Преследуя любовь (ЛП)

Его улыбка расширяется. Он притягивает меня к себе и целует так сильно, как только можно поцеловать человека в переполненном ресторане без просьбы уйти.
— Я люблю тебя, Чарли Мейсон, мать моих будущих пятерых детей.
Холодный озноб пробегает по моей спине — странное чувство, как когда ты знаешь, что за тобой наблюдают, или когда ты смотришь на охотников за привидениями и пытаешься не обделаться, потому что чувствуешь присутствие в «комнате». Успокаивая себя, я сканирую окружающее пространство. Справа от меня спорит пара. Я могу сказать, что речь идет о другой женщине, слова «блуждающий член» произносятся достаточно громко, чтобы люди позади меня повернулись и посмотрели. Я перевожу взгляд прямо мимо Джулиана, где несколько японских туристов держат суши в палочках против света, изучая роллы. Это забавно, пока пожилая дама не смотрит на меня, качая головой в разочаровании. Заскучав, я бросаю взгляд налево.
С недоверчивым взглядом моя поза внезапно застывает, каждый мускул в моем теле становится жестким. Голова начинает кружиться, под свободной блузкой выступает холодный пот. Я моргаю глазами, умоляя эту галлюцинацию закончиться.
Но оно не проходит, и на меня смотрят прямо эти глаза, эти изумрудные глаза.
Этого не может быть, не здесь, не сейчас.
Внезапно я начинаю паниковать, моя грудь сжимается, дыхание становится все более быстрым, удушая мою способность выйти на воздух. Мой желудок скручивается в узел, желание вырвать затягивается вместе со всем остальным. Это плод моего воображения. Так и должно быть.
— Ты не мог бы меня извинить? Мне нужно в туалет.
Я встаю со стула так быстро, что он чуть не опрокидывается, и иду прямо к туалету, избегая зрительного контакта с кем-либо, держа голову склоненной. Я слышу, как он зовет меня по имени, и стараюсь не обращать на него внимания, адреналин проникает в меня с каждым шагом.
Руки обхватывают мою руку, и этот всплеск шокирует меня, заставляя слегка хныкать. Только его прикосновение когда-либо вызывало у меня такие чувства, и вопреки здравому смыслу я поворачиваюсь лицом к своему демону.
— Я искал тебя после того, как ты ушла, — говорит он, его голос преследует меня, пока он говорит.
Это он? Его акцент практически британский, есть только легкий намек на американский. Это на него не похоже. Почему у него должен быть британский акцент? Я в растерянности и не знаю, что сказать.
Он искал меня? Нет ничего невозможного в том, чтобы найти меня.
Ярость бурлит во мне, как бушующий шторм, готовый ударить молнией в небо. Мои щеки пылают, несомненно, покраснев, пока я с трудом сдерживаю свои эмоции. Я тысячу раз представляла себе, каким будет этот момент, и каждый раз речь становилась все длиннее и длиннее. Я хочу, чтобы он почувствовал боль, чтобы у него остались шрамы, как это было со мной. Я хочу сломать его, но мой язык связан. Слова не складываются, и я выпаливаю первое, что приходит на ум.
— Очевидно, недостаточно хорошо!
Алекс сужает глаза, смущаясь и почти теряя дар речи. Я никогда не думала, что через миллион лет наши пути снова пересекутся. И все же я здесь, злюсь и обижаюсь, но больше всего пытаюсь не замечать, насколько он все еще прекрасен.
Он возвышается надо мной в черном костюме, белой рубашке и темно-синем галстуке. Его волосы такие же, какими я их помню: бронзового оттенка, но подстрижены чуть короче и уложены набок. Мой взгляд блуждает по его идеально вылепленному лицу с сильной челюстью, чисто выбритому, демонстрирующему его загорелую кожу. Изумруд в его глазах сверкает, когда он продолжает смотреть на меня, словно что-то ищет.
Он хочет поговорить, но ему больше нечего сказать.
Слова не могут стереть то, что, возможно, ощущается как целая жизнь, наполненная болью и печалью.
Я отрицаю то, чем мы были девять лет назад, потому что в этот раз мне легче оттолкнуть его.
На мгновение мне кажется, что он изменился за это время, что, возможно, он повзрослел и перерос то, чем мы были. Может быть, он просто хочет поздороваться и быть вежливым — до тех пор, пока он не упоминает Джулиана.
