Граф Булгаков. Том 2: Золотая Жила (СИ)

И в этот момент произошло событие, о котором каждый из троих старался не думать. Мысленно они надеялись, что оно никогда не произойдет. Хотя в глубине души понимали, что скорей всего это неизбежно.
Вдалеке раздался леденящий душу низкий хриплый голос с рычащими нотками. С каждым словом он становился всё ближе и ближе.
— Если я чешу в затылке — не беда… — гуляло эхо под потолком, — В голове моей опилки — да-да-да…
Кто-то, или что-то пел детскую песенку, от которой по спине пробегали мурашки.
— Что это такое? — прошептал Филипп, его глаза расширились от страха.
— Тсс!.. Прячемся, — сказал Гриша. Вместе с Валентином Петровичем они укрылись за обломками.
Спустя пару секунд из тени вышел чудовищный медведь. Тот самый, с которым они сталкивались ранее. Его массивная туша плавно покачивалась из стороны в сторону. При каждом шаге пол вздрагивал под огромным весом.
— Но хотя там и опилки, но кричалки и вопилки… Сочиняю я неплохо иногда… Да-а-а…
Существо несло бессознательную Светлану на вытянутых передних лапах. Девушка выглядела слабой и уязвимой.
Сердце княжича сжалось в груди, он без отрыва смотрел на бессознательную сестру.
— Черт… — пробормотал он себе под нос, — Мы должны что-то сделать…
— Посмотри, какого размера эта тварь, — прошептал Филипп, в его голосе отчетливо звучал страх, — Как мы будем с ней бороться?
— Что-нибудь придумаем, — настаивал Гриша, его глаза сканировали комнату в поисках любого преимущества, которое они могли бы использовать, — Я не уйду без Светы…
— Дурак! — зашипел на него Филипп, — Господи, какой дурак! Ты ей не поможешь! И себя погубишь!
Тем временем чудовищный медведь подошел к руническому столбу в центре комнаты. Он начал осторожно привязывать Светлану к столбу толстыми веревками, крепко прижав ее тело к камню.
— Трам… парам… парам… парам… пам-пам… пам… пам… пум… пурум… пурум… пам-пам…
— Что этот ублюдок собирается с ней делать? — Гриша сжал кулаки в бессильной ярости.
— Я не знаю, — признался Филипп, его голос дрожал, — Слушайте, нам лучше уйти как можно скорее и позвать помощь…
И тут пан заметил ещё одну дверь, которую они проглядели из-за плохого освещения. Она находилась всего в паре десятке метров от них, и над ней была табличка «Выход»! Только она не светилась. Видимо, что-то случилось с проводкой.
— Там! Там выход! — возбужденно прошептал Филипп, — Идемте! Там спасение!
Гриша смотрел на него со странным выражением на лице. В нем смешалось понимание и легкая грусть.
— Иди, Филипп, — сказал Гриша, — Приведи помощь.
— А ты? — Филипп с непониманием смотрел на него.
— А я остаюсь, — спокойно сказал Гриша.
— Валентин Петрович… — пан перевел непонимающий взгляд на преподавателя.
— Гриша всё правильно сказал, — ответил тот, внимательно глядя на медведя, — Нужно, чтобы кто-то позвал помощь. Я тоже остаюсь. Я в ответе за всех вас. Пока последний кадет не покинет этот торговый центр, я не имею права уходить.
Филипп сглотнул. Происходящее не укладывалось у него в голове. Эти двое что, обезумели? Их же сейчас всех убьют! Ну да, Свету жалко… И что, умирать теперь из-за неё?
Развернувшись, Филипп беззвучно скрылся в дверном проеме. Страх и образ монстра со светящимися глазами лишь подгоняли его.
Григорий и Валентин Петрович обменялись взглядами. Между ними словно возникло молчаливое согласие: сделать все, что потребуется, чтобы спасти Светлану и выбраться из этого кошмара.
Привязав Свету, медведь распрямился и внезапно задрал морду к потолку. Он несколько раз втянул воздух. Словно Принюхивался.
Григорий и Петрович застыли. Они сразу поняли, что это может значить. В помещении был очень густой и тяжелый воздух. Сможет ли медведь учуять их?
— У вас остались силы, Валентин Петрович? — шепнул Гриша, взглянув на преподавателя.
