Путь к счастью (СИ)

Я чинно зашагала к гостям и, натянув на лицо самую милую улыбку, произнесла:
— Ксения Вадимовна Некрасова. А вы Алексей и Маргарита?
Услышав мое имя, отец резко побледнел, а потом выпучил на меня свои большие от удивления глаза, точно призрака увидел.
— Не может быть. Копия Марины, — пробубнил этот «отец года».
Братец на мое приветствие скупо кивнул и представился:
— Влад.
А вот жена Алексея рассвирепела настолько сильно, что ее лицо покрылось красными пятнами. Она сжала свои идеальные губы в таком жутком презрении, что у меня мороз по коже прошел. Эта женщина не так проста…
— Доброго вечера! Я Елена, невеста Вадима, — приторно-сладко проворковала Лобова и протянула свою руку Алексею. Мужчина, кажется, только сейчас отмер и неуверенно пожал протянутую ладонь.
— Предлагаю сесть за стол, — разбавил неловкую ситуацию дядя, и мы всей дружной компанией сели за стол.
Лобова засуетилась и начала разливать по бокалам вино, особо не интересуясь, будут ли вообще его пить. Мы с дядей сели напротив семьи Некрасовых, которые все чинно сложили свои ручки и чего-то ждали.
На комнату опустилось тягостное молчание, перебиваемое лишь тихими замечаниями любовницы дяди. Когда она, наконец, закончила мельтешить перед гостями и присела между мной и дядей, уже наступила самая настоящая гробовая тишина.
Первые минуты мы с Маргаритой, не запомнила отчества, молча разглядывали друг друга. Ее взгляд не сулил ничего хорошего. Скользкий. Неприятный. От которого хотелось немедленно пойти отмыться. Отвернулась от нее и сцепила руки в замок.
Отец украдкой бросал на меня взгляд, полный вселенской скорби. То ли ему стало стыдно, что никогда не пытался увидеть собственную дочь, то ли причина крылась в том, что я сильно была похожа на Марину, мою биологическую мать. К слову, за всю свою жизнь я никогда не интересовалась, как именно выглядела женщина, которая меня родила.
— Что за цирк ты устроил, Вадим? — Вопрос госпожи Некрасовой нарушил нашу неловкую тишину. — Зачем ты нас позвал и… — она скривилась. — Эту девку притащил?
— Эта девка — дочь Леши, о которой он обязан был заботиться. — Тон дяди не уступал Маргарите. — Только по твоей указке он ни разу на нее даже не взглянул!
Ее благородные черты лица исказились гримасой ненависти, которую она не пыталась скрыть.
— Она не его дочь! Марина таскалась со всеми подряд и могла родить от любого! — разъярилась женщина, громко поставив на стол бокал с вином. Пара капель капнула на белую скатерть, расползаясь страшной кляксой.
Следя за развернувшимся скандалом, я уже тысячу раз пожалела, что попросила дядю устроить встречу с отцом. Видно, моя мать очень насолила госпоже Некрасовой, раз ее ненависть распространилась и на меня, девушку, которая никогда не видела эту самую Марину в глаза!
— Я проверял наши с Ксюшей ДНК. Ошибки быть не может, мы родственники, — отрезал дядя. — А ты чего молчишь, как воды в рот набрал?! — гаркнул на своего брата.
Я предпочла выбрать тактику «молчать» и не встревать в разговоры взрослых, а то отхвачу от Маргариты словесной брани. А мне глотать оскорбления несвойственно, могу в ответ чего и похуже выкинуть.
— Вы тут разбирайтесь, а я, пожалуй, в ресторане поем. — Сводный братец встал из-за стола и направился к двери. — Было приятно познакомиться, сестра, — обратился он ко мне с улыбкой и покинул столовую.
— Влад! — крикнула госпожа Некрасова. — Вернись!
— Марго, сядь и заткнись! — Последняя фраза прозвучала громом среди ясного неба. У отца, оказывается, есть характер, судя по тому, как женщина сразу притихла и села обратно. А я уже подумала, что в их семье главная именно Маргарита. — О чем ты хотела поговорить, Ксюша? — мужчина больше не терялся. Он перестал видеть во мне свое прошлое и теперь испытывал только явное раздражение от происходящего.
