Петля, Кадетский корпус. Книга семнадцатая (СИ)
— Гарнизон великолепный, много техники и оружия, нам нечем их удивить! — согласился с коллегами капитан Салих.
— Потеряем много людей, может быть возьмем пару бастионов и ворвемся внутрь стен, но водную преграду с ходу не взять, потом нас размажут орудия Цитадели, а сил на ее штурм уже не будет, — даже обычно оптимистично настроенный Корнев не видел решения проблемы.
Сложность в том, что и мне ничего не приходило в голову, Севилья оказалась по настоящему крепким орешком. Конечно, будь под рукой больше пушек и солдат, можно было что-то придумать, но имеющимися силами нечего помышлять о классическом штурме. Только вот армии позарез нужна база, чтобы укрыть пехоту и технику от авиации генерала Альваре, наш маневр с попыткой захвата Севильи весьма неожиданный, однако вскоре противник придет в себя и начнутся ежедневные авиаудары, вкупе с работой гаубиц и магических орудий придется совсем не сладко.
На самом деле надеялся сориентироваться на месте, планировал или найти неподалеку от Севильи альтернативу Алькасару, чтобы спрятать пехоту от бомбардировщиков, или при помощи талантов «видящего» распознать слабые места древней крепости и взять ее штурмом. Однако обломался, вокруг много бастионов и замков, но ни один из них не вместит мою армию и самое главное не укроет от ракет воздух-земля, магии в тех усадьбах осталось совсем немного, а вот летняя резиденция Трастамаров просто сияет в «аурном» зрении.
Уязвимых мест в Алькасаре навскидку тоже нет, тем более расспрашивали Изабеллу и ее окружение, все-таки королевский дворец. Принцесса ничего важного не вспомнила, надеялись на подземный тоннель, код активации пушек, но тоже мимо! В голову приходят самые дикие идеи, но толковых совсем немного. На худой конец решаю рассредоточить войска по округе, это конечно снизит нашу общую боевую эффективность, зато убережем солдат от бомбардировки.
Глава 16
Рейд
Оборону Севильи возглавлял полковник Хуан Ягуэ. Опытный, кадровый военный, офицерская кость, окончил пехотное училище в Толедо, защищал интересы испанской короны в северном Марокко, известен как Астурийский палач, прозвище получил за жестокое подавление бунта на побережье Бискайского залива. Однако большую часть карьеры все-таки сделал в колониях на Черном Континенте, в Новом Свете и островах. Благодаря этому его дивизия состояла из закаленных в боях терциях легионеров и поддерживающих их таборов регуларес.
Легионеры — элитное подразделение Испании, тяжелая пехота, бронированная, вооруженная по высшему разряду, имеющая собственную структуру, отличную от остальной армии. В состав войск Ягуэ входило три терции, что-то вроде усиленного полка, в каждой по четыре бандеры, аналог батальона, однако имеющий большую штатную численность и средства усиления. В общем получалось что-то вроде сил быстрого реагирования, подразделения имели собственный транспорт, артиллерию, могли действовать как самостоятельно, так и в составе более крупных войсковых групп.
Регуларес — части туземной пехоты, набранной из числа коренных жителей Марокко. Эти солдаты отличались первобытной свирепостью, незаменимы в коротких, быстрых операциях, однако вооружены легко, к тому же плохо ладили с современной артиллерией и ракетами, потому заведомо слабы в обороне и вряд ли смогли бы выдержать длительное прямое столкновение, но этого от них и не требовалось. Стремительный натиск, захват сел и других слабо укрепленных позиций, снабжение, разведка, диверсии на коммуникациях, вот родная стихия специальных подразделений.
— Город фактически в осаде, противник сделал неожиданный бросок от Кадиса и уже захватил почти все провинции Андалузии, — начал доклад начальник штаба, — По нашим сведениям на левом и правом берегах реки Гвадалквивир Севилью блокировали пехотные дивизии Гранады, при этом север и восток контролируют силы врага численностью до двух бригад, они методично подчиняют мелкие города, занимаются рекрутингом граждан, лояльных партии Хуаны Кастильской.
— Какова диспозиция верных нам войск? — уточнил Хуан Ягуэ.
