На диких берегах

Дочитав, Бонни развернула пакет, и её сердце лихорадочно забилось.
– Что это? Бутылка? – удивлённо нахмурился Ник, глядя на содержимое посылки.
Морган взяла бутылку и стала вертеть её в руках. «Хм, кто мог прислать мне это и зачем?»
Бутылка из тёмного стекла не имела этикетки, была плотно запечатана и на первый взгляд казалась пустой. Как всегда, Ник не упустил возможности пошутить:
– Какой-то совсем не изобретательный у тебя тайный поклонник, не находишь? Мог бы что-нибудь более романтичное придумать. Ну кто дарит девушке это?
Повертев сосуд, Бонни с удивлением обнаружила, что в нём находится что-то, что по виду напоминает бумажный свёрток.
– Похоже, внутри записка, – предположила Морган.
– Думаешь? – с удивлением переспросил Ник, вглядываясь внутрь бутылки.
– В моём детстве у нас на побережье была популярна такая игра – прятать в бутылку послание с пожеланиями и отпускать в море. Мы с папой в своё время отправили немало таких бутылок, – Бонни прищурила глаза, рассматривая содержимое сосуда на свету.
– Интересно. Может, кто-то продолжил вашу игру? Давай скорее открывать! – Паркер потянулся к бутылке, но Бонни тут же подняла её.
– Так, стоп, я сама. Посылка ведь для меня.
– Ладно, – в предвкушении согласился Ник.
Бонни попыталась вскрыть бутылку, но пробка держалась крепко. «Как хорошо закупорена!»
Чтобы добраться до заветной записки, девушке пришлось пустить в ход ногти и зубы. Наконец пробка поддалась, и Бонни достала содержимое бутылки. «Это вовсе не бумага, а тонкая древесная кора, свёрнутая трубочкой…»
Дрожащими руками Морган развернула послание. Записка начиналась с указания адреса Бонни, а заканчивалась координатами широты и долготы и подписью.
«320 NW Shannon Ave, West Melbourne, FL 32904
Милая Бонни. Наш корабль потерпел крушение, но я остался жив. Мои примерные координаты: 27°36ʹ45ʹʹ с. ш. 70°54ʹ02ʹʹ з. д.
Люблю тебя. Твой папа, Фрэнк Морган».
Образ отца всплыл в памяти Бонни, и сердце так больно защемило, что слёзы сами собой полились по щекам. Перечитывая послание снова и снова, она взволнованно прошептала:
– Папа, папочка! Я верила! Я знала, что ты жив! Ах, если бы я получила эту посылку раньше! Что, если уже поздно и он погиб?
– Так, Бонн, спокойно, – произнёс Николас. – Можно мне взглянуть на записку?
Бонни кивнула и передала послание Нику.
Всё внимание парня сосредоточилось на конкретных данных, а точнее на указанных в письме координатах. Затем Ник достал свой смартфон и вбил их в поисковике приложения.
– Судя по карте, местоположение твоего отца где-то около так называемого Бермудского треугольника.
– Да, папа исследовал аномальные зоны океана, – стала судорожно вспоминать Бонни. – Вот если бы я могла оказаться там!
Бонни подняла глаза на Ника. Они блестели от слёз, но в них засветилась надежда.
– Как думаешь, если я найму шкипера в нашем порту, он согласится доставить меня в то место, которое указал отец?
– Думаю, что да, нужно разузнать, – размышляя, ответил Николас.
– Ник, придумай что-то на работе, скажи, что я заболела. Я завтра же отправляюсь в путь! – Бонни воскликнула так решительно, что у Паркера округлились глаза.
– Завтра? Ты это серьёзно, Бонн?
– Ты, наверное, станешь меня отговаривать, да? – забеспокоилась Морган, чуть ли не начиная злиться.
– Нет, вовсе нет… На твоём месте я, наверное, поступил бы так же. Ни о чём не беспокойся. Я всё улажу! – Николас улыбнулся, и Бонни вновь заметила, как мило заиграли ямочки на его щеках.
– Тебе идёт улыбка, Ник, – призналась она, и лицо парня засияло.
– Правда? Если так, ради тебя я могу улыбаться всегда, – Паркер снова расплылся в улыбке.
– Даже если тебя будут считать за идиота? – усмехнулась Бонни.
