Маша и Медведь 3 (СИ)

— Может быть, — рассудительно кивнула Маруся. — В конце концов, с ними была местная колдунья — может быть, помощница этой лисы, о которой все так настойчиво говорят. Но с тем же успехом она может быть помощницей какой-то немагической госпожи. Знаете ли вы, что один из самых больших пиратских флотов Филиппин управляется женщиной? Китайцы называют её госпожой Мэнь. И это не вымысел и не предположение, а вполне реальная личность. Крайне жестокая и мстительная особа.
И все снова согласились, что такой вариант событий вполне вероятен.
— А третьи? — я слегка подопнула ногой сползший в сторону грязный шёлковый платок, привязанный к одному из автоматов.
— Поехали навестить бабушку? — усмехнулась Аня. — Или продуктов купить. Чем-то кормиться они там должны? Вряд ли пираты разводят огороды.
— И за кем мы двинем? — спросил капитан, наблюдающий наши изыскания.
— Тут мы вступаем в область туманных предположений, — развёл руками Баграр.
— Так, может, отца Филарета призвать или Катюшку вашу маленькую — раз уж они особо чувствительные?
Вокруг развалов оружия топталась и чесала в затылках толпа. Мда, лотерея…
Маруся слегка встряхнула головой, словно отгоняя мошку, нахмурила брови:
— А какое из направлений совпадает с местонахождением вантийского мага? Или пропавших членов русской экспедиции?
— В том то и дело, что никакое.
— В таком случае, предлагаю оставить пока эту тему и двинуться по следу потерянных моряков. Это ведь первоочередная задача. Возможно, в случае удачи, мы сможем доставить их хотя бы в Манилу, после чего попробуем вернуться к нашим поискам.
Мы с Баграром переглянулись. Оставить людей, беззащитных против магии, в спокойном месте — лучшее решение. Нам хотя бы не придётся отвлекаться на их прикрытие.
В итоге на этом варианте мы и остановились. Отправляемся за моряками. Но не прямо сейчас. В сложном и разбросанном архипелаге решено было впотьмах никуда не метаться, а переночевать в какой-нибудь укромной бухте, и с рассветом двинуться по следу.
УТРО
«Следопыт» пробирался между островов и порой нам начинало казаться, что нас специально путают.
— Всё равно как леший! — сердито сказала Анечка. — Ровно в трёх соснах крутит!
И это была истинная правда. Направления менялись. Учитывая, что находились мы не в открытом океане, а посреди архипелага, постоянно корректировать направление не всегда представлялось возможным. Баграр раздражался и подозрительно вглядывался в горизонт.
— Ты не думаешь, что это работа вантийца? — потихоньку спросила его я.
— Вряд ли, — он ещё подумал и решительно мотнул головой: — Нет. Совсем не его профиль. Тот, если ты помнишь, водник-виртуоз, это да. Но не психо-манипулятор.
— А если лиса? — вся наша магическая кучка, включая отца Филарета, собралась поближе и внимательно прислушивалась к разговору.
— Действительно, — сказала Маруся, — если взять за основу психологический портрет лисы, вытекающий из народных описаний, то получится очень жёсткая и властная личность, склонная к играм с чужими сознаниями — любые мистификации, наведённые состояния, галюцинации и прочее.
— Эх, жаль не удалось с той магички хоть обрывок платья урвать, — с досадой высказался Баграр.
— Ты уверен, что лиса, заподозрив в девушке маяк, не велела бы увезти её куда подальше, да притопить? — этот вариант представлялся мне куда как вероятным.
— Тоже может быть, — согласился Баграр. — Концы в воду — и ищи-свищи… А, может быть, и нет. С чего бы ей раскидываться ценными кадрами? Она себя уверенной чувствует…
Так или иначе, стоять смысла не было. Мы шли, придерживаясь вихляющего направления и петляя в архипелаге, и Баграр занимал наше время усиленной тренировкой — постановка защит, постановка маскировок, замена друг друга на пике процесса — и снова, и снова, пока формулы не начали складываться словно сами собой.
