Нежный цветок севера. Часть 1 (СИ)

Анника согласно кивнула:
— Он хотел, чтобы я сказала ему, где сейчас находится Бьёрн.
— Кто? — Дейна нахмурилась, не понимая про кого её сестра вот уже в который раз повторяет.
Анника вздохнула, но всё же решила рассказать всё сестре.
— Он прибыл вместе с чужаками, которые останавливались у тебя. Я так поняла, что в ущелье на них кто-то напал. Бьёрна ранили, поэтому он уехал вперёд, пока остальные прикрывали его. Тогда же был ранен и Гуннар, из которого я доставала стрелу здесь. А вот Бьёрна я обнаружила недалеко от своего дома, но тогда я ещё не знала, кто он. Здесь мы разговорились с Хэвардом, после чего выяснилось, что мужчина, что был у меня, оказался как раз тем, кого искал Хэвард, поэтому мы с ним так неожиданно уехали. Но когда они отправились сюда, в мой дом вломился тот же человек, что напал на них в ущелье.
Дейна лишь пожала плечами.
— Тебе известно, кто они и почему на них напали?
— Нет, ни Хэвард, ни Бьёрн не захотели ничего рассказывать мне. Они сказали, что только так я буду в безопасности.
— Кажется, они ошиблись. Что ж… Отправляйся спать и следи, чтобы твой пёс не шатался здесь. — Дейна с отвращением посмотрела на щенка. — Не хочу, чтобы потом посетители жаловались.
— Он тебя не побеспокоит. — Уверила её Анника, сильнее прижимая к себе огрызающегося Акки.
Анника прекрасно знала, как Дейна не переносит Акки. И, кажется, это чувство было взаимным.
— И почему ты не оставила его там, где нашла?
— Дейна!
— Впрочем, как знаешь. — Сказав это, Дейна последний раз бросила взгляд на питомца сестры и медленно двинулась по коридору со словами: — Надеюсь, больше ты не попадёшь ни в какие неприятности. В этот раз я помогла тебе лишь потому, что не люблю оставаться ни перед кем в долгу.
* * *
Неделю спустя
За прошедшую неделю отношение людей в деревне к Аннике разительно изменилось. И, казалось бы, куда ещё хуже? Однако, хуже ещё могло быть. Сначала к ней перестали обращаться за помощью, чего прежде никогда небывало, затем на рынке ей перестали продавать товары.
Лишь единственный раз за это время к ней пришла Дейна с просьбой о каком-нибудь средстве избавиться от нежелательной беременности. Анника не решилась спрашивать сестру о подробностях, предшествовавших этому, и просто дала ей то, что она просила, предупредив обо всех опасностях и о необходимости соблюдать правильную дозировку. Нетерпеливо выслушав её, Дейна быстро согласилась со всем и ушла, схватив склянку с сушёной травой.
И вот сейчас Анника сидела, уткнувшись в книгу Равенны, где та в своё время описывала свойства разных трав, когда вдруг услышала какой-то странный шум, доносившийся с улицы. Он становился всё громче и настойчивее.
Подняв взгляд от книги, Анника привстала со стула, чтобы выглянуть в окно, как вдруг в стекло ей прилетел гнилой помидор. Вздрогнув от неожиданности, она отскочила от окна и ещё несколько секунд смотрела как гнилая мякоть сползает вниз по стеклу, пока вовсе не упала на землю.
В приступе негодования Анника выскочила в двери и едва успела увернуться от второго гнилого овоща.
— Что вы делаете?! — воскликнула она, взглянув на смеющихся детей, но вдруг она заметила за их спинами целую толпу взрослых людей. — Скажите вашим детям, чтобы немедленно прекратили это и извинились! — Потребовала Анника, но никто из людей, смотрящих на неё, даже пальцем не пошевелил в ответ на её требование.
Вдруг кто-то из толпы выкрикнул:
— Это будет тебе уроком, ведьма!
Ошарашенная подобным заявлением, Анника не успела среагировать, и следующий помидор пришёлся ей по лицу. Поморщившись от неприятной боли и чувства стыда, Анника смахнула остатки овоща с щеки.
— О чем вы?!
— Не притворяйся, ведьма. Мы наслышаны о твоём недостойном поведении! — Крикнул кто-то из мужчин.
