Бабник (ЛП)

— Нет, — ещё один вздох. — Я просто устала и чувствую себя дерьмово.
— Всё ещё расстроена «доставкой»? Я знаю, что всё пошло не по плану.
— Немного, но это глупо. Я имею в виду, что она красивый здоровый ребёнок.
— Джейн, тебе позволено чувствовать всё, что ты хочешь.
— Хм.
Думаю, она действительно разорвала все связи со своей прежней жизнью. Потому что она никому не позвонила, даже своим родителям. Я не мог не задаться вопросом, думала ли она вообще о биологическом отце Ады. Чувак многое упускал. Совершенно новая жизнь, в которую он внёс свой вклад, появилась на свет. А может быть, именно этого он и хотел. Идиот не знал, чего он лишается.
— Ты думала об этом, планировала всё это месяцами, а потом всё пошло наперекосяк, — сказал я. — Всё это было довольно страшно. Так что совершенно нормально, что тебе не нравится, как это произошло.
— Наверное, я думала, что к этому моменту я просто буду светиться материнством или что-то в этом роде, — она подняла руку, поглаживая малышку по щеке. — Она прекрасна.
— Да, она такая, — согласился я. — Осуждающая, как ад, но великолепные цыпочки всегда такие.
Джейн хихикнула и поморщилась.
— Ой. Не смеши меня.
— Я не пытался рассмешить тебя. Ты просто не уважаешь мои чувства, — я отвернулся, скрывая улыбку. Не думаю, что я когда-либо чувствовал такую усталость до самых костей, но при этом был таким бодрым. С другой стороны, у новоиспечённой матери темнели синяки под глазами, а лицо заливала бледность. Нехорошо. — Почему бы тебе не попытаться заснуть? Я разбужу тебя, если ты ей понадобишься.
— Я немного поспала, пока приходила в себя. Всё в порядке.
— Вспомни, о чём говорила медсестра, — напомнил я. — Нужно быть осторожной. Это серьёзное дерьмо, через которое ты только что прошла.
— Знаю.
— А ещё есть кое-что с мочой и какашками.
— Боже мой, — пробормотала Джейн, и её щёки вспыхнули румянцем. — Мы можем не говорить о том, что я хожу в туалет? Можно ли оставить мне капельку достоинства?
— Извини.
Джейн кивнула, нахмурившись.
— Существует так много правил. Как, чёрт возьми, я должна избегать лестниц, живя в квартире на втором этаже?
— Всё будет хорошо, — сказал я. — Мы все поможем тебе получить всё, что вам потребуется.
Она не ответила.
— Многие другие люди проходят через подобное, и ты тоже сможешь, — продолжил я. — Посмотри на Аду. Ты её создала! Это делает тебя Чудо-женщиной в моих глазах.
Её лицо смягчилось.
— Привет всем, — Нелл ворвалась в комнату, и её лицо просияло от радости при виде свёртка. Пэт показался позади, отягощённый сумками с вещами и цветами. — Вот и она. Привет, ты великолепная маленькая малышка. Отдай её мне, пока не уронил, Эрик.
— Я не собираюсь её ронять. Иисус, — мелькнула мысль упомянуть тот коньяк, но я передумал. Скрепя сердце, я отдал её. — И её зовут Ада. Будь внимательна с её шеей, она ещё слабенькая.
— Ада — красивое имя. И я знаю, как держать ребёнка, Эрик.
— Привет, Пэт, — сказала Джейн, одаривая его слабой улыбкой.
— Нелл проконсультировалась с врачом, она не заразна или что-то в этом роде, — сказал он. — Но я останусь здесь на всякий случай.
— Хорошо. Спасибо.
Мужчина прислонился к дверному проёму, с интересом наблюдая за нами. Вид того, как мы с Нелл суетимся вокруг ребёнка, должен был вызвать у него массу странных чувств. Однако, какими бы ни были его мысли, густая чёрная борода хорошо скрывала их.
Лицо Нелл скривилось.
— Мне так жаль, что меня не было рядом с тобой.
— Всё в порядке, — возразила Джейн. — Оказывается, Эрик отличный партнёр по родам.
— Она — самое чудесное, что я когда-либо видела, — сказала Нелл, широко раскрыв глаза.
Она никогда не упускает шанса сменить тему, как только кто-то говорит обо мне что-то хорошее.
— Разве она не прекрасна?
