Забота и контроль (СИ)

Харрис задумчиво покивал.
- Ты не думал жениться еще раз? - спросил он, отпив еще немного из своего бокала.
- Думал, - признался Рейн, - и думаю до сих пор. Просто еще не встретил ту, ради кого буду готов рискнуть. Знаю, тебе кажется, что пятьдесят шесть - это уже почти старость, но вспомни себя двадцатилетнего, тогда ведь, небось, тоже казалось, что сорок - это когда стоишь одной ногой в могиле.
Харрис усмехнулся, признавая правоту Рейна.
- Так что я не теряю надежды, но даже если этого не случится, то я не сильно расстроюсь. Я и так получил от жизни больше, чем рассчитывал. Многие ли из тематиков смогли завести детей, не отказавшись от Темы? А мне это удалось. И более того, мои дети настолько легко приняли мою вторую суть, что иногда имеют наглость даже шутить надо мной из-за неё. Но хватит обо мне, - Рейн переменился в лице, секунду назад он был расслаблен и улыбчив, а теперь от улыбки не осталось и следа. Он смотрел цепко, удерживая взгляд Харриса. - Я хочу знать, что, черт возьми, с тобой происходит? Ты сам не свой!
- Не пойму, почему тебя это так волнует, - огрызнулся мистер Фергюссон. - Да и Граса тоже.
- Я уже давно понял, что ты не замечаешь, какое влияние оказываешь на окружающих, - мягко ответил Рейн. - Ты даже не осознаешь, как наш клуб изменился с того момента, как ты к нам пришел. Твоя несгибаемая воля, твоя уверенность в себе, твои высокие стандарты, к которым ты умудрился подтянуть и окружающих. Во многом клуб сейчас такой, как он есть, именно благодаря тебе. Ты не снижал планку требований, и остальным пришлось им соответствовать. Ты не боишься нового. Умеешь признавать ошибки, не теряя авторитета. Именно поэтому нам так странно и даже неуютно видеть тебя в расстроенных чувствах. Скажи мне, что тебя гложет? Я не буду, как Грас, предлагать тебя отдоминировать, но если это поможет тебе обрести внутреннюю гармонию, весь мой опыт и все мои умения к твоим услугам.
Мистер Фергюссон тяжело вздохнул. В конце концов, нет ничего плохого, если он поделится частью правды. Это не уронит его авторитет в глазах Рейна, но, возможно, даст посмотреть на ситуацию со стороны.
- Есть один молодой человек, - неуверенно начал он со свойственными сильной личности сомнениями в том, что она имеет право признаваться в своей слабости, - который подходит мне, как ни один другой. Сначала я этого не понял, потом сомневался, но теперь я уверен в этом.
Сказав это, он осознал, что так оно и есть: Шон стал ему дорог, слишком дорог, чтобы можно было от него отмахнуться и сделать вид, что ничего не было.
- Это же чудесно, - Рейн мягко понукал его продолжить, - разве нет?
- Мы плохо начали, - признался Харрис в том, в чем боялся признаться даже себе, - очень-очень плохо. Неудачно. Не с того, с чего следовало бы начинать любые отношения. И продолжили в том же духе, и теперь я не вижу способа выйти из этого тупика. Я всё оборвал и закончил. Но теперь со всей ясностью осознаю, что был неправ. Но могу ли я быть столь эгоистичен и принудить его?.. Или же мне стоит попытаться начать всё сначала, отринув Тему, и надеяться, что я смогу без неё? Имеет ли это вообще смысл? А что будет, если через год я к нему остыну? Могу ли я так рисковать?
- Грей-Грей, - Рейн улыбался ему по-отечески. - Я знаю, что ты помешан на контроле. Как впрочем, и все мы, иначе бы нас здесь не было. Но не слишком ли?
- Что? - Харрис растерянно посмотрел на собеседника.