— О каком поведении вы говорите? Что я сделала, чтобы вы поступали со мной подобным образом? Разве не вы приходили ко мне за помощью, когда вам было плохо? Разве я не помогала вам? И вы отплачиваете мне подобным образом?! — Бушевала Анника. — Вы все разом прекратили общение со мной, даже не объяснив причины! Я, итак, живу в отдалении от вас, что ещё вам нужно?!
 
— …ведьма прикидывается невинной, а сама-то принимает чужаков под крышей своего дома!
Толпа согласно загудела.
— Нужно проучить её!
— …да! Да! Схватить её!
Анника в страхе отшатнулась назад, но она не успела укрыться в доме от разъярённой толпы, как вдруг её уже схватили под руки и насильно повели в деревню.
— Стойте! Прекратите! — Анника изо всех сил упиралась, но она лишь оставляла глубокие борозды в земле. — Отпустите меня! Вы все с ума сошли! Идиоты!
Но никто не слышал её. Толпа гудела, шествуя следом за Анникой. Бежавшие впереди дети продолжали нещадно бросать в девушку гнилыми овощами. Анника как могла уворачивалась от них, но за отсутствием возможности хоть как-то защититься, она скоро вся была покрыта гнилой мякотью.
— Я ничего не делала… — взахлёб произносила Анника, но она быстро поняла, что нет смысла идти против разбушевавшейся толпы.
Скоро её привели в деревню к центральной площади, где обычно староста сообщал всем жителям обо всех важных событиях со своего деревянного помоста. Но сейчас там стоял позорный столб, а вокруг помоста, собрались, кажется, все жители.
— Нет! Отпустите! Пожалуйста! — Анника живо представила, что за наказание было уготовано для её. Оказаться прикованной к позорному столбу на глазах у всех своих знакомых — это же настоящее унижение. Да и за что ей это наказание?!
Но вот её через силу провели сквозь толпу зевак и завели на помост. Тут же на помосте появился сам староста и громогласно заявил:
— Эта женщина будет наказана за своё недостойное приличной женщине поведение. За один лишь день её видели в компании сразу нескольких мужчин. Один из чужаков во всеуслышание заявил о требовании выдать ему эту девицу. Мы сами были тому свидетелями.
Анника в ужасе смотрела на старосту, сквозь свисавшие грязные пряди волос, внутренне дрожа от смеси противоречивых чувств: страха и гнева.
— …и дабы преподать урок ей, и на её примере показать всем остальным женщинам, насколько важно вести себя достойно, я приговариваю эту женщину к двум дням позорного столба!
Вся толпа вновь одобрительно загудела. Анника резко дернулась, но так и не смогла высвободить свои руки.
— …да тебя просто задевает то, что я живу одна. Для тебя дико осознавать, что девушка может обходиться без мужской помощи, сама может решать и говорить за себя! — Выкрикнула Анника, глядя на старосту.
Между ними был личный конфликт. Как-то Анника отказалась выйти за него, и теперь он всякий раз припоминал ей этот отказ и чуть ли не обвинял во всех смертных грехах. Она была уверена, что за всем недружелюбным отношением жителей к ней стояла именно он.
— Я никого не принимала в своём доме! — Она обратилась к людям. — Я лишь спасла человеку жизнь! Вы все лишь глупые идиоты, что верят россказням этого самовлюблённого шута!
— …к позорному столбу её! …как она может так говорить о старосте! …ведьма! — выкрикивали люди из толпы.
Староста поднял руку вверх, чтобы утихомирить жителей, после чего посмотрел на Аннику, не скрывая торжествующей улыбки.
— Вот и пришло время тебе расплачиваться за ошибки. Прежде у меня не было повода так поступить с тобой. А будь ты моей женой, мы бы решали всё за закрытыми дверями, а не на глазах у всех.
— Уж лучше стоять прикованной к позорному столбу, чем быть женой такого подлого человека. — Бросила Анника в ответ.
— Другого я от тебя и не ждал. Заковать её!
Мужчины, державшие её, тут же принялись исполнять приказ старосты, но Анника не сдавалась, всё ещё пытаясь вырваться. Краем глаза она заметила свою сестру, стоящую в стороне и молча наблюдавшую за всем происходящим. Она стояла, обхватив себя за плечи. Даже она не решилась вступиться за неё.