Преследуя любовь (ЛП)

На сцене стоит группа в черно-белых смокингах, играющая мягкую свинговую музыку, ее гул и удары заглушают шум растущей толпы.
Все больше и больше людей входят в зал, их платья становятся все более изысканными по мере того, как они выходят на сцену. Я в раю. Один за другим я могу мысленно назвать имя дизайнера. Я знаю, что Эрик тоже это делает, его манеры отражают мои.
Я почти сразу замечаю главную организаторшу благотворительного бала, миссис Клайд. Она напоминает мне Мерил Стрип в фильме «Дьявол носит Prada». Только внешне, заметьте, потому что она самая милая леди, которую только можно встретить. Ее щедрость не перестает меня удивлять, и все это благодаря ей.
— О-э-эм-эджи, ребята, это потрясающе, — пробормотал Эрик в благоговении.
С телефоном в руке он делает несколько снимков, затем начинает деловито печатать.
— Что ты делаешь?
— Просто фотографирую бальный зал. В тренде хэш-тэг «благотворительный бал».
Я забираю у него телефон и кладу его в свою сумочку. Эрик должен наслаждаться вечером, не привязываясь к своему телефону. Я уже вижу, как он отходит от дел: его левый глаз дергается с надутым незрелым видом.
— Да ладно, Чарли, — хнычет он.
— Не-а. Я конфискую это у тебя сегодня вечером. Ты пригласил Эмму на свидание, пусть и ненастоящее, и ты должен показать ей хорошее время.
Эмма смеется, выглядя великолепно в красном платье, которое выбрал для нее Эрик. Ее платиновые светлые волосы уложены в тугой пучок, демонстрирующий потрясающее бриллиантовое ожерелье, задрапированное вокруг ее шеи.
Эрик продержится всего пять минут, прежде чем украсть мою сумочку, как любезно замечает Эмма, и я соглашаюсь. Он дуется недолго, сразу же выходя из своей детской истерики, когда горячий молодой официант встает перед нами, предлагая шампанское.
Мы любуемся потрясающим видом, прежде чем другой официант проводит нас к нашему столику. Мы усаживаемся, и Джулиан обхватывает мой стул, притягивая меня ближе. Он пахнет фантастически.
— Ты сегодня выглядишь потрясающе, — шепчет он мне на ухо.
— Не так уж и плохо, Бэтмен. Ты собираешься бросить меня сегодня вечером с каким-нибудь срочным делом, о котором нужно позаботиться на крыше?
— Если только это не ты там голая, шансов нет, красавица, — поддразнивает он, оставляя поцелуй на моей шее.
Мое тело дрожит от восторга, а мой разум гадает, как я смогу попасть на крышу. Есть ли там какой-то тайный выход? Черт, он прекрасно выглядит в своем смокинге. Тим Ганн знал свое дело.
Миссис Клайд выходит на трибуну, чтобы начать свою речь, когда зал начинает затихать. Она говорит о деле и о том, что мы, общество, можем сделать, чтобы помочь детям жить лучше. Мы аплодируем ей, затем все встают, чтобы начать смешиваться, так как музыка продолжает играть.
Люди теряются в разнообразных разговорах. Время от времени я улыбаюсь и киваю, но моя голова словно утопает в тумане. Прошло два дня, и мне становится только хуже, теперь я сомневаюсь в своем рассудке. Неужели это действительно произошло? Неужели я встретила Александра Эдвардса через девять лет? Или это был лишь плод моего воображения? Я почти не спала, работал на пустом топливном баке, который плохо сочетается с шампанским.
Сделав глубокий вдох, я вспоминаю данное себе обещание веселиться. Забыть прошлое, наслаждаться ночью с моим женихом. Это событие — возможность, которая выпадает раз в жизни, и не стоит тратить ее на то, что я не могу контролировать.
Я стою с Джулианом и разговариваю с миссис Беннет, которая является одним из членов комитета. Джулиан обнимает меня за талию, увлеченно рассказывая об истории, которую он освещал в венгерском детском доме. Я не могу перестать наблюдать за ним, пока он говорит, его лицо выражает сострадание, это действительно удивительный человек. Бэтмен не может сравниться с ним. Он — все, что я хочу видеть в мужчине, и я заслуживаю такого человека.
Отвлекая меня от моих мечтаний, Эрик и Эмма подходят ко мне сзади с шампанским в руках.