- Ты задаешь себе вопросы, которые должен был бы задать тому молодому человеку, о котором идет речь. И сам же на них отвечаешь, решая за него. Ты к этому привык. Но не забывай, что только сам нижний может наградить своего верхнего правом решать за них обоих. До того, как тебе были даны такие полномочия, вы равны. Так что тебе нужно оставить право выбора за ним. Ты свой уже сделал. Теперь сообщи о нём тому, кого выбрал, и посмотри, что будет.
 
Харрис был вынужден признать правоту слов Рейна. Действительно, он уже все сам решил и за себя, и за Шона. А ведь парень неоднократно поражал его нестандартностью мышления. Да и выглядел он откровенно несчастным, когда Харрис сказал ему, что все кончено. Нужно будет в понедельник аккуратно поговорить с ним, подобрать аргументы, попытаться начать всё сначала. Чёрт, даже если Шон потребует забыть о Теме навсегда, о клубе, выбросить коллекцию девайсов, любовно собранную мистером Фергюссоном в течение последних пятнадцати лет, это не будет иметь значения. Шон стоит того, чтобы пожертвовать ради него всем. Доминировать можно и без атрибутов и антуража, а уж кто будет в их отношениях лидером, сомнений не было.
- Вот! - улыбка мастера Рейна стала широкой и задорной. - Узнаю этот взгляд. Ты принял решение и претворишь его в жизнь с несгибаемой волей и упорством. Вот это я понимаю!
- Спасибо, - Харрис улыбнулся слегка рассеяно.
- Обращайся, - отмахнулся Рейн. - Давай лучше выпьем за то, чтобы у тебя всё получилось в лучшем виде.
Мистер Фергюссон согласно поднял свой бокал.
Вернувшись домой, он не сразу лег спать. Нужно было обдумать, что и как сказать Шону, как дать ему сделать выбор, но при этом не напугать и не надавить на него. Будь Шон тематиком или геем, было бы гораздо проще, но молодой человек не был ни тем, ни другим. И всё же именно сейчас Харрис был уверен, как никогда, что они идеально подходят друг другу, а значит, можно было рискнуть и попытаться заполучить то, о чем он и мечтать не смел все эти годы. Спать он лег в превосходном настроении, почему-то казалось, что теперь у него точно всё получится.
========== Глава шестая. Суббота. ==========
Как и положено уважаемому джентльмену его лет, мистер Фергюссон не позволял себе спать в субботу дольше положенного. Поэтому он встал в девять утра, принял традиционный контрастный душ, выпил стакан свежевыжатого освежающего грейпфрутового сока и отправился на пробежку. Погода стояла премерзкая, моросил мелкий дождь, недостаточно сильный, чтобы использовать зонтик или отказаться от занятий спортом на свежем воздухе, но и недостаточно слабый, чтобы можно было не обращать на него внимания.
Пробежка, против обыкновения, не принесла Харрису никакого успокоения. Мысли в голове не желали складываться в привычные ровные ряды и скакали с одного на другое. Впрочем, стоит заметить, что крутились они всё же вокруг одного и того же. Как-то незаметно, непонятно когда и почему Шон Бреннан проник к нему в голову и прочно там обосновался. И обиднее всего, если не пытаться врать самому себе, что мистер Фергюссон всегда считал ниже своего достоинства, следовало признать, Шон Бреннан отвоевал себе место и в сердце Харриса. Удручающе много места.
Поскольку продолжать занятия спортом в таком смятении чувств смысла не было и, приняв во внимание усилившийся дождь, мистер Фергюссон посчитал возможным прекратить пробежку и вернуться к себе.
Еще издали он заметил что-то, вернее, кого-то, стоящего на крыльце его дома. Сердце забилось быстрее. Сомнений быть не могло. Только один человек в мире обладал таким ростом, таким размахом плеч и такой сексуальной задницей, обтянутой мокрыми штанами. Шон и сам был мокрым с головы до ног, похоже, что он добирался сюда пешком и попал под дождь, а захватить с собой зонтик даже не подумал. Вопиющая безответственность в условиях их климата. Намокшие волосы, такие светлые и золотистые в сухом состоянии, под воздействием воды почему-то стали казаться рыжими.