Ради неё и тебя (СИ)
— Нервничаешь? — удивилась Настя. — По тебе совсем не скажешь. Выглядишь совершенно спокойным.
— Я привык держать эмоции под контролиролем. Ещё в школе начал это практиковать, когда понял, что так меньше заикаюсь.
— Ты молодец! — похвалила его Анастасия.
Карпов бросил хмурый взгляд на Настю:
— Мне не нужна твоя похвала. Пойдём на посадку.
Настя встала с кресла и заторопилась за Карповым.
— Уже слова не скажи! — пробормотала она себе поднос.
Карпов обернулся и иронично объявил:
— Я передумал на счёт "провести с тобой пару вечеров." Пожалуй, можно и больше.
— Вечера можно вместе коротать. Главное: ночи проводить в разных комнатах! — фыркнула Настя.
— Н-настёна, — заволновался Карпов, но тут же взял себя в руки. — Всё номально?
Макарова с издёвкой улыбнулась:
— У меня — нет. А у тебя?
Макар ухмыльнулся в ответ.
Перед тем, как зайти в электричку, Карпов шепнул Анастасии:
— Мы в Слободе выходим. Это недалеко. Минут тридцать в пути.
— Твой друг в Слободе живёт? — предположила Настя.
— Нет. Дальше пешком пойдём. Нам в деревню Капище.
В электричке было многолюдно и шумно. Два свободных места, расположенных рядом, найти удалось не сразу. После продолжительных поисков Карпов стал соседом неряшливой тётки, развалившейся на сиденье у окна и жевавшей беляш, а Настю посадил рядом с собой на третье сиденье, возле прохода. Макарова положила на колени сумку и прижалась плечом к плечу Карпова.
— Всего тидцать минут ехать. Потерпи, — шепнул Макар Насте.
Через полчаса электричка в очередной раз затормозила и Анастасия с большим облегчением вслед за Карповым вышла в тамбур, чтобы сойти на перрон.
— Покатались, теперь прогуляемся, — подмигнул ей Макар, когда они покидали небольшую станцию с красивым названием "Слобода."
Следующие сорок минут Настя покорно шла по обочине грунтовой дороги, рассматривая бесконечные поля, раскинувшиеся вокруг, а потом устало спросила:
— Долго ещё?
— Долго. Примерно столько же, — расслабленно шагая, ответил Карпов и остановился. — Звонят.
Он достал из куртки Motorola Razr, на экране которого светилась надпись "Тоша."
— Слушаю тебя, Антон, — бодро ответил Карпов, и Настя подошла поближе, чтобы тоже слышать Седого.
— У нас беда, — насмешливо выдал голос Антона Антонова из телефона. — Тебя все потеряли: и Север, и Алантик. Даже Арбитр волнуется.
— Значит всё по плану идёт, — отозвался Карпов.
— Ума хватило из столичной квартиры свалить? — уже серьёзно спросил Антон.
— Во время ушли, — признался Макар.
— Видно удар по голове был сильным: Юрка только сегодня утром допёр тебя в столице искать. Вчера он сестру твою дважды навестил, к матери твоей в деревню метнулся с Алантиком.
— Знаю. Мама и сестра смс-ки прислали. Пишут, что друзья с ног сбились, разыскивая меня, — улыбнулся Карпов.
— Метко сказано, — согласился Антон. — Они действительно умаялись: Дима Юру полночи по нашему городу катал на машине. Ребята все отели обошли, все злачные места посетили.
— Развлеклись парни, — сыронизировал Макар.
— Будь осторожен. Арбитр хочет Деда к делу привлечь. У Деда, сам знаешь, большие связи в нашем городе и за его пределами, — предупредил Антон.
— Понял. Спасибо за информацию, — поблагодарил Карпов Седого и нахмурился.
— Надеюсь эта девушка стоит того кипиша, который из-за неё поднялся, — в голосе Антонова снова звучала насмешка.
— Стоит, Тоша. Она же Макарова, — с нажимом на последнее слово ответил Карпов.
— Ладно. Всё тогда. Позвоню, когда новости будут. Бывай! — попрощался Антон.
Макар засунул телефон в карман джинсов и подмигнул Насте:
— Видишь, Антон держит нас в курсе событий.
— Ты ему доверяешь? Вдруг он на стороне Севера? — волновалась Настя.
— Тоша не станет Юрке помогать. Не тот он человек, чтобы гнилому потворствовать, — заверил её Карпов.