«ЦАРИЦЫН»
То, что происходит нечто неладное, стало понятно, когда берега Индонезии не появились на горизонте — ни в расчётное время, ни двумя часами позже. Горизонт подёрнуло серой полупрозрачной дымкой, постепенно превращающейся в туман, набирающий в себя сизую мглу моря, сливающийся с таким же глухо темнеющим небом. Мир словно обложило ватой, превратило в волшебный хрустальный шар, в центре которого висел тяжёлый крейсер, а за пределами сгущалась мгла.
 
Приборы сошли с ума и показывали всё, что угодно, противореча друг другу. В эфире висел сплошной шум помех. В сочетании с полным безветрием и тишиной впечатление получалось убийственное.
Начальник курса поднялся на капитанский мостик:
— Что думаете, Иван Андреич?
Капитан прищурился на горизонт:
— Думаю, Аристарх Леонидович, что вас о бытующих в здешних водах сказках тоже предупреждали?
Теперь на темнеющую у горизонта влажную стену смотрели двое.
— Так ведь… сказки же? Да и следящий артефакт не показывает превышения общего допустимого фона.
— Возможно, господин полковник*, и сказки, — капитан заговорил отстранённым академическим голосом: — Возможно нам с вами не посчастливилось стать открывателями некой аномальной зоны или редкого природного феномена. Допускаю, что вследствие сочетания этих факторов корабль сбился с курса. Мы должны были забрать сильно южнее — в противном случае, «Царицын» давно бы уткнулся в берег.
*Аристарх Леонидович являлся
корабельным инженером,
и его звание по статусу
соответствовало капитану I ранга.
— Логично. Ваше решение?
— Мы изменим курс и возьмём на северо-восток — в условиях отказа большинства приборов и малой видимости, как вы понимаете, придётся полагаться на интуицию. Однако, так у нас повысится шанс выйти к южному побережью Индонезийских островов.
— Согласен с вами.
Аристарх Леонидович развернулся к выходу и услышал негромкое:
— Однако, я настоятельно прошу вас провести разъяснительную беседу с курсантами. В условиях морского боя сотня предупреждённых молодых людей — куда лучше, чем сотня растерявшихся и обескураженных. У них хотя бы останется шанс сохранить честь и достоинство перед лицом иррационального.
А ВОТ И ОН
«Следопыт» крался между островов.
Катюша давно чувствовала возрастающую опасность. Собственно, этого все и ожидали — с самого Тяньцзиня никто не рассчитывал на увеселительную прогулку. Зато потерянные моряки снова стали ощущаться ближе — и они совершенно точно перемещались нам навстречу. Баграр прислушивался и словно принюхивался к изменениям в магическом поле и наконец выдал вердикт:
— Теперь я могу сказать, что вместе с ними — или сразу за ними — движется нечто, по своему существу очень похожее на природный магический источник.
— Так, может, в нём и есть опасность? — нахмурил седые брови отец Филарет.
— Пока не увижу — не могу сказать. Похоже, что этому миру есть ещё чем меня удивить. Однако, батя, предупрежу тебя сразу: подобные силы сродни стихии, и твоя попытка блокировать исходящую магию может обернуться… чем угодно, на самом деле. Совершенно непредсказуемо. Минимальный шанс на то, что тебе удастся его погасить. Максимальный — на то, что зеркально по нам шарахнет. И процентов тридцать — вероятность стихийного хаотического выплеска произвольной силы.
— А точнее если?
— Могут бабочки полететь, а может камнепад сверху обрушиться. Или снизу ударить. Или лавовый поток. Что угодно, что вы можете себе вообразить.
Слушавший эти рассуждения капитан только крякнул. С воображением у него, должно быть, всё было нормально.
— И ещё одна не самая приятная новость, — добавил Баграр. — Вантиец направляется сюда. Идёт чётко, как по маяку. И скорость растёт. С кем мы столкнёмся первым — непонятно.
— Объявляю всеобщую боевую готовность, — кивнул помощнику капитан.
— И вот ещё что, — добавил Баграр. — Вантиец — мощный водник. Та девица, что корабли грабить помогала, в подмётки ему не годится. Я практически гарантирую, что он попытается смыть нас с палубы.