Проклятый король и я (СИ)
— Фью — фьють! Чирик — чик — чик! — встрепенулась птичка, заметавшись по кухне.
Если бы чириканье было словами, боюсь, они были бы неприличными, настолько эмоционально принцесса хлопала крыльями, перелетая с одной полки на другую. От возмущения она даже угодила в мешок с мукой — пришлось спасать.
— Вот только не надо! — проворчала я, пытаясь тряпкой разогнать облако мучной пыли, — Злата, меня ты не проведёшь, ясно? Я — не папа, и давно догадалась — способность оборачиваться вернулась к тебе ещё у Агаты. Если вообще пропадала…
Я вздохнула, вытирая полки и раздумывая над тем, как бы в обед повторить подвиг с заклинанием «Горшочек, вари!». Кроме котла есть ещё огромная, размером с ведро кастрюля. Надеюсь, хватит.
— Это правда! Я не обманывала… Сначала. Я в самом деле потеряла контроль над оборотом! — раздался у меня за спиной тихий, до боли знакомый голос.
— Златка, — я обернулась, и мы обнялись. — Девочка моя… Испугалась?
— Очень… Был сильный ветер, меня подхватило и унесло — в темноту. Закружило в метели, думала — пропаду. Замёрзну, никто не найдёт.
— Тихо, тихо, — я прижала бедняжку к себе, гладя по огненно-рыжим кудряшкам, — Всё позади. Неужели ты думаешь, мы бы тебя не нашли? Глупенькая. Нашли бы. Всё королевство бы перевернули!
— Я услышала, как вы меня зовёте. Отец. Патрик.
— Мы очень хотели помочь, — я усадила принцессу на стул и положила каши — пусть поест горячего, вон дрожит вся. — А потом? — осторожно спросила, усаживаясь рядом. — У Агаты?
— Там я увидела артефакты. Заклинание… Оно работает! И зелье. И порошок! С помощью порошка оборот происходит немного по-другому. Я всё это увидела, попробовала, и…
— И тебе захотелось в Академию.
— Очень! Я мечтала об этом всю жизнь! Мне бы только туда попасть. Доказать, что я могу учиться, буду стараться, и если меня возьмут… Отца я уговорю!
— Ну, это-то понятно… Но обернуться ты можешь? Никаких проблем?
— Наверное. Всё равно я боюсь, что… Что вдруг опять не смогу. И отец, он…
— Ты так зла на него?
Злата опустила голову.
— Нет. Не зла. Я понимаю — он заботится обо мне. Переживает. Я ему не безразлична, но всё равно…
Та-а-а-к. Интересно девки пляшут.
— Что «всё равно»? Договаривай!
— Всё равно он меня отдаст замуж и не отпустит учиться!
Я вспомнила всё, что видела. Конечно, я не так давно в королевстве, но… Безразличным по отношению к дочери короля назвать трудно. С другой стороны, девчонка права. Стефан воспринимает факт предстоящего замужества как долг перед королевством, неизбежный поворот судьбы, и похоже не совсем осознаёт насколько остро ранит дочь.
— Злата, пойми. Твой отец…
— Да знаю я, — дёрнула плечом принцесса, — знаю, что вы мне сейчас скажете. Папа меня любит. Но… мама же ушла! Значит, невозможно меня любить сильно. Отец, он… Он тоже отвернётся, если не будет так, как он хочет.
— Нет, это уже слишком, — я вскочила и заметалась по кухне (была б моя воля — превратилась бы в сороку и разнесла бы тут всё к чертям!) — Ты запутала меня ещё больше.
«Это что же получается» — думала я, про себя, — «Раз мать ушла, надо любящему, ни в чём не повинному отцу все нервы вымотать? К сожалению, подобная практика более чем свойственна подросткам обоих миров…».
— Папа — он хороший. Но иногда такой… Король, — вздохнула Злата.
— Ну, а ты иногда такая принцесса… — ответила я и мы рассмеялись.
— Он не принял мою магию.
— Глупости! Принял. Он просто перепугался, когда ты пропала. Его гнев был направлен не на тебя, и не на магию рода, а на собственный страх! И ещё кое-что. Но только между нами, обещаешь? — Девчонка кивнула, — короля обидело то, что родная дочь ему не доверилась.
— Ещё чего, — фыркнула принцесса.
Да… Миры меняются — подростки нет.
— Ладно, давай обед готовить. У нас по плану — пир на весь мир.