— Кто моя мать? Почему я оказалась в детском доме? Она жива? — засыпала вопросами. Дядя никогда не рассказывал мне истинную историю моих родителей. Что случилось далеких двадцать семь лет назад, можно было только догадаться. И раз все угомонились, я больше не смела упускать возможность узнать тайну своего рождения.
 
— Вадим, мог бы за столько лет рассказать девочке, как она на свет появилась. — Алексей с укором посмотрел на дядю, пока я, затаив дыхание, ждала ответов. — Тут рассказывать особо нечего. Марина была моей любовницей, перед нашим расставанием решила удержать меня ребенком, но не получилось. При родах она умерла, родственников у нее не было.
Сердце слишком громко стучало в груди, а в ушах зазвенело.
Мать умерла при родах. У меня даже крохотного шанса не было когда-то в жизни ее увидеть…
В горле от его слов встал горький ком. У меня была совсем другая правда… Я думала, они оба отказались от младенца в угоду себе, а на самом деле отказался только отец. От этого осознания стало противно видеть мужчину перед собой.
— И вы решили обо мне никогда не вспоминать? Понадеялись на волю судьбы? — По венам забурлила ярость. Он ведь ни разу не пожелал меня увидеть! Ни разу! Чем же я отличалась от его сына? Чем заслужила быть брошенной с самого рождения?
— Думаю, разговор на этом окончен, — важно бросил мужчина и поднялся на ноги. От такого открытого бегства я замерла в замешательстве. — Знаешь, Влад, столько лет тебя не видел и еще столько бы не видел. Спасибо за ужин! Нам пора…
Когда гости покинули дом, а Лобова по просьбе дяди скрылась в спальне, чтобы нам не мешать, я села в кресло возле камина и покрутила в руке бокал с соком.
Мысли беспорядочно крутились в голове. В комнате воцарилась тишина. Только поленья продолжали приветливо потрескивать в камине, а моросящий осенний дождик тихо ударял по окнам.
Мужчина молчал.
Я молчала.
Каждый из нас не решался первым начать этот сложный разговор. Дядя рассказал мне другую правду про родителей. И она совершенно не вязалась со словами моего отца.
Обида пекла изнутри.
Я слепо верила, что отец, спустя столько лет, проявит хоть немного интереса ко мне… Но этого не произошло. Всего пару его фраз и у меня внутри что-то оборвалось. Прав был дядюшка. Ничего эта встреча, кроме разочарования, не принесла…
— Значит, моя мать умерла? — нарушила молчание.
Мужчина виновато опустил голову и задумчиво посмотрел на свой бокал вина.
Ответное молчание было достаточно выразительным.
— Она действительно умерла при родах? Или позже? Что послужило причиной?
— При родах. — Его голос звучал глухо. — Там сложная история. Я сам не знаю всей правды.
— Расскажи, что знаешь. Мне это нужно.
В горле встал горький ком. Сделала глоток сока, не сводя взгляда с играющих бликов от горения древесины в камине.
Огонь меня немного успокаивал. Хотелось в него отправить все свои страхи и переживания. Беспощадно сжечь их. Любой огонь — жизнь. Недаром ведь говорят: из искры возгорится пламя.
— Леша рано женился на Марго. Отцу нужно было передать одному из нас бизнес. Я отказался, а брат с радостью согласился на все условия. И одно из условий было породниться с Черкасовыми, семьей Марго. Марина воспитывалась бабкой, которая умерла, едва ей восемнадцать лет стукнуло. Она училась в колледже и подрабатывала официанткой в каком-то баре. Там их и свела судьба. Леша влюбился как одержимый. Пропадал у нее неделями. Сильная любовь была. Взаимная. Он не мог развестись с Марго, там такой брачный контракт был… В общем, Марина забеременела. Леша был вне себя от счастья и решил пожертвовать всем ради нее.
— Вижу, как он счастлив был, — горько прокомментировала я.
— Не знаю, что именно было потом. — Оставив без внимания мой комментарий, дядя продолжил свой рассказ. — Я был в то время в Берлине. Леша попал в жуткую аварию. Долго лежал в больнице. Марину не пускали. Марго сильно промыла ему мозги за те два месяца. Из больницы он вернулся совсем другим человеком. Еще через несколько месяцев я узнал, что Марина очень неудачно упала зимой, а дальше экстренные роды…