 
Действуя защитно, пытаясь защитить свои вновь обретенные отношения, я обрушиваю на него шквал обидных комментариев.
Я хочу, чтобы он почувствовал ту боль, которую я испытывала годами.
Я хочу, чтобы он понял, сколько боли он мне причинил.
И больше всего на свете я хочу накричать на него за все, через что он заставил меня пройти.
Но вместо этого я просто прощаюсь и ухожу.
Мое сердце замирает, когда меня захлестывает волна вины.
Все кончено, Чарли, говорю я себе. Все кончено.
Невольно сжимая челюсть, я быстро натягиваю улыбку, изо всех сил стараясь не показать Джулиану, как я зла, но я совершенно потрясена. Я едва могу идти обратно, не говоря уже о том, чтобы подумать о том, чтобы закончить трапезу. Мне нужно убираться отсюда прямо сейчас.
— Ты в порядке, красавица? Ты выглядишь немного покрасневшей.
Джулиан наливает немного воды в мой стакан, и внезапно мое горло становится очень сухим. Я выпиваю весь стакан воды, но чувство тошноты все еще бурлит в моем желудке.
— Я в порядке. Я просто чуть не споткнулась о дамскую сумочку, которая лежала на земле, но я пришла в себя без особого смущения, — внутри своей лжи я снова заставляю себя улыбнуться, — Ты не против, если мы пойдем? Я забыла, что через час у меня встреча с клиентом, к которой я не подготовилась.
— Конечно, нет, красавица.
Я предлагаю оплатить счет, но он отказывается, типичный мужской поступок, конечно. Мы начинаем отходить от столика, и на долю секунды мои глаза встречаются с его глазами.
Те глаза, которые преследуют меня во сне.
От этих глаз я не могу убежать, как бы я ни старалась.
Глаза, которые украли мое сердце и никогда не вернули его.
Эти глаза принадлежат единственному и неповторимому Александру Эдвардсу.
Увидев его снова, я возвращаюсь в места, куда поклялась никогда не возвращаться, к боли, которую больше не позволяю себе чувствовать. Почему жизнь хочет бросить огромный кривой шар, когда все только начинает казаться правильным? Я — человек, стоящий посреди толпы, и единственный, на кого набросилась пролетающая мимо птица.
Это все, что касается моей жизни.
И все же, я не могу выбросить из головы то, как он выглядит, как звучит, как пахнет. Это все сюрреалистично, как будто я сижу в DeLorean из «Назад в будущее» переношусь на девять лет назад, и вот я снова там. И снова он. Как это произошло? И всего через день после того, как Джулиан сделал мне предложение?
Весь день я нахожусь в оцепенении, не в силах избавиться от мыслей о том, что произошло ранее. Я пытаюсь занять себя работой, но это бесполезно. К четырем часам ко мне в кабинет врывается Никки и сразу понимает, что что-то не так.
— Ладно, выкладывай. Что с тобой?
— Никки, сегодня кое-что случилось, — пролепетала я, зарывшись головой в руки, — Я не хотела говорить об этом, но это гложет меня изнутри.
— Что это?
Я поднимаю голову, делая глубокий вдох: — Я столкнулась с бывшим, когда обедала с Джулианом.
— Звучит неловко.
— Да, это так, но это нечто большее. Я не могу это объяснить. Между нами много истории, и мы расстались в плохих отношениях.
— Подожди, это Алекс? — спросила она, дрожа от волнения в своем тоне.
— Да… но откуда ты знаешь его имя?
— Дорогая, я знаю тебя уже восемь лет. За это время я могла бы назвать тебе список парней, с которыми ты была, но ни один из них, на мой взгляд, не был кем-то особенным. За исключением колледжа, все, о чем ты говорила во сне, был этот Алекс. Я знала, что там что-то есть, но никогда не спрашивала. Я думала, что если ты захочешь поговорить об этом, ты это сделаешь.
— Я не знала, что я это сделала, — шепчу я, удивленная, — Это странно, я никогда в миллион лет не ожидала, что столкнусь с ним. Теперь, когда я это сделала, у меня столько вопросов, на которые мне нужны ответы. Я ненавижу, что мне понадобилась целая вечность, чтобы жить дальше, а теперь эта рана снова открылась.