— У нас три терции легионеров, первая заняла Цитадель, вторая контролирует восточную часть Севильи, третья западную, всего шесть тысяч тяжелой пехоты, — взял слово один из майоров, — Помимо этого с нами восемь таборов регуларес, туземцы рассеяны по округе, но в обороне ждать от них чудес не приходится, поэтому по мере приближения врага стягиваем их к Алькасару.
— Это ошибка, — уверенно возразил полковник, — Противник побоится подойти вплотную к стенам древней крепости, потому что на короткой дистанции преимущество нашей артиллерии и магии станет подавляющим, поэтому ожидаю возникновение серой зоны шириной в десять-тридцать километров между лоялистами и нами, вот здесь пусть и поработают наши верные аборигены.
— Диверсанты и разведчики начнут тихую борьбу за каждый дом, рощу или овраг, техника и артиллерия будут немедленно подавлены, поэтому драка пойдет едва ли не врукопашную, а в этом наши регуларес как раз-таки и сильны! — начальник штаба неподдельно восхитился прозорливостью командира.
— Думаю, враг знает все преимущества крепости Алькасар, бомбардировка нам не страшна, щиты выдержат любую артподготовку, а идти на штурм укрепленных позиций — это форменное самоубийство, — прокомментировал полковник, уверенный в неуязвимости своих позиций, — При таком соотношении сил мы продержимся сколь угодно долго, а там поспеет и помощь из Мадрида, я уже говорил с командиром, генерал Альваре высылает две дивизии, еще одну снимает с востока, да и наша группа войск ужмется и выделит пару бригад.
— Тогда у нас будет численное превосходство над гранадцами? — воодушевился майор.
— Погоним их до самого Кадиса и вернем себе контроль над Андалузией! — с энтузиазмом ответил начальник штаба.
— Готовьтесь к осаде, главное выдержать несколько дней и максимально измотать противника, потом мы придет наш черед! — на оптимистичной ноте закончил совещание полковник Ягуэ.
* * *Решил посмотреть на крепость, правда оказалось, что это максимально опасно, пространство вокруг Алькасара насыщенно боевыми отрядами регуларес, свирепые туземцы работают небольшими группами и не дают нашим разведчикам приблизиться вплотную. Кстати, это соотечественники пустынных рыцарей, сами боги велели пощупать их на лояльность королеве Изабеллы и Совету Вождей племен севера Африки. По идее аборигенам нет особого смысла поддерживать мятеж, они точно от этого ничего не получат.
— Пытались наладить контакт с регуларес? — перед выходом собираю сведения.
— Да, но там в основном упертые бараны, с промытыми до черепной кости мозгами, за годы муштры и подавления мятежей они поимели много кровников на родине, в Испании тоже чужие, им некуда идти, все поставлено так, что только армия защита и опора ренегатов, — покачал головой Баобдиль.
Однако проблема, на самом деле упустил из виду подвиги колониальных войск, их часто использовали для подавления мятежей внутри страны и в колониях. Вот парадокс, теперь каратели сами участвуют в бунте…
— А что по их убеждениям и мифам, в какие легенды они верят? — отчаянно ищу выход из ситуации, мне надо чем-то зацепить противника.
— Возможно часть из них слышала о великом Воине Пустыни, который принес воду в Сахару, — Баобдиль явно намекает на меня, — Однако, чтобы слухи превратились в веру, нужно пройти длинный путь…
Угу… значит шансы все-таки есть, марокканцы довольно специфичный народ, большие скептики, однако если их убедить в чем-то, то в мире не будет более преданных фанатиков, готовых пойти на смерть ради своего мессии. В общем попробую разыграть эту карту, тем более однажды у меня уже получилось поразить жителей Великой Сахары.
— Может быть не стоит так рисковать? — в очередной раз возник осторожный Глазунов.
Собираюсь в разведку и это вызывает обоснованные опасения у офицеров штаба, тем более беру с собой лишь небольшой отряд пустынных рыцарей. Крупным подразделением ходить в зону отчуждения, образовавшуюся вокруг Алькасара, смысла нет, пушки крепости работают жестко и быстро, боеприпасы не экономят, легко тратят целый залп на отделение пехоты, а бойцы регуларес без стеснения дают артиллеристам координаты целей. Поэтому в группе максимум пять-шесть человек, достаточно чтобы отбиться от противника и не привлечь большого внимания.