Покорители прошлого (СИ)
— Бр-р-р, — поёжился Константин.
— Вот-вот!
— Но тогда это означает, что Родион должен будет войти в нашу семью… — размышлял вслух Костя — … и как это будет воспринято Ирой, Мишей и Катей…
— Извините, что вмешиваюсь, но мне родня никогда не мешала, — ввернула своё слова девушка, стоя у двери в комнату. — Александр Петрович, а где ему тогда проживать?
— Думаю, что если всё выгорит, купим ему дом рядом с вами. Всё равно скоро отсюда нужно будет переселять многих.
— Костик, а что тебя смущает тогда? — полюбопытствовала Катя.
— У родственника должна быть семья, иначе его никак не удержать на одном месте.
— Логично, — кивнул Остапов. — Но мы его проинструктируем на предмет сохранения общей тайны.
— Но вы же понимаете, что такого человека уже никак не убрать, если что, — угрюмо поглядел на него Иванов.
— Костик? — опешила его супруга. — Ты что?
— Я имею в виду, если Родион окажется не совсем благонадёжным… Ты же понимаешь, что это создаст угрозу нашему существованию? Здесь уже столько всего переплетено… — снова покачал он головой.
— Родион зарекомендовал себя надёжным человеком, — успокоил его подполковник. — Судя по отчётам его куратора, всё обстоит именно так.
— Тогда вообще не вижу проблем. Пусть приезжает — познакомимся. К тому же нам есть чем занять как его, так и племянника.
— Тогда общая легенда, разработанная аналитиками ТАМ станет вот какой — группа, сочувствующая Советскому Союзу, провела успешное перемещение контейнеров, но засветилась. Пошли аресты. Родиона и племянника, чтобы спасти, переместили сюда. Дадим им ещё один чемодан с микрокомпонентами, — усмехнулся Остапов. — Чтобы не с пустыми руками пришли. В этом случае мы ничего не теряем, но и у руководства страны не возникнет лишних вопросов — твой предок не был ключевой фигурой и больших перспектив из него не выжать. Племянник же будет «тёмной лошадкой» без лишней инициативы.
— Как мы встретились? — посмотрел на него Иванов.
— Ты его в городе случайно увидел и опознал. А раз ты активно работаешь на правительство, сразу доложил мне.
— Хорошо.
— Не волнуйся, мы его проинструктируем, потом зальём кое-что из Базы Знаний и уже затем перевезём сюда. Пусть с неделю поживёт в Рябиновске, привыкнет, а там и сообщим наверх.
— Блин, столько всего навалилось, — покачал головой Константин. — Голова кругом идёт…
— Не переживай — поможем.
— Александр Петрович, это всё легко на словах, а на деле… Вот, например, просил я генерала помочь выдернуть сюда нужных мне людей…
— Ты о Зимине и Краснове?
— Да, а откуда вы знаете?
— Генерал-лейтенант довёл до меня, что оба сейчас формируют группу — проверяются люди и готовится тот багаж оборудования и наработок, что они сделали… в общем, недели через полторы-две жди их. Формально, он попросил меня передать тебе такой ответ. Ещё вопросы, пожелания, проблемы? — ухмыльнулся он.
— Проблемы есть не у меня, но насколько знаю, наши идеологи «забуксовали» — нужно какое-то сырьё. Ира час назад была и делилась новостями.
— Передай ей, пусть капитан Звонцова сделает полный отчёт, в котором укажет потребности. Как первый день на службе, — нахмурился подполковник.
— Да это сестра просто поделилась новостями. Думаю, что отчёт будет в ближайшее время.
-----------------------------------------------------------------------------
14 Утрированное название тёплых зимних ботинок для умеренного холодного климата с верхом из войлока или фетра.
