Опричник. Канцелярия Государственной Безопасности

— Это зачем? — с подозрением глядя на меня, спросила Гринпис.
— Затем. Дополнительная защита. У тебя очень мощная ментальная нагрузка. Артефакт поможет тебе не только в бою, но и в жизни.
— Каким образом? — в глазах княжны мелькну неподдельный интерес.
— Надела и носи, не снимая. Селенит помогает защищать нервную систему от истощения, в бою усилит ментальные способности, если что, сработает как предохранитель.
Гринпис покраснела, видимо, вспомнив нашу вчерашнюю вылазку и то, что натворила.
— Спасибо… командир, — пробормотала девушка, перехватила у меня футляр и собралась на выход.
— Стоять, — приказал я.
Колокольчик как стояла, так и осталась стоять. Гринпис непонимающе вытаращилась на меня.
— Я что приказал?
Княжна нахмурилась, перебирая в памяти наш разговор.
— Носить, не снимая? — полуутвердительно уточнила.
— Именно.
— Так точно, командир! — звонко отрапортовала Гринпис, открывая коробочку, доставая артефакт. — Застегните, пожалуйста, шеф! — невинно хлопая ресницами, попросила девчонка.
Я застегнул замочек, взял княжну за плечи, развернул Гринпис лицом к выходу и скомандовал:
— Шагом марш в расположение, и чтобы через пятнадцать минут я вас обеих на территории базы не наблюдал.
— Так точно, командир! — синхронно отрапортовали обе две, и через минуту в моём доме наступила долгожданная тишина.
Боги, вот за что мне это? Мало мне сестры с её переходным возрастом, Колокольчика с её неустойчивой психикой. Теперь ещё и девица с романтическими тараканами в голове. Судя по всему, не убиваемыми.
«Сынок, партия-то хорошая», — прогудел в голове отец. К нему присоединился дед. И совсем уж тихо, ласково в разговор вплёлся матушкин голос:
«Сынок, Славушка, пора уж тебе о невесте задуматься. Один ты остался, тебе и Род возрождать».
«Мам, не один я, сестрёнка со мной», — напомнил я.
«Береги сестру, Славушка, силы в ней предостаточно. А вот ума пока маловато, они эмоции», — на душе посветлело, словно матушка по голове погладила.
«Дочь в другой Род войдёт. А тебе жена нужна», — в разговор встрял отец.
И понеслась какофония!
«На приёме будет Она! Я-ты-мы обязательно должны с ней поговорить!» — внезапно проснулся ещё один призрак прошлого.
«Она это кто? Цесаревна? А губа не дура?»
«Если любить, то королеву!»
«Да я…!»
«Да ты…!»
— А ну, цыц все! — рявкнул я вслух, сварил себе ещё кофе и принялся планировать вечер приёма. Всех нюансы и внезапности учесть невозможно, но купировать грядущие неприятности можно попробовать. В том, что неприятности будут, я не сомневался.
  
Глава 12
 
Мы с Колокольчиком прибыли на приём первыми. Графиня была чудо как хороша. Серебристое платье жидким металлом струилось по совершенному телу Ло, подчёркивая все выпуклости. Глубокий вырез открывал взгляду длинную шею, тонкие ключицы и все остальное, приятное мужскому взгляду.
Из общей картины слегка выбивалось кольцо с чёрным бриллиантом, но убедить Колокольчик расстаться с ним невозможно. Семейная ценность, к тому же пространственный карман. Уверен, там спрятан целый арсенал, способный помочь в небольшой, но победоносной войне.
Графиня блистала и наслаждалась внимание, словно ненадолго сумела запереть призраков прошлого, и вернуть себе прежнюю лёгкость жизни. И только я знал: Ло чётко контролирует ситуацию, отслеживает всех и вся. И даже великолепная причёска, на которую потрачено немало времени и денег, — ещё одно оружие. Ло в совершенстве владеет техникой убийства длинными булавками для волос, которые поддерживают её шикарные волосы.
Завершали образ утончённые серебряные украшения — тонкое колье, изящные серьги и браслет, игравшие бликами в свете хрустальных люстр бального зала. Не удивлюсь, если драгоценный набор тоже усилен убойными свойствами. Графиня двигалась с грацией и достоинством, олицетворяя собой воплощение аристократической элегантности.
Я прибыл в форме и чувствовал себя странно. Отвык я от светской мишуры. Да, собственно никогда и не любил все эти балы, приёмы, рауты. Светить лицом дела наследника Рода, я же второй сын. Моя задача — стать опорой и поддержкой брата. Была. Нынче все заботы легли на мои плечи. Честно говоря, не сильно рад этому обстоятельству. Отец всегда говорил, что гибкости и дипломатии во мне ни на грош. А сейчас так и вовсе не осталось.
 