Хочешь рассмешить Бога — расскажи о своих планах. Похоже, Всевышний во всех существующих мирах обладает похожим чувством юмора, потому как стоило мне это произнести…
Во дворе раздался крик, послышалась возня, и Кекс, отскочив от миски, судорожно залаял.
— Оборачивайся в птицу, — приказала я принцессе. — Помощь из замка — на тебе.
Вытирая руки о передник, я вышла во двор — узнать, что случилось.
Глава 16
— Нет! — вскрикнул Патрик.
— Пусти! — прошипел паж, и тут же получил оплеуху от огромного мужика, что держал мальчишку за шкирку, как котёнка.
Второй держал Патрика, а я застыла на крыльце, не зная, что делать. Кем бы ни были эти… Сколько их? Пятеро. Капюшоны надвинуты, платки скрывают лица до глаз. В общем, кем бы они ни были, я ничего не могу сделать, у них заложники, и один из них — мой приёмный сын. На уставших путников, вспомнивших про когда-то приличную таверну, незнакомцы явно были не похожи.
Что же делать?
— Госпожа ведьма пойдёт с нами, — раздался голос невысокого, щуплого, но очень уверенного в себе персонажа — предводитель, что ли?
— Госпожа ведьма не желает с вами идти, — я стала тянуть время.
Злата улетела во дворец за помощью. Интересно, сколько времени понадобиться Стефану? Взгляд против воли уставился в небо — не летит ли рассерженный грач? Увы — никого. Что ж, придётся импровизировать.
Разбойники встряхнули мальчишек — показать, кто здесь главный.
— Да иду я, иду, — проворчала я и стала спускаться с крыльца.
— Не делайте глупостей, и никто не пострадает.
Явная ложь, но звучит убедительно. Всё это очень и очень странно. Вряд ли кому-то из противников Стефана нужна ведьма, способная накормить королевство, на котором соседи привыкли делать деньги, продавая им готовую еду. Мне вдруг стало безнадёжно тоскливо…
— Детей отпустите, — голос дрогнул, а Лард с Патриком тут же попытались освободиться — доказать себе и мне, что они вовсе не дети.
У них ничего не вышло, и меня вдруг осенило — разбойники могли заблокировать магию и… что же тогда делать?
Неожиданно я почувствовала гнев. Ещё немного, и я просто уничтожу это чёртово королевство! Ни кашу сварить, ни ребёнка учиться отправить, куда ни плюнь, сплошное разочарование, сил моих больше нет!
— Обмотай руку, живо! — бандиты бросили под ноги простую с виду верёвочку.
Я наклонилась, чтобы её взять, и тут… Земля под ногами дрогнула, словно намекая: «Эй, ведьма! Так и будешь стоять, ждать у моря погоды, или попросишь помощи?».
— Ты… можешь помочь? Тогда — помоги! Помоги, слышишь?
Тишина. Я стою, скрючившись над куском грязной верёвки, неизвестные в масках ждут, когда же я выполню приказ, Патрик с Лардом дёргаются от злости с перекошенными лицами, и…
И ничего не происходит.
А я почти поверила…
— Живее, — приказал мерзавец, — мы уходим.
Я опустила руку, чтобы взять верёвку, пальцы коснулись земли, и только это произошло — волна силы пронзила тело от пяток до самой макушки. Всё внутри заклокотало, взбесилось, взорвалось и я… Зарычала! Жутким утробным хрипом, словно дикий, голодный, очень рассерженный зверь, затылком ощущая горячее дыхание.
Затылком? Но…
Медленно развернулась и обомлела. За моей спиной стоял огромный, сверкающий налитыми кровью глазами саблезубый… мопс.
— Кекс… Ма…Мальчик?
Больше я ничего сказать не успела, только пригнулась, отшвырнув бесполезный кусок верёвки куда подальше — что-то мне подсказывало, что она уже не понадобится. Другие планы!
— Рррр…
Гигантская зверюга (неужели это и вправду мой малыш?) прыгнула на обидчиков, что тут же отпустили мальчишек и бросились наутёк. Ситуацию попытался спасти главарь. Щуплый взмахнул руками:
— Стоять! Трусы!
Перед беглецами вырос колючий кустарник, преградив путь к отступлению, но стоило мопсу лязгнуть зубами в опасной близости от щиколотки одного из разбойников, как они оба перепрыгнули живую изгородь и рванули, сверкая пятками вперёд, не оглядываясь. Прыжок получился внушительным — думаю, без магии не обошлось.