Ник одобрительно кивнул, улыбаясь ещё шире, что заставило её громко рассмеяться. Теперь ей стало немного спокойнее. В приподнятом настроении Морган завела мотор, и они тронулись в сторону дома Николаса.
– Вот мы и приехали, – Бонни неудержимо захотелось прижаться к плечу друга, чтобы унять вспыхнувшие в груди переживания о предстоящей поездке, но она позволила себе лишь поблагодарить его на словах. – Спасибо за поддержку, Ник.
 
– Да брось, я ничего ещё не сделал. Тебе спасибо, что подвезла. Спокойной ночи, Бонни! – Паркер чмокнул её в щёчку и вышел из машины.
Всю ночь Морган почти не смыкала глаз и встретила рассвет в напряжённом волнении.
Она ещё с вечера собрала чемодан, подготовила деньги и документы.
«Всё готово, осталось только переодеться…»
Бонни сняла домашний халат и надела удобный топ и шорты, которые ещё с вечера были приготовлены и висели на спинке стула. Накинув лёгкую рубашку и шляпу, она достала из ящика стола свой дневник, по привычке излагая тревожащие её мысли на бумаге.
Она написала о том, что отправляется на поиски отца, о том, что осознаёт, что дорога может быть опасной и полной непредвиденных трудностей, а также о том, что, несмотря ни на что, она настроена на успех.
Вдруг мелодия дверного звонка заполнила комнату, и Бонни настороженно подошла к двери. Через несколько секунд Ник с довольной улыбкой на лице и рюкзаком на плечах вошёл в комнату.
– Доброе утро, Бонн! Как спалось?
– Не могла уснуть, всю ночь обдумывала предстоящее путешествие, – честно призналась девушка. – А ты пришёл меня проводить или что-то забыл вчера в машине?
– Ни то ни другое, – загадочно ответил Николас. – Я поговорил с миссис Доридэйл, секретарём фирмы, и договорился об отпуске.
– Об отпуске? Отличная идея, – обрадовалась Бонни. – Нужно будет заехать в офис что-то подписать?
– Нет, не нужно, я объяснил, что дело срочное. И нам дали две недели, начиная с сегодняшнего дня, – просиял Паркер. – Мы ведь не брали отпуск летом, так что нам обоим он законно положен.
– Обоим? – Морган вчиталась в надпись на футболке Ника, которая гласила: «Капитан яхты под названием „Судьба“». – Ты же не хочешь сказать, что…
– Да, – Николас подтвердил догадку Бонни, – я поеду с тобой на яхте моего отца. Так будет спокойнее и гораздо надёжнее, чем нанимать кого-то со стороны.
– Но… – попыталась возразить Морган.
– Никаких «но», – настоял парень. – Я составил кое-какой маршрут и посчитал, что плыть нам придётся несколько дней. Так что не теряем время, едем в порт!
– Ты просто прелесть, Ник! – Бонни не удержалась и бросилась обнимать друга за шею. Парень, нисколько не смутившись такой бурной реакции, довольно произнёс:
– Приятно слышать. Давай я возьму твой чемодан, – с этими словами Паркер взял вещи Бонни и они, решив не брать свою машину, отправились в порт.
Было раннее июньское утро. Тёплый морской бриз приветливо встретил Бонни и Ника, мягко лаская их кожу, шаловливо путаясь в волосах.
На горизонте, среди белых невесомых облаков, не спеша поднималось солнце. Его ласковые лучи окрашивали в золотые и розово-оранжевые краски небо и сливались с океаном. Водная гладь, отражая множество оттенков солнечного света, всё больше становилась похожей на палитру художника, задумавшего написать картину.
Океан был на редкость спокойным и тихим. Голубые с бирюзовым отливом волны чередой приближались к берегу, а затем снова удалялись, оставляя после себя приятный, умиротворяющий шум.
В воздухе витал нежный аромат свежести и морской соли. Всё это вместе: тёплая световая гамма, бодрящий свежестью запах, сладостная нега утра – создавало в порту удивительно уютную атмосферу.
Казалось, что мир вокруг замер в ожидании чего-то важного и таинственного.
Николас подвёл Бонни к яхте, с гордостью представив её название:
– Ну, вот и наша белоснежная «Судьба».
Бонни окинула взглядом яхту и, затаив дыхание, спросила:
– Ты когда-нибудь путешествовал настолько далеко?