— Граф Сваров! Приветствую! Совсем вы нас забыли! — и окликнул меня чей-то смутно знакомый игривый голос.
Я развернулся, слегка склонил голову, приветствуя даму, принял протянутую руку, поцеловал воздух возле запястья и выпрямился.
— Баронесса фон Рихтер! Выглядите очаровательно.
— Слышала, про несчастье, которое постигло вашу семью, милый граф. Соболезную! — дама сделала печальные глаза. — Вы здесь один или с дамой?
«Слышала она, сука старая», — стиснул зубы, нацепил маску секундной грусти, поблагодарил.
— С графиней Алтуфьевой.
— С этой… очаровательной наследницей Алтуфьевых? — баронесса поморщилась, но уже через секунду её фарфоровое лицо снова стало безмятежным. — Надеюсь, вы подарите мне танец, милый граф? — великовозрастная кокетка игриво шлёпнула веером по моему рукаву.
— Почту за честь, баронесса, — я улыбнулся. — А сейчас прошу меня извинить, прибыли мои друзья.
— Конечно, милый граф, — фон Рихтер с интересом поглядывала в сторону двери, в которую прямо сейчас входил Бермонт. К моему увиденную, медведь, как и я, предпочёл парадную форму гражданскому костюму.
Я попрощался баронессе и двинул в сторону Бермонта, по пути отсматривая местонахождения Колокольчика. Графиня улыбалась, щебетала, танцевала и пила шампанское, которым её наперебой угощали поклонники. Со стороны казалось, Ло беззаботна и весела. На самом деле, компьютер в её голове чётко фиксировал происходящее в зале, людей и лица, обрывки разговоров и эмоции.
Мы встретились глазами, графиня едва заметно кивнула, показывая, что всё в порядке, причин для беспокойства нет. Я показал в сторону Бера, предлагая присоединиться к нашей компании. Ло улыбнулась и принялась маневрировать среди великосветских хлыщей, изящно обрубая лишние хвосты по пути к нам.
— Приветствую, княжич. А форма тебе к лицу. Что так?
— Здорово, Свар. Да вот так. Сказал отцу: или так, или пусть идёт на бал сам.
— Неужто князь согласился? — удивился я, но ещё больше удивился тому, что Бермонт, наверное, впервые после гибели старшего брата, сумел настоять на своём. Всё это время Бер отчего-то вини себя в гибели брата. Потому позволял старому князю манипулировать собой и своими чувствами.
— Я не оставил ему выбора. — хмуро улыбнулся медведь.
— Конечно, не оставил, — раздался мелодичный голос за нашими спинами. — Он перепортил все вечерние костюмы. Они просто треснули по швам, когда Михаил хлопал в ладоши, проверяя, как сидит смокинг.
— О, Гринпис, привет — смущённо пророкотал Бер, принимая ладошку княжны в свою лапищу для вежливого поцелуя.
— Да ладно, Бер, серьёзно? — заржал я.
— Ну… есть немного… — пожал плечами медведь. — Я не виноват, что раздался в плечах.
— Гринпис, прекрасно выглядишь, — подмигнул Зверевой.
— Благодарю, граф, вы тоже, — Розалия присела в лёгком реверансе, поднялась и тут же принялась разглядывать награды на наших могучих… хм… грудях? М-да, смешно звучит.
— Все вопросы потом. А лучше никогда, — на корню обрезал желание девчонки вызнать, откуда и за что.
— Но, командир… — княжна включила светское очарование. — Вы же не можете отказать даме.
— Могу. И откажу, — улыбнулся я. — Шампанского? — предложил я, давая понять, что разговор окончен.
— А можно?
— Нужно?
— Тогда не откажусь, — разочарованно вздохнула Гринпис. — А где Колокольчик?
— Розалия, здесь, на приёме, никаких позывных. Исключительно светское общение. А вот и графиня Алтуфьева. Вербена, ты знакома с княжной Зверевой?