Бей или беги (СИ)

Он был почти рядом, когда один из мужиков схватил Ирку за руку и начал тянуть на себя, а она от неожиданности и страха закричала, пытаясь вырваться.
Вторая рука ублюдка легла на ее бедро…
У Паши от увиденного дыхание перехватило. Он налетел на мужика, успев заметить его перекошенную злобой харю, и с силой ударил кулаком в живот.
Мужик выматерился, развернулся, но координация подвела его, и он начал заваливаться на своего дружка.
Ира обхватила Пашу за руку, начала тянуть куда-то, видимо, умоляя бежать, но он будто вовсе ее не слышал.
Он. Ударил. Впервые.
Адреналин в крови бурлил, тело наливалось жадным предвкушением драки.
Второй ублюдок был не слишком пьян и явно мощнее своего товарища. Он тоже что-то говорил, но Паша потерял способность понимать человеческую речь.
Он буквально дрожал от напряжения и с готовностью принял удар, увернулся, тут же впечатав кулак в лицо нападавшего, и, перехватив его руку, схватил в борцовском захвате, но не стал держать, а толкнул мордой в пол, так что тот действительно полетел на землю.
Уже подоспел второй, давя своей массой…
Рядом кричала Ира, но Паша не слушал. Удар под ребра выбил дух. Он охнул, чувствуя, что падает. Сверху навалилось воняющее перегаром тело, морда едва ли не ткнулась сизым носом ему в лицо.
В голове невольно всплыли моменты, как его точно так же прижимали к кровати… Всплыли и также пошли на дно.
Паша вскинулся, перекатываясь, и, схватив нападающего за жидкие волосы, с силой ударил его затылком з пол. Мужик не отключился, все же мерзлая земля — не бетон, то удар в челюсть его немного утихомирил.
А сверху уже свалился второй. Обхватив Пашу за шею, он попытался оторвать его от дружка, но тот резко наклонился вперед, вложив в рывок всю силу, перекидывая ублюдка через плечо.
Сзади его снова сжали чьи-то крепкие руки, и он почувствовал вдруг, что уж из этой хватки вырваться не сможет. Но… третий?! Откуда здесь третий взялся?!
Его вздернули на ноги, оттащили от нападавших, а потом к нему прильнула рыдающая в голос Ирка…
Звук включился, мозг тоже. Он увидел мелькающие в темноте силуэты людей и понял, что это кто-то вмешался в драку.
— Ты цел?.. Цел?.. — безостановочно шептала девчонка.
Пашу наконец-то отпустили, и он перевел дикий взгляд на Ирку. Она схватила его руки и принялась рассматривать костяшки на пальцах.
— Ты цел?.. Боже, Паш, ты…
Но он был цел. Мало того, он был охереть, как удовлетворен. Он смог! Он противостоял им, защитил Ирку. Он еще способен на сопротивление!
Опьяненный победой, он взял Иркино заплаканное лицо в свои ладони и поцеловал нежные губы, впервые за долгое время чувствуя, что как по венам стремительно бежит энергия, питая его отчаянное желание жить.
Они шли назад, держась за руки, не говоря друг другу ни слова. Со всех сторон их обнимала густая призрачная тьма, изучала их своими вездесущими глазами, и они тоже всматривались в царящий вокруг сонный мрак.
А потом, уже у самого подъезда, из этого самого мрака вышла вперед высокая плечистая тень…
Паша, еще пребывая в плену адреналина, спрятал задрожавшую девчонку себе за спину и уставился на совершенно спокойного незнакомца, который шел прямо к ним, на ходу в пару затяжек докуривая сигарету.
— Павел Сергеевич?
— Вы кто? — набычившись, процедил он.
Мужчина бесцеремонно кинул окурок в ближайший куст и, не протягивая руку для рукопожатия, не преодолевая те последние пару метров, осторожно сообщил, тактично утаивая детали:
— Я тот, с кем вы должны были познакомиться еще год назад. Я следователь. Тихомиров Анатолий Викторович. Я расследую одно дело. Всплыла кое-какая информация…
Паша резко выдохнул и сильнее сжал ладошку Ирки. Она тут же вынырнула из-за его плеча и нетерпеливо спросила:
— Вы его поймали? Его посадят?..
— Его посадят, — твердо заверил Тихомиров, глядя в ее глаза. Видимо, понял, что она все знает. А потом уже мягче добавил: — Были обнаружены фото и видео материалы. Полагаю, вы о них не знали. Доказательств достаточно, чтобы посадить его надолго, а в тюрьме с ним сделают все остальное. Но вы фигурируете в одном из роликов, и я бы рекомендовал вам… Павел? Павел, вам плохо?
 
Но Паша уже не мог ответить. Он покачнулся и начал медленно оседать, испуганно цепляясь пальцами за хрупкие плечи девчонки. Сознание уплывало, в нем выброшенной на берег рыбешкой билась одна единственная фраза «его посадят-посадят-посадят».
— Паша! — вскричала Ирка, но голос ее доносился до него будто через слой ваты. Он сам стал весь ватный, потерял скелет, мышцы, сухожилия. Тело не слушалось…
К счастью, Тихомиров подоспел вовремя и не дал Паше утянуть Иру вниз. Во всех смыслах этого слова.