Алекс. Безродный. Дилогия (СИ)
Последнее предложение он сказал как-то неуверенно, смотря на вырванные с корнем из толстой дубовой двери стальные замки. Дальше разглагольствовать не стали. Я лишь кивнул, подошёл и, напрягшись, оторвал от земли свою сторону двери. Когда взялся и Мясник, дело пошло легче. Эту громадину стало держать куда удобнее и легче, хотя со временем руки всё равно начали затекать. Хотелось их поменять, но я молча терпел, пока двое работников вбивали толстые длинные гвозди, которые больше походили на клинья. Наверняка Тог сейчас думает: «И как только он умудрился с них сорвать дверь?»
Управились мы довольно быстро, минут за двадцать, а потом прошли в дом, оставив рабочих Мясника доделывать работу. От вчерашнего разгрома тут почти ничего не осталось. Разве что грязь, следы крови и мелкое крошево. Глянув на осколки, вспомнил, как в меня Мясник швырнул вазу, и автоматически потрогал щёку. Совсем как-то вылетело это из головы… Вместо глубокой раны почувствовал лишь шелушащуюся кровяную корку и молодую кожицу под ней. Похоже, я не только помолодел, но и на мне теперь всё заживает как на собаке.
— Хватит щеку чесать, к столу пошли. Сейчас жинка принесёт тебе одежду из моего гардероба. Тебе, конечно, будет коротковата, но всяко лучше. И умоешься заодно. Не дело это: грязным за стол садиться.
— И то хорошо, — кивнул я и двинул следом за Тогом, — а то в этом тряпье меня за нищего примут.
Я, не подумав, похлопал себя по груди, отчего в воздух взлетела пыль.
— Тьфу ты, не пыли! — Мясник остановился и замахал своей лапой, а потом повернулся ко мне и, оглянув с ног до головы, серьёзно сказал: — Скорее за раба. В таком даже нищие не ходят. Статус.
— Даже так⁈ — приподняв брови, сказал я.
— Даже так… Ладно, дам потом наводку на одного мастера. Он ещё тебе скидку даст.
На это мне оставалось лишь кивнуть. Н-да… Водно-грязевые процедуры не пошли на пользу моей одежде, как и многочисленные драки. Прорехи, порванные в нескольких местах по шву штаны и рубаха, смятый и убитый мех, много грязи и… даже некогда дорогая ткань не спасала. Я и правда выглядел хуже дворовых оборванцев.
Нашу беседу прервала хозяйка, которая с недовольным видом осмотрела пыльный пол и, держа под мышкой тюк с вещами, подошла ко мне.
— Одежда, — коротко произнесла она и буквально кинула в меня тюк. — Твоя идти мыться, прямо идти. Там до конца и направо. Только потом одевать одежду.
— Ага. Моя тупой кочевник. Моя понимать, — с сарказмом в голосе передразнил я, параллельно осматривая уже более внимательно жену Мясника.
Выглядела она эффектно. Помимо длинных и острых ушек, глаз цепляла её чуть синеватая кожа и белые волосы, в которых тоже присутствовала лёгкая синева. При этом у неё более гладкое лицо по сравнению с теми эльфами, что я видел. У них, как я заметил, черты более острые, хищные. Да, красивые и очень пропорциональные, но какие-то нечеловеческие, что логично. Эльфы же. А тут… Она выглядела более человечной, что ли?.. В любом случае, с таким-то количеством детишек сохранить такую изящную красоту. Если задержусь в этом мире, откину прочь стереотипы расовости. Тог вон решил не заморачиваться и счастлив как слон.
Видимо, я слишком долго пялился, раз Мясник повадился на мой бок. Благо реакция у меня хорошая, и я вовремя сделал шаг в сторону, увернувшись от тычка. Намёк понял… Кивнув Мяснику, я отправился в указанном направлении, не ожидая каких-либо комментариев от его жены, которая, похоже, их давать и не собиралась. Лишь возмущённо фыркнула и задрала к потолку нос.
В указанном месте я нашёл нечто похожее на… поливочную. После того как смыл грязь тёплой водой из небольшой бочки, с помощью ножа, аналога мыла, отполированного ковшика и какой-то ткани привёл свои волосы в относительный порядок. Относительный, потому что я всё же не парикмахер, которого мне ещё предстояло найти. Зато уже не был похож на оборванца и дикого кочевника, который не знает, что такое мыло, ножницы и вообще вода.