— Чарли, ты видел, какие тут все красивые? — говорит Эмма, сканируя пространство вокруг нас, — Удачный день, чтобы быть одинокой.
 
Рокки и Никки присоединяются к нам, споря, как обычно. Они пришли поздно, и после быстрого приветствия всех присутствующих я спрашиваю, почему они оба выглядят раздраженными. Рокки, наверное, оставил сиденье унитаза поднятым или что-то в этом роде.
— Так, мистер и миссис Смит, что случилось?
— Вы помните ту девушку, с которой я встречался в колледже, когда мы с Никки расстались в первом семестре? — Рокко говорит осторожно, пока Никки стоит, скрестив руки, и постукивает ногой.
— Что значит «встречался»? Ты трахнул ее один раз за трибуной после победы в матче с «Принстоном», — говорю я, усмехаясь.
— Спасибо, — пролепетала Никки.
Иногда моя память слишком ясная. В этот раз она работает на меня, но обычно она против меня.
— О, ну и дела, я думал, мы встречались. В любом случае, она здесь, и у мисс Королевы Драмы здесь с этим проблемы, — она закатывает глаза, разочарованно глядя на жену.
Никки игнорирует его, ревниво глядя на то, что сегодня на ней гламурное золотое платье от Версаче.
— Оу, миссис Романо ревнует? — передразниваю я, выражение моего лица меняется от сочувствия до полного раздражения, — Пожалуйста, Никки, ты просто горячая штучка. Ты можешь бегать кругами вокруг этих цыпочек. К тому же, это ты будешь сегодня отрываться, а не она.
— Спасибо! — радуется Рокки.
Уголок рта Никки приподнимается в улыбке, и Рокки наклоняется и шепчет ей на ухо. Она поворачивается к нему лицом, смыкая губы, а его руки блуждают по ее попке, хватая ее в порнографическом стиле.
— Серьезно, сними комнату. Или кабинку в ванной. Или что-нибудь еще.
Как только я это говорю, они быстро уходят к выходу. Интересно, как она снимет это платье? Мысленно отмечу, чтобы спросить ее позже.
Я слышу, как Эмма и Эрик шепчут слова «большие руки» и «я бы не выгнала его из постели», но их не слышно. Я начинаю смеяться. Эрик всегда развлекает меня. Я так благодарна за то, что меня окружают потрясающие друзья и очень красивый жених, которого я планирую связать в стиле женщины-кошки сегодня вечером в его квартире.
— Десять часов, Чарли. О черт, он просто шикарен. Ух ты. О, черт, он меня увидел, — Эрик опускает глаза на свои ботинки, делая вид, что говорит о чем-то другом.
— Десять о чем, Эрик? — спрашиваю я, сбитая с толку.
Эрик кивает головой влево.
Я смотрю, надеясь разглядеть эту так называемую десятичасовую конфету. Моей голове требуется мгновение, чтобы догнать то, что видят мои глаза.
Зеленая изумрудная конфета, принадлежащая единственному и неповторимому Александру Эдвардсу.
Мой рот открывается, глаза расширяются, я не могу отвернуться. Как в плохой автокатастрофе, только все наоборот, самое прекрасное зрелище, которое только можно представить, идет ко мне.
О черт, он идет ко мне.
Внезапное желание убежать, скрыться, спрятаться, осознание его присутствия лишает меня способности делать что-либо, кроме как стоять на месте, застыв на месте. Из этого нет выхода.
— Шарлотта, какой приятный сюрприз снова увидеть вас, — вежливо приветствует он.
Мои ноги грозят подкоситься. Алекс одет в черный смокинг с галстуком-бабочкой, и я пытаюсь игнорировать все, что с ним связано, но он выглядит так идеально. Его акцент незнаком, но в то же время завораживает, и он соответствует красивому мужчине, стоящему передо мной.
Но этот мужчина, во всей своей идеальной красе, всего лишь незнакомец.
Его глаза сияют ярким изумрудным светом, а лицо озаряет улыбка, сверкающая идеально ровными белыми зубами. Я пытаюсь придумать что-нибудь остроумное, надеясь, что кто-нибудь спасет меня. Эрик и Эмма молчат, их рты широко раскрыты, как у мухоловки в шоке. Эти двое просто жалкие.
Джулиан прекращает разговор с миссис Беннет, переключая свое внимание на меня, затем на Алекс.