Путь к счастью (СИ)

Заметив, наконец, знакомую сталинку, я быстро преодолела лестничные пролеты и, уже нажав на звонок возле входной двери, дожидалась, когда ее откроют.
Дверь мне открыла знакомая женщина и, поприветствовав меня, сразу проводила в кабинет Елены.
Стоило ее увидеть, как моя челюсть чуть не упала на пол. Рыжеволосая женщина, закинув ноги на стол, потягивала дорогую сигару. Увидев меня, она кивнула на свободный стул и произнесла:
— Пришла все-таки.
— Здравствуйте! Вы сказали, что подскажете, как найти ворожившую. — Я села на указанный стул и положила руки на колени.
— Выглядишь паршиво, — хмыкнула женщина, дыхнув на меня дымом от сигары.
— Вы могли бы не курить? — Сморщилась я. — Вредно для здоровья. Моего, — добавила.
— Ой, совсем забыла, что я скоро снова бабушкой стану. — Елена Вячеславовна отложила свою сигару и сосредоточила свое внимание на мне.
— Такие сигары, кстати, грех не курить. Стоят как половина моей пенсии, — заметила она, на что я только фыркнула. — Значит, я больше не шарлатанка?
Я насупилась. Признавать свою неправоту не привыкла. Но и в какие-то там проклятья до конца не верила. А про личностей с «даром» не верила вдвойне.
— Кошмары мне снятся почти каждую ночь. Там темно, холодно и шепот с ума сводит. Поэтому помогите найти ворожившую. Хотя я, кажется, знаю, кто меня проклял.
Женщина вскинула одну бровь вверх, слушая меня.
— Так если знаешь кто, зачем пришла?
— Вчера я много полезного узнала из статей в интернете, — начала я предисловие. — Там говорилось, что слова проклятья гораздо сильнее черных ритуалов и могут наносить вред через поколения. Жена моего биологического отца ненавидела мою мать. Думаю, она проклинала ее на чем свет стоит, и теперь ее слова подействовали на меня.
Пока я рассказывала свою теорию Елене, она смотрела на меня очень говорящим взглядом. Явно намекая на то, что в интернете мало пишут полезного и правдивого.
— Как ее заставить забрать свои слова обратно? Это возможно?
С минуту она многозначительно молчала, барабаня пальцами с ярким маникюром по столу, отчего на безымянном пальце нежными искорками засверкал большой перстень.
Пока женщина молчала, я продолжала ей показывать свои познания из интернета о проклятьях.
— Говорят, что православная молитва от проклятия — это очень сильное защитное средство. Что вы думаете по этому поводу?
Статья о молитве пришлась ночью как нельзя кстати. С ее помощью можно настолько сильно укрепить свое биополе, что даже сильной ведьме (если они существуют, конечно) не удастся повредить его. Так же там говорилось, что очень важно предварительно правильно подготовиться к молитве.
Как только в голову закрались мысли о том, что на вас совершено энергетическое нападение, то есть послано проклятие, то нужно, прежде всего, очиститься физически. Это означало умыться в святой воде, ну или протереть ей все тело. Вода, являясь энергетическим материалом, должна забрать часть негативной энергии, и вы сразу почувствуете себя лучше. После умывания предлагали обтереть свое тело обычной крупной солью, а затем смыть ее. Но на этом подготовка была не закончена. Следовало еще облачиться в просторные светлые одежды. Ну а дальше предлагали молиться в уединенном месте, полностью сосредоточившись на проговариваемых словах.
Всю подготовку я пересказала Елене и затаила дыхание в ожидании ее ответа.
«Вдруг и правда поможет молитва и никого искать не придется?» — подумала я.
Я ожидала от женщины любой реакции… Но точно не смеха. Она расхохоталась, словно услышала не важную информацию, а презабавную шутку. Не пытаясь сдержать рвущийся наружу искренний смех, женщина прикрыла лицо ладонью.
— Что я сказала смешного? — произнесла с обидой.
— Ксения, какая соль и белые одежды? Ты же не думаешь, что это все может помочь?
Я пожала плечами.
— Откуда мне знать? Я никогда не верила в сверхъестественное.
— Молитва — это хорошо. Святая вода тоже. А вот все остальное — брехня.
— И что мне делать? Ложиться и помирать? — огрызнулась.
 
Женщина криво ухмыльнулась и ответила:
— Фотография жены отца есть?