Надев на чистое тело одежду Мясника, двинулся обратно в прихожую, но там хозяев не нашёл. У одного из работников узнал, что они в столовой, и отправился туда.
Зайдя в комнату, увидел, как хозяйка накрывает на стол, а Мясник, откинувшись на лавочку, с улыбкой посматривает на неё. Поймав молчаливый кивок Тога, сел рядом с ним.
— Готов узнать, что такое вкусовой оргазм? — с ухмылкой пробасил Мясник.
— Милый! — смущённо высказалась его жена.
— Ну что ты, Орсана? Ты ведь и правда великолепно готовишь. Вот, перед гостем хвастаюсь, — сказал с гоготом Мясник, параллельно показывая мне кулак, то ли чтобы не пялился на его жену, то ли чтобы не пытался обидеть непринятием еды.
— Да, запах уже будит во мне зверский аппетит. Уверен, это будет лучшее, что я в жизни пробовал, — подыграл я Мяснику. Ну как… Даже врать не пришлось, потому что запах еды и правда был аппетитным.
— Ой, да вы сговорились, — как-то мило и по-доброму произнесла Орсана, смотря на меня куда приветливее, чем раньше.
— Не, истинная правда, — в один голос произнесли мы и, переглянувшись, заржали.
— Ладно, хватит болтать, давайте есть. Мне ещё детей кормить. — С этими словами она поставила последний глиняный горшок на стол и разложила тарелки.
Мы дружно начали накладывать кушанье. Еда и правда была выше всяких похвал. Но… Приправы есть самые разные, однако о соли они словно и не знали. Но я точно её видел в припасах бандитов. Так в чём же дело?.. Этот вопрос я бесхитростно и задал вслух. Хозяева тут же перестали есть и напряжённо переглянулись.
— Ты бы такие вопросы не задавал, — напряженно произнёс Мясник.
— Я пойду проверю, как там дети. — Орсана встала из-за стола и быстро вышла из обеденной.
— Я что-то не то сказал? — произнёс я, с недоумением смотря на Тога.
— Ты и правда ничего не знаешь? — нахмурившись, протянул Мясник.
Пока он говорил, несколько раз опускал руку к своему большому ножу, но тут же одёргивал назад, заставляя её вернуться за стол.
— Нет, а что? — с самым невинным видом ответил я.
— Белый солёный порошок… Им пользуются только хаоситы и поклонники дьявола. Говорят, они так признают своих.
— Да? Что за ерунда… У нас всегда его лижут лошади. Просто белые камни из земли, по которым иногда течёт вода. Мы его измельчаем и используем в еде. Ещё мясо вялим.
— Ну, мы тоже вялим… Со временем сила Дьявола уходит, а мясо дубеет. Первожрец поэтому и дал разрешение, но… выборочно, так сказать. Не каждому это позволено, да и освящение такого места дорого стоит. В общем, в открытую его никто не применяет. Больше ты так не говори нигде, иначе быстро на костёр попадёшь. Для простых людей солёный порошок — это зло, знак дьяволопоклонников. А вы, видимо, язычники… Ты ведь не веришь в Арушимана проклятого, в Дьявола?
Тог Живодёр косился на меня, прищурив глаза, готовый содрать с меня шкуру в случае неправильного ответа.
— Э-э-э, нет. Вообще, я мало что о нём знаю. Мне хватает Великого бога неба, — произнёс я, почёсывая макушку.
— Ну точно язычник, — возмущённо произнёс Мясник, но от меня не скрылся его облегчённый выдох. — Мой тебе совет: больше не говори этого, иначе быстро окажешься под золотым Серпом.
— Понял, — коротко кивнул я головой. — Мне бы где почитать обо всём, чтобы вот так по глупости не потерять голову. Читать-то я научился, а вот…
— Ты умеешь читать⁈ — Мясник и покачал головой. — Удивительные дела творятся… Тут есть библиотека. Проход туда платный. Всё же дорогие рукописи там, разные. Печатные с Великой Империи тоже есть. Заплатить за посещение — это не проблема, а вот найти там то, что тебе нужно… Вот что, там старик, противный на первый взгляд, всем заправляет, но он не прочь отведать хорошего вина, да и мясо хорошее он любит. По крайней мере мои ребята дважды перехватывали гостинцы от князя. Поглазели и вернули на место. Можешь у меня взять, его угостить. Он тебе и поможет всё, что надо, найти.
— Спасибо, так и сделаю.
Дальше мы ели молча. Закончив, я начал собираться в город. Денежки приятно грели пазуху, но это ненадолго.