— Самая малость… — тот ответил напряженным взглядом, — Поднакопил чуток, пока лежал в отключке. Какое-то время, может быть, смогу продержаться…
— У меня примерно также, — княжич кивнул.
Они снова посмотрели в сторону столба… и обомлели. Медведь пропал. Около рунического столба осталась лишь Светлана.
 
Каким образом эта здоровая туша, грохочущая при каждом шагу, смогла куда-то беззвучно деться?
За их спинами послышался шорох. Григорий и Валентин Петрович медленно обернулись.
Медведь стоял от них в паре шагов и блестел своими глазами-пуговками. Словно внимательно рассматривал.
Золотые покровы одновременно вспыхнули вокруг тел одаренных. Энергии у них осталось немного, лишь самая капля. Но они всё равно не собирались сдаваться без боя. Пускай противник и был ужасающе силён.
Но драться не пришлось. Медведь раскрыл пасть и неожиданно жалобно произнес:
— Пожалуйста… Помогите мне… Прошу… Я так больше не могу…
 Глава 16. Страшная история 
Сказать, что Гриша и Валентин Петрович офигели — значит, ничего не сказать. Оба в шоке уставились сначала на медведя, потом друг на друга. А потом снова на медведя.
Что это чудовище только что сказало?
Медведь-чудовище снова заговорил, в его голосе смешались человеческие и звериные нотки.
— Пожалуйста, помогите мне, — умоляло оно. Казалось, ещё чуть-чуть и вовсе станет на колени, — Я не ваш враг. Когда-то я был человеком… эта безумная тварь превратила меня в это.
Княжич и преподаватель заколебались, не зная, чему верить. Гриша осторожно произнес:
— Почему мы должны тебе помогать? Ты нападал на нас, у нас нет причин доверять тебе.
— О какой твари ты говоришь? — спросит Валентин Петрович.
Медведь-монстр вздохнул.
— Вы правы… мне нет веры… я был под ее контролем. Но я боролся с ней, пытаясь освободиться… Я не могу сделать это в одиночку, не хватает сил… — голос медведя то сбивался на невнятное бормотание, то снова обретал четкость, — Она превратила меня в это… Она была больна… она стала чем-то жутким… совсем иным…
— Кто она? — допытывался Валентин Петрович.
— Моя юная падчерица… Катя… Она слишком сильно переживала смерть матери… — голос медведя сбился на тоскливый вой, — Придумывала то, чего не было…
— Как мы можем быть уверены, что ты говоришь правду? — спросил Гриша, все еще недоверчиво.
— Я не могу… сейчас этого доказать… — как будто бы искренне сказал медведь-монстр, — Она… хочет… превратить младшую… Машу… в подобное себе…
Петрович и Гриша обменялись напряженными взглядами. Оба поняли, что у них выбор невелик. Согласиться помочь медведю-чудовищу, не зная о его истинной природе? Не приведет ли это к ещё более ужасным последствиям?
Существо обвиняет во всем какую-то девчонку и выставляет ее безумной злодейкой. Не заключат ли они сделку с чудовищем куда более страшным, чем Аномалия?
Тем не менее монстр мог убить их в любой момент. Но не сделал этого.
— Ладно, — начал Гриша, — Что от нас требуется?
Медведь-монстр сделал небольшую паузу, прежде чем ответить. Словно тщательно обдумывал каждое свое слово.
— Моргана планирует провести ритуал, который превратит ее младшую сестру, Машу, в такую же Аномалию, как и она сама. Блондинка… — он кивнул в сторону рунического столба, — Нужна в качестве жертвы для этой темной церемонии.
Гриша стиснул зубы и до хруста сжал кулаки. Валентин Петрович нахмурил брови и положил ему руку на плечо, призывая к спокойствию.
— И как ты предлагаешь остановить ее? — спросил преподаватель.
Существо заколебалось, как бы тщательно взвешивая свои слова.
— Нужно прервать ритуал… она будет отвлечена и уязвима в момент проведения… — сказал он, — Но вам придется самим сразиться с ней… Я… я не смогу вам помочь…
Выражение лица Гриши оставалось скептическим. Но решимости в глазах нисколько не убавилось.
— Хорошо, мы примем твою помощь, но знай: если ты предашь нас, мы без колебаний уничтожим тебя вместе с той… тварью, о которой ты говоришь.
Медведь-монстр торжественно кивнул. Его глаза-пуговнки блеснули чуть ярче, чем обычно.