— Хорошо, если ты не ошибаешься, — Настя вдохнула свежий воздух и порадовалась отсутствию дождя.
— Не ошибаюсь. Я Антону доверяю, как себе, — бодро шагая по обочине дороги, говорил Карпов. — Вот Пахом Соловьёв, к которому мы в гости идём, — этот совсем другой. С ним надо ухо держать востро.
— Этот Пахом может нас прогнать? — волновалась Анастасия.
— Хомяк жизнью мне обязан, так что прогнать не прогонит и не сдаст. Там другие заморочки. Сама увидишь, — Макар посмотрел на унылую Настю, шагающую рядом, и протянул ей руку. — Хватайся. Возьму тебя на буксир.
— Почему Пахом Соловьёв вдруг "Хомяк," а не "Соловей"? — удивилась Настя, с благодарностью протягивая руку Марку. — Вот понятно: Карпов — "Карп," Северин — "Север," Алантьев — "Алантик." Я даже понимаю, что Антон Антонов "Седой" из-за цвета своих волос, а вот с Соловьёвым логики не прослеживается.
— Пахом Соловьёв не может быть "Соловьём," ибо он "Хомяк" со всеми вытекающими из этого последствиями, — важно изрёк Карпов. — Наши ребята никогда не ошибаются в выборе "погоняла." Скоро все поймёшь.
Глава 18
Через нудных полчаса Настя вслед за Карповым поднялась на довольно крутой пригорок, с которого её глазам предстала деревня, состоящая из пятнадцати домов, расположенных в один ряд в низинке у подножья холма. Было очевидно, что Карпов ранее посещал эту деревню, потому что, спустившись с пригорка, он уверенно прошёл первые семь домов и указал на восьмой.
— Нам сюда.
Анастасия критично глянула на обычный деревенский дом, явно требующий косметического ремонта, а потом прокомментировала:
— Неахти жилище! Что ж этот Хомяк не купил себе квартиру, как ты или Алантьев?
— Пахом на другое деньги зарабатывал, — пояснил Карпов, приближаясь к калитке нужного дома.
— На что? — не отставала Настя.
— У его старшего сына были серьёзные проблемы со зрением. Пахом в долги влез, кредитов набрал, чтобы сыну операцию в Мюнхене сделать.
— Всё закончилось хорошо? — с надеждой уточнила Макарова.
Карпов утвердительно кивнул:
— Да, операцию сделали, а долги и кредиты остались. Вот Пахом и пошёл в ЧВК, чтобы семью из долговой ямы вытянуть. Сам на всём экономил, каждую копейку домой посылал.
— Поэтому "Хомяк."
— Не только по этому, — снисходительно улыбнулся Карпов, открывая калитку, ведущую во двор, где, поставив старый велосипед колёсами вверх, возились два мальчика.
Одному мальчишке на вид было лет десять, а второму — лет семь. Они пытались приладить на положенное место ржавую цепь.
— Привет, ребята. Цепь слетела? — отвлёк их от дела Карпов.
— Здравствуйте! — степенно кивнул головой старший паренёк и толкнул в бок младшего. — Беги к маме. Скажи, что дядя Макар приехал.
Младший послушно побежал в дом.
— Отец дома? — спросил Карпов, присаживаясь на корточки возле велосипеда.
— Да. Он на огороде, а мамка обед на кухне варит, — мальчишка указал рукой в сторону двери, за которой скрылся его брат.
— Цепь смазал? — Карпов рассматривал велосипед.
— Ага, — шмыгнул носом паренёк.
— Давай я попробую нацепить её, а ты колесо прокручивай, — предложил Карпов ребёнку.
— Давайте, — охотно согласился тот.
Когда через минуты две во двор вышла средних лет женщина, точный возраст которой назвать не представлялось возможным из-за седины и глубоких морщин под глазами, цепь уже была установлена.
— Здравствуй, Надя, — вытирая руки, поднятой с земли тряпкой, поприветствовал Карпов хозяйку.
— И тебе здравствуй, Макар. Какими судьбами к нам? — настороженно спросила женщина.
— Разговор у меня к твоему супругу, — ответил Карпов и пояснил. — Хочу погостить у вас немного, пожить вдали от города.
— Пахом на огороде, сразу за домом, навоз разбрасывает, — поправив рукой растрепавшиеся волосы, ответила женщина.