Недотрога в Академии или никогда не влюбляйтесь в ректора! (СИ)
Попробуйте.
Еще посидеть со скрещенными ногами я могла, даже и по полчаса высиживала. Но чтобы без мыслей?
Когда же у нас практика начнется!
Не одни же эти «Основы магии» да технику безопасности будут преподавать.
Я притянула к себе расписание и облегченно вздохнула.
Вот же мелким шрифтом тут написано:
«Практические занятия начнутся со следующей недели».
И куда смотрели мои глаза? Но мне ведь надо быстрее. Это им, другим адептам, спешить некуда. А мне есть куда.
Буду сама дополнительно заниматься, вот что!
Упражнения там хитрые, одни положения пальцев чего стоят. Я еще раз посмотрела на картинку. Нет, сама и пытаться не буду. Подожду до следующей недели. А вот помедитировать можно. Как там папа говорил?
Воспоминания налетели неожиданно.
«Это очень просто, Ли. Главное, отдайся внутреннему чувству и иди вглубь».
Помню его тихий, уверенный голос. Даже почувствовала тепло его руки, когда он ласково потрепал меня по макушке.
Сглотнула комок в горле. Папа, я очень постараюсь. Пусть этот лорд Стевий ищет себе другую жену!
Жемчужинка, будто почувствовав мое состояние, подошел к столу и положил свою пушистую башку мне на колени.
— Ну ты и вырос! — ахнула я.
— Такими темпами скоро до стола дорастешь, — я ласково погладила котика по гладкой шерстке на лбу. Жемчужинка прищурил глаза и утробно заурчал. Ласковый он у меня. Никогда не подумаешь, что на самом деле это жуткая мантикора под личиной.
— Ладно, Жемчужинка, — вздохнула я. — Вот прямо сейчас сяду медитировать. Котик согласно мотнул головой, будто понял, о чем я и отправился спать на свое место, под подоконник.
Я же приняла нужную позу и старательно закрыла глаза.
Ну, где ты там, источник мой? Покажись. Я упорно всматривалась и всматривалась в глубокую темноту внутри.
И ничего так и не увидела.
— Лилиана, Лилиана-а! Ты что, уже спишь? — забарабанила в мою дверь неугомонная Тарика.
Я с сожалением открыла глаза. Ладно. Ну, не увидела, так что же. Буду тренироваться каждый день. Утром и вечером. А еще с ректором обязательно посоветуюсь. И с леди Аморией. Вот когда встретимся с ней, тогда спрошу обо всем- обо всем, а не только о Жемчужинке.
— Нет, не сплю! — закашлявшись, крикнула я Тарике. — Подожди, сейчас открою.
Тарика, раскрасневшаяся, довольная, прижимала к себе пакет из промасленной бумаги.
— Ну ты даешь, Лилиана! А я думала, ты все уже, спишь, раз на ужин не пришла.
— Принесла тебе теткиных пирожков. Не голодной же тебе спать ложиться, — и она протянула мне пакет.
Мамочки… А я ведь действительно даже про ужин забыла. Может быть, медитация все-таки не была совсем никудышной? И пусть я не увидела своего источника, но помню же, что если времени не замечаешь, то есть от медитации толк. Или будет.
Хорошо бы.
— Ой, Тарика! Спасибо большое, — я растерянно взяла протянутый пакет.
— Проходи, — посторонилась.
Тарика быстро заскочила в комнату, сразу все рассмотрела и неожиданно завизжала, тыча пальцем в храпящего Жемчужину:
— А-а-а! Кто это у тебя?
Я улыбнулась:
— Котик мой, Жемчужинка. Ты же его видела, чего орешь-то?
Тарика закрыла рот ладонью и недоверчиво спросила:
— Это КОТИК?
— Да котик, котик. Не бойся. Просто он очень сильно вырос. И растет не по дням, а по часам, — вздохнула я.
Жемчужинка дрыгнул задней лапой и приоткрыл один глаз.
Заметил Тарику и открыл другой. Унюхал пирожки и вскочил на все четыре лапы.
Нет, я была не права. Он еще подрос. Жемчужина на ошейнике вспыхнула в свете магического светильника.