Какое-то время женщины любовались ребёнком. Затем Джейн перешла к подробному описанию родов. Я воспользовался возможностью, чтобы занять кресло и на секунду закрыть глаза. Вот и всё, что потребовалось. Следующее, что я помню, это то, что Пэт тряс меня за плечо.
 
— Чёрт возьми, — я потёр лицо рукой. — Я заснул?
— Тебе нужно пойти домой и немного отдохнуть, — сказала Джейн, занятая кормлением Ады. И когда я говорю о кормлении, я имею в виду грудное вскармливание. С грудью и прочим.
Я изо всех сил старался не отводить глаз от её лица и не опускать взгляд ниже. Но, боже мой, грудь Джейн. Только во сне я представлял, что увижу их обе, не говоря уже о том, что мельком взгляну хоть на одну. И, может быть, это было связано с беременностью, или с тем, что тело готовилось к грудному вскармливанию, или из-за чего-то ещё, но они были настолько полными и круглыми, насколько это можно себе представить. То, что моя мечта сбылась в этом контексте, было совершенно неправильным. Но, чёрт возьми, я был парнем, которому нравились женщины. Большую часть своей жизни меня учили, что, когда у тебя есть возможность, ты смотришь на женскую грудь — будь то приподнятое декольте, дразнящие полупрозрачные блузки, скользкие, мокрые бикини или (когда судьба действительно улыбается тебе) красиво обнажённая грудь. Ты пялишься на них, ценишь их, играешь с ними и в значительной степени делаешь их своими лучшими друзьями. Честно говоря, если девушки хотят мне их показать, то я хочу посмотреть. Я такой открытый.
Вот только не здесь. Не так. Всё это было очень неправильно.
В конце концов я довольствовался тем, что уставился на тошнотворно-зелёную стену за её плечом и пытался вспомнить, о чём говорила Джейн. Насчёт того, чтобы выспаться. Не про грудь, не про полноту и не про соски точно.
— Да, хорошая идея.
— Ты можешь вести машину?
— Если хочешь, я могу тебя подбросить, — сказал Пэт, всё ещё прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.
— Нет, я в порядке.
Очевидно, помимо того, что я пропустил первое обнажение груди, я также спал достаточно долго, чтобы Нелл поставила цветы в вазу, а Джейн развернула огромное количество подарков. Ада издала один отчаянный вопль, и Джейн принялась теребить свою грудь, давая ребёнку продолжить. Такая бледно-кремовая кожа. Клянусь, я не хотел этого, но такова человеческая природа — смотреть на происходящее, не так ли?
Гореть мне в аду.
— Бедная малышка, — проворковала Джейн. — Всё в порядке.
Как можно считать нормальным выставлять на всеобщее обозрение такую великолепную грудь и ожидать, что я не буду смотреть? Я был супергероем или кем-то в этом роде? Нет, не был. Иногда быть взрослым действительно тяжело.
— Ты краснеешь, — заметила Нелл, глядя на меня. — Ты болен, что ли?
— Со мной всё в порядке.
— О боже! — она резко откинулась на спинку кресла. — Ты ведь не смущаешься, когда видишь женщину, кормящую грудью?
Даже Пэт хихикнул.
— Нет.
Джейн возилась со своим топом, прикрывая ещё немного.
— Чёрт. Не делай этого, — сказал я. — Я имею в виду... Я не хотел заставить тебя стесняться.
— Грудь предназначена для кормления младенцев, — она нахмурилась, глядя на кровать, не встречаясь со мной взглядом. — Ты понимаешь, что это их главная цель в жизни, Эрик?
— Абсолютно, — согласился я.
— Я не пыталась устраивать для тебя шоу или что-то в этом роде.
— Я не задумался об этом ни на минуту, — я прижал ладони друг к другу, потому что иногда просить о милости может быть вполне по-мужски. Или просто необходимым. — Я животное. Пожалуйста, прости меня.
— Идиот, — пробормотала Нелл.
Но жёсткая линия рта Джейн смягчилась.
— Иди домой и отдохни.
— Да, — сказал я, медленно поднимаясь со стула. — Будет сделано.
— Спасибо тебе за всё, — сказала она, так чертовски мило глядя на меня. Очевидно, уставшая и страдающая от боли, она всё ещё была такой чертовски хорошенькой, лёжа на больничной койке со своим ребёнком на руках. Самое совершенное, что я когда-либо видел.