Претор (СИ)

убедился в том, что под нами действительно находится артсклад, представил последствия его подрыва каким-нибудь любителем активировать режимы самоуничтожения, и вышел в оперативный канал:
— Здание под цифрой пять — это артсклад. Верхний этаж зачищен. Блокирую оба лифта и ухожу по вектору двенадцать. Считаю, что возможна активация режима самоуничтожения!
Все остальное сообщила матушка — приказала выжигать лагерь «в ноль», задала вектор отхода всех боевых групп, выделила народ для транспортировки «языков» и так далее. А еще отмела коррективы Барыни, успевшей запустить стайку микродронов и обнаружить замаскированную вертолетную площадку с САШ-евским «Гуроном»:
— Нет, к нему мы не пойдем: если лагерь минировали толковые саперы, то рванет и там. Кстати, Палыч, бери Пилота, дуй по указанному вектору и выжги нам дорожку к новой площадке приземления и саму площадку. Только учтите, что живность и насекомые тут ни разу не домашние…
Таймер, появившийся в канале после этого уточнения, замотивировал не только меня — в тот момент, когда наша троица вылетела под розовеющее небо, прикрытое артефактной маскирующей сетью, пылали и сеть, и лагерь, и два внедорожника «Ягуар» производства концерна «Инка», и все опушки сельвы, которые было видно с нашей позиции.
— А лес не выгорит? — спросила Катерина, остановившись возле меня и привычно взяв под контроль «свой» сектор наблюдения.
— Неа… — буркнула Валя. — Вспомни: в тот момент, когда мы вылетели из штаба, земля чуть ли не хлюпала под ногами…
Тут возле нас нарисовался Крот и вопросительно уставился на меня, и я объяснил причину срочного вызова:
— Под меткой двадцать семь — кабинка грузового лифта, а в ней — тележка с ранцевыми огнеметами, горой ручных гранат и противопехотными минами. Подрывать артсклад заклинанием стремно. Зато если первым взрывом чего-нибудь перебить тросы и уронить кабинку вниз, а вторым, инициировавшимся от удара об землю, подорвать весь этот груз, то мы не пострадаем…
— Намек понял! — хохотнул пестун, сорвался в скачок и весело добавил уже из точки выхода: — Сделаю. В самом лучшем виде…
И ведь сделал: первый «хлопок» я услышал, пропрыгав порядка сотни метров по тропе, выжженной в сельве творческим дуэтом Палыча и Пилота. А еще секунд через пять-шесть в оставленном лагере началась самая настоящая канонада!
Я мысленно хмыкнул, ибо, ставя боевую задачу Земляку, рассчитывал, что второй взрыв оглушит потенциальных преследователей. Крот, догнавший нас в тот момент, когда мы вылетели на будущую площадку приземления, оказался того же мнения:
— Ха: я был уверен, что этот артсклад строили по уму, а тут чистой воды народное творчество!!!
— И это радует… — без тени улыбки заявила матушка, оглядела меня с головы до ног, не нашла никаких следов тяжелых ранений, в том же режиме «просканировала» Церберш и, слегка успокоившись, рявкнула на всю еще дымящуюся «поляну»: — Всем внимание! В темпе сливаем записи с нашлемных камер на инфокристаллы, передаем инфокристаллы Барыне и форматируем память. Далее, на нас, Воздушниках, область повышенного давления — да, в данный момент ветер дует от нас к лагерю, но он может и поменяться, а Амару Этэ-Инти мог хранить в загашниках любую дрянь. Огневики и Земляки — на вас сооружение двух полевых туалетов с наветренной стороны, причем почва должна быть сплавлена в камень или стекло, а вся ближайшая растительность уничтожена. Суккуба, Кнут, Мавия, Щелчок, Агрессия — займитесь экспресс-допросами. Валя, Катя и Инна — проведите визуальный осмотр и диагностику состояния здоровья всех членов группы. Особое внимание на укусах насекомых и змей. Барыня, связь не появилась?
— Нет, Светлана Георгиевна… — отозвалась Варвара. — Тот спутник давно ушел за горизонт, четыре следующих прошли слишком далеко, а висящих на геостационарной орбите над нами нет.
