Преследуя любовь (ЛП)

Я не могла игнорировать улыбку, которая излучалась с его лица, как только его глаза встретились с моими. Я попыталась не улыбаться в ответ, только потому, что не хотела, чтобы кто-то заметил, что только смутило его, так как улыбка исчезла, а затем он прошептал на ухо Адриане. Адриана, конечно, выглядела потрясающе в своем коротком платье в стиле балерины, дополненном туфлями на очень высоких каблуках. Ее лицо выглядело мрачным, и, к сожалению, я должна была спросить ее, что случилось с Элайджей, а это означало, что мне нужно было физически находиться рядом с Алексом. Сдержанность должна была держать меня за руку прямо сейчас, потому что я не могла сделать это в одиночку.
— Привет, Чар. Прости, что я так поздно.
— Эм… не бери в голову. Где Элайджа, и почему ты здесь?
— Спасибо, Шарлотта, хороший прием, — с сарказмом ответил Алекс.
— Я не это имела в виду… Я… просто удивилась, увидев тебя здесь, так как ты не старшеклассник, — я споткнулся на словах, пытаясь взять себя в руки, так как все девушки продолжали таращиться.
Уголком глаза я заметила Кейли с ее толстым лицом «ты влюбилась в него, и я собираюсь рассказать это всем».
— Элайджа заболел тем жуком, который ходит вокруг. Его вырвало дважды, прежде чем он сел в лимузин. Он выглядел ужасно, и он не хотел, чтобы я пропустила, поэтому предложил мне взять Алекса.
— Ну, ты могла бы остаться без пары, — пробурчала я.
— Ого, Шарлотта, любой бы подумал, что ты не хочешь меня здесь видеть, — отчеканил Алекс, его лицо было раздражено моей враждебностью к его присутствию.
Черт! Все это было разыграно неправильно.
— Я не это имела в виду…
— Что, черт возьми, с вами двумя не так? О, точно, Саманта рассказала мне о вашем большом взрыве из-за того, что вы меня прикрыли. Ну, старший брат, раз мой мужчина недееспособен, вы можете целоваться и мириться. Ничего страшного, ничего плохого. Боже мой, кто-то сбил этот уличный знак! В мгновение ока она исчезла, а я остался стоять на месте, чувствуя себя неловко из-за ее предложения поцеловаться и помириться. Если бы она только, блядь, знала.
— Так теперь ты хочешь сказать мне, почему ты так отчаянно не хочешь меня здесь видеть?
— Слушай, Алекс, я просто не ждала тебя.
— Ни хрена себе. И это проблема, потому что?
— Потому что после недели, в течение которой ты не разговариваешь со мной, я боюсь, что люди поймут, что у нас есть какие-то претензии друг к другу. И эта обида может быть неправильно истолкована как ссора влюбленных.
— Ну, я не видел, чтобы ты брала трубку, отвечала на смс или даже писала мне.
— Может быть, потому что во время нашего последнего разговора твоя жена все время напоминала тебе о фантастическом сексе, который у вас будет этой ночью!
Ладно, это была чересчур мелодраматичная Чарли в ее лучшем исполнении. Но это не стерло обиды, которую я чувствовала и неделю спустя. Его молчание было похоже на признание того, что я сказала. Я почувствовала удар в сердце, удар в кишки. Чего я, честно говоря, ожидала?
— Шарлотта, пожалуйста, — он протянул руку, чтобы коснуться меня, но почти сразу же отдернул ее, осознав, что его глаза внимательно следят за сплетнями, — Саманта вела себя нелепо.
— Возможно, но, насколько я знаю, ты приветствовала эту нелепость, спустив штаны.
— Шарлотта, я же сказал тебе, что не прикасался к ней с тех пор, как мы начали, и не буду прикасаться до тех пор, пока мы вместе.
— Что это вообще значит, пока мы вместе? Как долго, по-твоему, мы будем продолжать этот фарс, не будучи пойманными?
Я знала, что в этом одном предложении было слишком много вопросов, но сейчас это были жгучие вопросы, те, которых я страстно избегала. Я знала, что на них нет ответа, который мог бы заглушить боль в моем сердце. Его молчания было достаточно, чтобы расстроить меня. К счастью, нас прервали Финн и Джен, потому что я была готова к тому, чтобы все выяснить там и тогда.
— Чарли, ты должна танцевать. Это же выпускной!
