Секретная помощница для Полковника (СИ)

Василиса мягко перехватила кулак:
— Давайте позже. Мне ещё вещи раскладывать в вашей квартире.
И тут на лице начальника появилась улыбка идиота — смесь радости, предвкушения и жажды кровавой расправы над соперником.
«Ты подумай, что ревность животворящая делает с людьми? Так и до психушки недалеко. Надо спасать болезного…» — решила Василиса и нажала на кнопку лифта в своё туманное будущее…
  
Глава 16
 
Да, жизнь порой несправедлива, но примиряет с нею — пиво…
Квартира генерального директора строительной компании «Вентурит» располагалась на последнем этаже элитного жилого комплекса.
Триста квадратных метров дизайнерского ремонта не сказать, что внушали восторг и трепет, но чётко давали понять — хозяин был последним человеком, с которым согласовывали детали.
Да, всё было лаконично, стильно, но совершенно не отражало внутренней сути владельца.
И дом тосковал. Он хотел, чтобы в него вложили душу, а не деньги. Жаждал общения с людьми, которые в нём живут. А на деле в квартире только ночевали. Кабинет, кухня, один из санузлов и спальня — вот и все помещения, в которые заглядывал Полковник.
Наличие домработницы тоже было нетрудно угадать: в холодильнике присутствовала готовая еда в контейнерах, на поверхностях отсутствовали малейшие признаки пыли.
Стерильно. Холодно. Пусто.
Василиса сходу отвергла предложение хозяина расположиться в его спальне (ну не мог мужик не попробовать, согласитесь?). Она выбрала одну из гостевых комнат — чистую и безликую, как всё здесь.
Разложила вещи в шкафу, повесила на плечики пару костюмов. Нашла второй санузел и заняла в нём полочки своей косметикой.
Вентура суетился на кухне, накрывал ужин. В одиннадцать вечера: «Ну, а чо? Вдруг повезёт?»
Внёс последний штрих в виде семечек кунжута, которыми посыпал салат из рукколы, и пошёл приглашать гостью. Неожиданно столкнулся с нею, когда Василиса вышла из душа. В коротеньком белом махровом халате, с полотенцем на голове и без косметики, она выглядела совсем девчонкой.
И у Вентуры сердце упало в груди от щемящей нежности, а кое-что другое поднялось от неприкрытого вожделения. Он непроизвольно сглотнул и, запинаясь, произнес, с трудом вспоминая слова:
— Там… Это… Ужин… Лёгкий… Чисто трава… Салат… Зелень…
Сокольникова улыбнулась:
— Олег Викторович, Вы ведь знаете, что я после шести не ем… Я Вам говорила… Но раз Вы всё приготовили… Дайте мне пять минут, с удовольствием выпью чашку ромашкового чая, если он есть…
— Ромашковый. Да. Есть. То есть, счас будет! Пять минут! — и Вентура метнулся в круглосуточный супермаркет, в надежде достать звезду с неба (ой, простите) — чай, ромашковый, для одной вредной девчонки, что поселилась в его доме.
Полковник даже не заметил, что вышагивает в домашних мягких брюках и строгих начищенных ботинках, которые носит на работу с костюмом.
Внешний вид — самое меньшее, что его сейчас волновало. А вот риск не найти на полках супермаркета тот самый ромашковый чай серьезно пугал.
Но Вселенная была милостива в этот день ко всем безответно влюбленным, и коробочка чая с ромашкой, и ещё целая телега всякой полезной ерунды из отдела для зожников перекочевали к кассе, а затем и в квартиру гостеприимного хозяина.
Василиса к тому моменту уже освоилась на кухне: нашла чашки, вскипятила чайник, насыпала в менажницу курагу, изюм и орехи, обнаруженные в шкафу.
Начальник, всё еще пребывавший в состоянии аффекта, выгрузил на стол четыре пакета провианта:
— Там много всего. Не знал, что вы обычно едите. И чай тоже есть. Ромашковый. И облепиховый. И черничный. В общем, разберитесь…
Брови Василисы поднялись от удивления:
— Олег Викторович, не утруждайте себя — я ем обычную еду. Ту, которую все люди едят. Нормальные люди. Не сосиски, конечно. И не чипсы там…
Так. Ладно. Давайте пить чай и пора укладываться спать, нам обоим завтра на работу.
И это прозвучало как-то двусмысленно.
Олег жевал рукколу, которую обнаружил в холодильнике. Домработница добавляла её в салат маленькими порциями, но Принц решил не ударить в грязь лицом и изобразить прокачанного вегана, подходящего, по его мнению, Хрупкой Фее: «Мы же с тобой одной крови? На фига тебе тот патлатый хмырь?»
 