 
— А как Удав и его люди связывались с Большой Землей? — осторожно спросила Галя.
— Сканеры дронов «видят» цепочку ретрансляторов, но доступа к этой линии связи у нас нет… — сообщила моя телохранительница, кинула недобрый взгляд на аккуратный рядок из восьми «языков» и уточнила: — Пока нет. Но скоро появится…
 Глава 19 
 Часть 1 
2 сентября 850 г. от ОВД.
…Слив записи с нашлемной камеры в пустой инфокристалл и передав его Варе, я прислушался к стихающей канонаде, мысленно отметил, что этот артсклад оказался относительно небольшим, потом представил альтернативу — взрывы на каких-нибудь армейских окружных складах РАВ — ужаснулся и пришел к выводу, что, окажись мы в подобной ситуации, выжигать площадку приземления пришлось бы не в сотне метров от логова Удава, а как бы не в километре. Результаты пожара на таком объекте я как-то видел в новостях, поэтому без особого труда вспомнил несколько картинок из того репортажа, чуть-чуть увлекся процессом сравнения того, что могло случиться, с тем, что случилось, и в какой-то момент сообразил, что пожарные и сотрудники других экстренных служб сюда точно не прилетят, зато эксперты из спецслужб изучат место нашего буйства чуть ли не через электронные микроскопы! Эта мысль основательно напрягла и разбудила паранойю. А та помогла увидеть ситуацию под самым неприятным углом и включить голову.
Первый напрашивавшийся вопрос я задал в оперативный канал, чтобы его услышали и Земляки с Огневиками:
— Народ, «экран» точки финиша для телепортации кто-нибудь забирал?
— Да, Лютобор Игоревич! — отозвалась Инна. — Он у меня.
— Умничка! — облегченно выдохнул я, поблагодарил целительницу за сообразительность, нашел взглядом свою матушку, переместился к ней и легонечко дернул за рукав: — Теть Свет, наше внезапное появление в Южной Америке не мешало бы залегендировать.
— Как раз обдумываю кое-какие нюансы более-менее реального прикрытия… — ничуть не удивившись этому заявлению, сообщила она.
— Десантировались со специально оборудованного «стратега»? — спросил я,
дождался подтверждающего кивка и затараторил: — Тогда нам требуется гора парашютных сумок, хотя бы парочка парашютов, хотя бы один ребризер и, конечно же, информационное прикрытие со стороны Волконских.
Отставная Валькирия поморщилась:
— С алгоритмом создания антуража и списком требуемых «обманок» все понятно. Проблема в доставке: да, мы можем телепортироваться в Мякинино или в «Парус», созвониться с Мирославой Михайловной, решить все вопросы и дождаться прибытия «посылки». А что потом? Как мы вернемся обратно, с учетом того, что… Хм…
— Угу! — ухмыльнулся я, как только она посмотрела в сторону логова Удава и обратила внимание на то, что канонада практически стихла. — Почти уверен, что в лагере сохранился какой-нибудь подвал. Или, хотя бы, глубокая яма, которую можно будет чем-нибудь накрыть, потом отжать у Крота один химический источник света…
— А он продолжает таскать с собой ХИС-ы? — удивилась она.
Я криво усмехнулся:
— По словам Барыни, это издержки первых лет службы и хронического невезения: мало того, что сразу после выпуска из академии его за какой-то просчет законопатили в службу мониторинга подземных коммуникаций особо охраняемых объектов, так Корнев каким-то образом умудрился поучаствовать аж в шести чрезвычайно серьезных боестолкновениях из шести, случившихся в этот период времени. Кстати, в предпоследнем был ранен, попал под обвал и двое суток пробивался к поверхности, благодаря чему, собственно, и заслужил нынешнее прозвище…
— Дальше можешь не объяснять… — на долю секунды потемнев взглядом, сказала она, задвинула куда подальше какие-то неприятные воспоминания и перешла на командно-штабной: — Забирай ХИС и «экран», строй своих девиц и готовься выдвинуться к лагерю. А я накидаю список «реквизитов», наговорю доклад, который надо будет переслать государю или государыне, и выделю вам группу сопровождения.