Вот как так получается, интересно? Котик растет, а ошейник расширяется, подстраивается под новые объемы, выходит?
Да, сильна леди Амория. Вот бы мне такую силу, давно бы источник свой увидела и разрабатывать принялась!
Жемчужинка вальяжно подошел к Тарике и сунул нос в ее пустые руки.
Тарика замерла и беспомощно уставилась на меня.
— Он меня не сожрет, Жемчужинка твой?
— Пирожки он точно сожрет, если дотянется, — сердито сказала я и убрала пакет подальше.
Жемчужинка посмотрел на стол и обиженно мяукнул.
— Тебе нельзя, Жемчужинка! Смотри, скоро в дверь не пролезешь, — выговорила я коту, хоть самой жалко было на него смотреть.
До чего дошел котик. Раньше он на пирожки бы никогда не посмотрел. Ему и крыс всегда хватало. А тут…
— Это точно, — Тарика успокоилась, — если он будет такими темпами расти, то его на конюшню отправят. Ну, или в виварий.
При слове «виварий» шерсть у Жемчужинки поднялась.
— Не бойся, маленький. Никому я тебя не отдам, — я схватила кота в охапку, а мои руки едва сошлись у него на спине.
— А у тебя нет чайника, что ли? — девушка посмотрела на почти пустые полки.
— Нет, — развела я руками. — А у тебя есть?
— Конечно, — подмигнула Тарика. — Не зря же я на кухне помогаю. Сейчас принесу, и мы с тобой попьем свеженького взвара с сушеной клюквой и земляничным листом.
Жемчужинка проводил гостью скорбным взглядом и с явным вздохом отправился на свое место.
Я с наслаждением поглощала пирожки. Их оказалось целых четыре штуки. Два с творогом и изюмом, один с картофелем и грибами, а другой с мясом. Жемчужинка лежал спокойно только до тех пор, пока я не откусила кусочек от пирожка с мясом.
Тут душа его не выдержала, и котик быстрее ветра оказался рядом, выхватив пирожок из моих рук.
— Что ты творишь, Жемчужинка! — вскрикнула я, а котик, не обращая на меня ровно никакого внимания, утащил добычу к себе.
— Довели животное до чего, — прихлебывая душистый напиток, сказала сердобольная Тарика.
Я вот не была такой сердобольной и погрозила коту кулаком.
— Ой, я же шла тебе ту историю рассказать, про ректора! — вспомнила вдруг Тарика.
— Сейчас, только допью, — она сделала последний глоток. Глаза ее заблестели, и девушка начала свой рассказ. Я сидела и слушала как завороженная. Рассказ оказался совсем коротким.
— И вот эта девушка, Прияна-то, — Тарика покосилась на меня, — она, кстати, тоже леди была, вынуждена была отправиться назад, в свое герцогство.
История, рассказанная Тарикой, была довольно неприятной, даже грязной.
Но неужели лорд Бронский действительно мог так поступить с влюбленной в него девушкой? Совратить, обесчестить, зато поставить высший балл и отправить восвояси?
Глава 28
После такого рассказа заснуть было сложно. Я вертелась, крутилась, а сон никак не шел. В конце концов я разозлилась и просто приказала себе: — Спи, Лилиана!
Нет тебе никакого дела до ректора, и чего у него там было с этой Прияной.
Мне резерв надо наращивать, вот и все. И зря говорят, что злость плохой советчик.
А мне вот очень злость помогла, потому что я еще немного поворочалась с бока на бок и заснула.
Проснулась резко и села, хватая ртом воздух, отталкивая чужие, противные руки.
Руки⁈ Какие руки…
Я открыла глаза и с облегчением откинулась на подушки.
Уфф…
Так это был сон?
Мамочки…
И не руки это вовсе, а разбросанные по постели учебники и закатившаяся ручка, которая колола мне спину.
Но какой сон, вот будто наяву все. Лорд Стасий, в одной нательной рубахе, обтягивающей его обширное пузо, наклонился надо мной и, масляно улыбаясь, схватил меня за талию.
Фуу!
Я вытерла пот со лба и поскорее сняла насквозь мокрую ночнушку.