А тело жаждало мяса. Мозг орал: «Идиот, разогрей стейк. Нет, пару стейков. Я жрать хочу, а не это вот всё!»
Вентура давился, жевал, но все равно не поддавался: «Можно же один день и на траве пережить? Во имя сближения с феями и не на такое согласишься».
Василиса не стала продлевать мучения Босса, первой поднялась из-за стола, сполоснула за собой чашку:
— Благодарю, Олег Викторович, чай был бесподобен. Спокойной вам ночи!
Лёгкой поступью лесной нимфы она отправилась к себе в комнату.
«Ага. Спокойной? Издеваешься?»
В два часа Полковник в одиночестве жевал мясо на кухне, запивая его чешским пивом. Чувствовал, что без этого «снотворного» ему не уснуть.
И думал о несправедливости жизни: «Ну почему какие-то молодые татуированные дрищи нужны умным и красивым женщинам, а сильные, подкаченные, взрослые, надёжные мужики на фиг не сдались? Вот что этим бабам надо?»
И не находил ответа…
  
Глава 17
 
Оказалось — показалось…
Утро встретило Полковника ароматом кофе. И не из кофе-машины, а из турки. Правильной медной турки, доставшейся Вентуре ещё от деда — заядлого кофемана.
Запах разносился по всей квартире, и мужчина вылез на эту приманку из спальни, как сонный медведь из берлоги.
Сокольникова уже позанималась — гимнастикой, йогой или ещё каким «ведьмо-фитнесом», позволяющим ей так охрененно выглядеть.
А вот лосины и топчик не переодела, зараза. Сидела за столом и смаковала волшебный напиток, с блаженной улыбкой на лице.
Вентура сглотнул, и от соблазнительной картинки, и от дурманящего голову аромата:
— А у нас всем подают божественный напиток, или только избранным?
Василиса мотнула подбородком в сторону плиты:
— Там в турке ваша порция. Налейте себе сами.
Между слов читалось: «Господ тут нет, у нас самообслуживание».
Встала, подошла к раковине, сполоснула водой чашку и поставила в шкаф, приподнявшись на цыпочки. При этом крепкая попка округлилась, дёрнулась вверх и заставила Вентуру сглотнуть во второй раз.
— Олег Викторович, я в душ, через пятнадцать минут можем выезжать, — и прошла мимо, покачивая бёдрами.
Полковник сел за стол и растер ладонями лицо: «Этак она мне быстро спермотоксикоз обеспечит. Надо что-то придумать…»
От вчерашней радости обретения вожделенной соседки у себя в квартире не осталось и следа. То, что казалось подарком судьбы, оказалось большой проблемой.
«Всё будет норм», — подбодрил себя Биг Босс, слопав на завтрак два яйца и творожную запеканку, приготовленные накануне домработницей. Шлифанул всё это дело «божественным напитком из рук нимфы», и пошёл в душ. Пробежку оставил на завтра, представляя, как он в небыстром темпе следует за Василисой по дорожке парка, любуясь её подпрыгивающей попкой.
«Ну, разве не кайф? Мужик, да ты счастливчик!»
Эротическая фантазия в очередной раз заставила по-быстрому передернуть в душе, и была отложена на какое-то время, в надежде, что мысли скоро превратятся в реальность.
***
Офис в этот день гудел, словно улей: босс и помощница утром приехали на работу вместе. Пазл сложился, и Василисе этот факт совсем не облегчил жизнь.
Не только женская часть коллектива возмущенно хмыкала в её адрес, словно девушка увела у них породистого самца, на которого у многих были свои планы. (Кстати, сие недалеко от истины).
Но и мужчины, ранее расплывавшиеся перед Сокольниковой киселём, стали обиженно поджимать губы и обходить стороной.
«Детский сад какой-то», — усмехнулась девушка, и пошла искать своего гения «айтишечки». Уж в десять-то утра он должен быть на работе.