Я смеялась над своим лучшим другом: — Джен, ты подлила что-то Финну в напиток?
 
— Ты же знаешь, какой он сумасшедший, когда дело касается музыки. Извини, как его лучшая подруга, я думаю, тебе скоро придется взять это на себя. Мои ноги меня убивают.
Джен была на каблуках, и я ее не винила. Я просто стояла, и даже мои ноги болели. Вот почему были созданы Converse, а каблуки — для подражательниц Posh Spice.
— Эдвардс, что ты здесь делаешь? — спросил Финн, обнимая Джен.
— Длинная история. Я уверен, что Адриана будет рада пересказать историю о том, как Элайджа заболел, — легкомысленно ответил Алекс.
Я должна была признать, что было приятно видеть, как они ладят, но это ненадолго. Финн избил бы его до полусмерти, если бы узнал, что между нами что-то происходит.
Тишина стала неловкой даже на фоне громкой музыки. Если я думала, что это некомфортно, то я не подготовилась к тому, что Картер будет идти в мою сторону. Его высокомерной ухмылки было достаточно, чтобы вызвать желание броситься наутек, и, кроме того, он был самым большим придурком в мире, обнимая меня на глазах у Алекса, словно пытаясь заявить о своих правах. Я бросила на него взгляд, не дающий ни единого шанса, но, конечно, он просто рассмеялся, как обычно.
— Вау, Чарли, ты можешь окружить себя еще большим количеством неудачников?
— Серьезно, Картер, повзрослей.
— Что? Эдвардс и Родригес не могут за себя постоять?
К этому моменту и Алекс, и Финн смотрели на Картера. Этот придурок должен был получить взбучку в любую секунду, и хотя я была бы более чем счастлива посмотреть, как он ее получит, в моей голове зазвучал голос отца. Я не могла позволить себе снова оказаться под домашним арестом. Алекс едва держался на ногах.
Я сделала мысленную пометку — ему не нравится, когда кто-то другой прикасается ко мне.
Ладно, да, заставлять его ревновать было даже забавно, потому что сейчас он никак не мог этого допустить.
— Отвали, Рид, или тебя будет окружать мой кулак, — пригрозил Финн.
— Пошел ты, Родригес. Таким бездельникам, как ты, здесь не рады. Как и отчисленным медикам, нуждающимся в папиной помощи, — Картер хмыкнул, уходя.
— Чарли, какого хрена ты согласился пойти с ним? — шипел Финн, когда Джен положила руку ему на грудь, чтобы успокоить его.
— Потому что я была в ссоре с отцом за то, что прогуливала школу и пропускала геометрию, и мне нужны были его конспекты. Он может быть самым большим придурком, но геометрию он знает на отлично.
— В следующий раз я одолжу тебе свои, — предложил Финн.
— Вы не слышали то, что я сказала? Геометрию он сдал на отлично. Мне не нужна помощь в провале, я и сам прекрасно с этим справлялся, — я закатила глаза, и Финн отмахнулся от меня, покачивая своим телом в такт включенной песне Jay-Z.
И снова я осталась наедине с Алексом.
— Ты ужасно тихий, — пробормотала я.
— Ты потрясающе красива сегодня, а я должен стоять здесь и делать вид, что ты ничего для меня не значишь, и позволять этому ничтожеству накладывать на тебя свои руки.
— Алекс, мне жаль.
Мне хотелось прикоснуться к нему, но не было никакой возможности.
— Нет, мне жаль, что я не доверяю тебе с этим придурком. В любом случае, как я слышал, его член такой маленький, что он даже не смог снять Кейли.
Я так громко рассмеялась. Это была правда, и я не любила ничего больше, чем видеть, как Алекс улыбается, даже если речь шла о крошечном члене Картера.
— Это слухи. Даже мой отец слышал это.
— Ого, даже мистер Мейсон в курсе.
— К сожалению, да. Я не хотела быть такой холодной, но люди догадываются. Я не знаю почему, но Кейли нахамила, и я сказал ей, что она идиотка, но она, очевидно, как-то это восприняла. Я не знаю, к чему это приведет и что случится в будущем, но я знаю, что сейчас нас нельзя поймать.
— Мы и не попадемся, Шарлотта. Но сегодня вечером мне нужно как-то овладеть тобой, оставь мозговой штурм мне, — он подмигнул.