— В соцсети видела. Подойдет?
— Давай. Посмотрим, что карты про нее скажут.
Я послушно достала мобильный телефон, без труда нашла фотографию Маргариты и передала гаджет Елене. Женщина положила его на середину стола и, достав свою страшную колоду карт, начала гадать.
Затаив дыхание, я следила за действиями Елены. Она долго перетасовывала карты в своих руках, некоторые вытащила из колоды и положила на стол.
— Это не она, — выдала вердикт. — Но эта женщина тесно связана с той, кто наслал словесное проклятие.
Печально опустила голову, понимая, что меня вновь постигла неудача.
«Где я эту неизвестную женщину искать должна?!»
— Как мне ее найти?
— Можешь попытаться поговорить с ней, — она ткнула своим наманикюренным ногтем в телефон, где была открыта фотография Маргариты. — Та, кто словесно наслал проклятие, сейчас страдает не хуже тебя. В ее интересах исправить всю ситуацию.
— А что она должна сделать, чтобы забрать свое проклятие?
— Во-первых, попросить прощения у тебя. Во-вторых, сходить в церковь исповедаться. В-третьих, она должна покаяться и получить прощение с благословением Господа. Тогда вам обоим станет легче. Но поторопись. Время идет…
Я раздосадовано прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать рвущиеся наружу слезы. Я и так большую часть времени находилась в состоянии на грани отчаяния и безысходности. Вся деятельность давалась с диким трудом. И сейчас, когда мне казалось, что я близка к победе, мне словно крылья отрезали. Маргарита никогда не пойдет со мной на контакт. Да и каким образом с ней разговор начать? Это заведомо провальная миссия.
— Я точно умру? Может, возможно все обойти? — едва слышно спросила.
Елена сменила маску надменности и сочувствующе на меня посмотрела.
— Сходи в церковь, дорогая. Помолись за свое здоровье и ребенка. Все в руках нашего Господа.
Я благодарно кивнула и на тяжелых ногах поднялась с места. Все стало так запутано, так сложно…
— Всего доброго, — сглотнув, попрощалась я.
— Береги себя, девочка!
Кирилл
— Папуль, привет, — Саша быстро поцеловала меня в щеку и села рядом. — Что читаешь? Твоей крысы нет дома?
— Ты где была? — требовательно спросил, кинув взгляд на часы. Шесть утра, а дочь только заявилась домой. — И сколько я могу повторять, чтобы ты не называла так Вику?
Саша скривилась и надула губы.
— У подруги, — огрызнулась она, ответив на мой первый вопрос. — Как хочу, так и называю. Ты ее не меньше моего ненавидишь.
— Наши отношения тебя не касаются!
— М-м-м, именно поэтому ты меняешь баб как перчатки?
— Саша!
Характер дочери был до ужаса невыносимым.
Несмотря на свой презентабельный внешний вид и довольно взбалмошный характер, она была добрая и искренняя. Но иногда напоминала маленького ребенка, которому не дали вкусняшку.
По мере взросления Саша становилась сильно похожей на свою покойную мать Настю.
С Настей мы вместе учились в университете на одном потоке. У нас были безбашенные чувства друг к другу. Та самая неповторимая, волнующая, хрупкая и будоражащая кровь, первая любовь. Она стремительно вспыхнула, как яркая звезда и потухла, когда она умерла. Моя любимая Ася, с которой я боялся быть грубым… С которой мечтал обвенчаться и жить до конца своих дней, умерла. Почти сразу после того, как родила нашу дочь. Послеродовой период осложнился гипотоническим кровотечением. Матка не хотела сокращаться, пережимая поврежденные кровеносные сосуды. Открылось кровотечение. И гребаные врачи ничего не успели сделать!
Жизнь в тот миг померкла. Я был разбит, но следовало держать себя в руках и до конца оставаться при здравом рассудке. Ведь на моих руках осталась наша новорожденная дочь.
Мать с отцом сразу после происшествия переехали ко мне и помогали в силу своих возможностей. Было тяжело. Мало кто из родных понимал, зачем я замкнулся в себе и отстранился ото всех маской хладнокровия. Тем не менее, они поблагодарили меня, что не спился, не стал колоться и ненавидеть весь мир. Хотя убогих врачей, по вине которых скончалась Настя — мой единственный смысл жизни, я ненавидел по сей день.