— Моментально… — горжусь этим. — Но после я снова одел на нее браслет.
— И?
— Она стала немного спокойней, но все же осталась эмоциональной. За ее переменой настроения не угонишься. По многим причинам сейчас браслет снимать не следует.
— Согласен.
В следующую секунду я определенно четко ощущаю тигрицу. Лев будто выпрыгивает из моей груди. Ноги инстинктивно несут меня в комнату Алины.
Открываю дверь комнаты, слышу шум воды. Твою мать… Алина стоит в душе без браслета. Моментально притягиваю ее к себе, такую голую, мокрую и невероятно манящую.
— Что ты делаешь? — теперь и я весь мокрый. От ее тела пошла мощная волна дрожи.
— Прости, но мне нужно было снять его, ощутить себя настоящую. — Алина нежится в моих объятиях, а лев внутри меня ревет. Призывает тигрицу.
— Максим уйди! — кричу я злобно, понимая, что сейчас может произойти все что угодно.
— Максим приехал? — Алина напрягается в моих руках.
— Шшш! — еще крепче сжимаю ее тело. Лишь после того, как слышу щелчок закрывающейся двери, разворачиваю Алину к себе лицом.
— Ну, привет! — шепчу в ее губы.
  
Глава 12
 
Алина
Пробудилась от того, что все мое тело горело огнём. Мало того, ещё и запястье ломило от невероятной боли. Ни секунды не раздумывая, сняла источник моего ужасного состояния. И как только браслет слетел с запястья, мой организм тут же ощутил легкость и свободу. Будто тяжёлый груз свалился с моих плеч, который я носила на протяжении всех своих лет. Удивительно, но вместе с этим, ушла какая-то ненужная энергетика, и я только сейчас понимаю, что все это время она пеленой стояла передо мной. Лёгкие набрали в себя невероятно чистый воздух, который изначально причинил боль. Такое чувство, что раньше я и вовсе не дышла…
После всех этих необыкновенных ощущений, в голову пришла мысль освежиться, потому что тело все ещё продолжало гореть. И кроме как встать под струи прохладного душа, выхода я не видела. Но даже ощутив свежесть воды, тело по-прежнему продолжило гореть, оно хотело чего-то…
 
И тут я поняла, чего оно хотело.
— Привет!
Как только Тимур притянул меня в свои объятия — агония сменилась диким возбуждением. Моя тигрица выбежала из темной пещеры и зарычала. Она сердится, требует выпустить ее, царапает меня изнутри, причиняя боль. Нутром чувствую ее гнев.
— Ты сможешь ее контролировать… — убеждает Тимур, поглаживая мои щеки. Его касания такие нежные, такие правильные… а ещё, они расслабляют. — Попробуй! Я рядом. Успокой ее, — его глаз горят, завораживают меня.
Зажмуриваюсь, пытаясь сконцентрироваться, связаться со своей тигрицей. Сейчас она мне физически причинят боль, и это правда больно. Но я все же стараюсь соединиться с ее разумом, и найти в ней что-то светлое.
И в какой-то момент у меня получается…
Я словно во сне. Открываю дверь и тут же вижу свою тигрицу. Она сидит в моей детской спальне на кровати, в ожидании меня.
Когда я была маленькой, частенько сидела на этой уютной постельке и смотрела в окошко. Увлеченно наблюдала за птицами, за шумным движением на улице… И вот сейчас она напоминает меня, совсем маленькую. Замечаю что тигрица необычного цвета, она почти белая, что восхищает с первого взгляда.
— Ты очень красивая! — вдруг вылетает из меня.
Замираю, в ожидании ее ответа. Она повернула голову в мою сторону и начала сканировать, своим звериным взглядом.
— Я это ты, только в зверином обличии. — спокойно выдаёт. — Сейчас ты в своем сознании, потому что человек, но как только ты выпустишь себя в моем обличии — дальше думать буду я. — Говорит, и тут же отворачивается. Меня же ее слова, раздражать начинают. Я не потерплю, подчинения с помощью чужого контроля.
— Ты не будешь меня контролировать! — констатирую твёрдо. — Даже тогда, когда выйдешь на свободу. Я понимаю, что ты всегда была взаперти, но эй… я о тебе даже и не знала. Я обещаю, что больше не надену браслет, что буду прислушиваться к тебе, но прости… полный контроль я тебе не одам.
Она выглядит очень грустной, и у меня тут же возникает необходимость ее пожалеть. Возможно, я была груба с ней.
Сажусь рядышком и запускаю пальцы в ее густую шерсть.
— Ты очень мягкая! — инстинктивно обнимаю ее и ощущаю что-то совершенно, родное. Будто наши души, наконец-то слились воедино. Я чувствую ее тревогу, ее страхи, ее радость. Мы с ней очень похожи.
— Ну, здравствуй! — утыкаюсь в ее шею. Чвствую, что нужна ей, как и она мне.
— Не запирай меня больше, — шепчет вдруг. — Мне тут страшно одной. Тут так темно…
Мне стало невыносимо больно от этого. Сердце будто сжалось.
— Не буду, обещаю! Прости меня! Теперь я понимаю тебя! Я чувствую тебя… — говорю совершенно искренне.
— Как и я тебя, — отражает выдыхая. — Я не буду забирать контроль, я и не хотела, просто я сама была напугана.
— Как мне называть тебя! Интересуюсь, меняя тему.
— Айя! — промурлыкала она.
— Хорошо, Айя! — Смотрю в ее сапфировые глаза. — Нас теперь двое! Я многого не знаю, поэтому будем учиться вместе.
— Давай, иди к нему! Он ждет тебя и беспокоится ужасно. Мой лев сейчас ему грудную клетку вспорет, если ты сейчас же не вернёшься.
— Твой лев? — смеюсь— знаешь, он укусил меня, — заявлю обиженно. Тигрица улыбается.
— Иди Алина, я чувствую его… Он правда тревожится.
— Ладно, не скучай!
— Да как же! Сейчас начнется самое интересное. Теперь твоя очередь успокаивать льва.
Тимур
С тех пор как Алина закрыла глаза, прошло минут пять. Все это время она стояла неподвижно, а я держал ее в своих объятиях, пока вода продолжала лить на нас каскадом. Лев стал тревожиться за нее.
— Верни ее, это может быть опасно для них обоих.
— Я знаю, но я доверяю ей! Она сильная. Ничего плохого не случится.