15 Воинская автомобильная инспекция
Глава 6
17 сентября 1982 года. г. Рябиновск
За эту неделю по городу поползли самые невероятные и противоречивые слухи. Внезапно нагрянувшая комиссия, в таком серьёзном составе, начала эстафету, а потом её подхватили как руководители предприятий, так и простые граждане. Но если небольшие строительные работы на бывшем экспериментальном заводе, вошедшие в последнюю стадию, воспринялись как само собой разумеющееся, то начавшаяся большая стройка в южной части города и захватившая предместье наделала большой фурор. Расчистка трёхкилометровой территории, закладка фундамента сразу нескольких крупных объектов, установка вагончиков и наплыв строителей — всё это позволило думать, что комиссия не просто так прибывала. Да и кадровые перестановки в руководстве города и приборостроительного завода с диким нарушением основного правила внесли свою лепту в эти слухи. А там и кулуарные разговоры между высокопоставленными членами комиссии и директорами местных фабрик и заводов явились весомым довеском общего мнения о том, что Рябиновск в скором времени ожидают глобальные перемены. Настолько глобальные, что никто из местных руководителей предприятий не рискнул сделать хотя бы приблизительный прогноз. Масло в огонь подлило снятие председателя горкома комсомола — Антона Пухова срочно вызвали в Калачеевск, и уже оттуда он приехал никем и ничем. Да и комсоргу двенадцатой школы досталось по всей строгости — вместе с должностью потерял и свой пафос о чистоте рядов. А ещё люди узнали, что в Рябиновске начала набирать обороты новая молодёжная организация. Зачем она и какие цели преследует — пока об этом не знал никто.
У общежития, переделанного из административного корпуса экспериментального завода, в тот день было многолюдно. Примерно за час до этого в Рябиновск въехала колонна «Икарусов»,[16] сопровождаемая несколькими машинами ГАИ. На входе в город её перехватил подполковник Остапов и препроводил до самой парковки у общежития. К этому моменту туда подъехало руководство города и приборостроительного завода.
Колясочников выгружали последних — те, кто имел ноги, вышли сами и теперь присматривались к людям и местности.
— Добро пожаловать в Рябиновск! — начала свою небольшую речь Елена Михайловна. — Мы рады всем тем, кто, несмотря на трудную жизнь, откликнулся и приехал на новое место работы и проживания. Руководство завода, как и города, надеется, что вы плавно вольётесь в коллектив НПО «Прометей» и станете его неотделимой частью. Скажу, как бывший парторг этой площадки, что нынешний директор поднял авторитет нашего радиозавода на такую высоту, что о нём знают на самом верху.
— А работа не сложная? — выкрикнул один из колясочников.
— Ничего сложного, если водку не трескать в рабочее время, — ответил ему подъехавший поближе Никонов. Его пропустили в первый ряд собравшихся. — Мужики, я вот сам такой же, как некоторые из вас, поэтому знаю, о чём говорю… Константин Иванов раньше был начальником этой площадки, а теперь стал директором… и сколько он сделал хорошего для ветеранов войны — тут и часа не хватит, чтобы рассказать. А теперь и до «афганцев» дошёл… нет, работа здесь не трудная, главное, чтобы вы честно работали, как… как у себя дома — с понятием и душой. Тогда будут вам хорошая зарплата и премии.
— Кем работаешь? — спросил тот же коллега по несчастью.
— Сборщиком механических конструкций. Антенны собираю. Часть на удобном столе, часть на коленках. Приноровился выполнять почти две нормы в день, но главное это то, что забыл обо всех проблемах, что были раньше — как тебя гнобили и унижали словами «Я вас туда не посылал», как считал последние копейки, перебиваясь случайными шабашками. У меня супруга тоже здесь работает. Мы сейчас впервые начали жить по-человечески.
— Так с женой тоже можно приехать? — удивился другой колясочник. — А то моя меня собирала, как в последний путь.
— Можно, — кивнул сам Иванов. — Только я не понял, почему не довели эту информацию до людей? — он посмотрел на подполковника, приезжавшего месяц назад для обсуждения проекта.
— Каюсь, мой косяк, — виновато посмотрел он на Костю.
— Товарищ Кошкин, надо бы этот вопрос решить оперативно.
— А если дети есть? — осторожно задал вопрос однорукий инвалид.
— Товарищ Куницина, руководство города сможет помочь в вопросе школ и детсадов?
— Конечно, Константин Сергеевич, — кивнула она. — Что мы, нелюди какие-то? Тогда, товарищи «афганцы», попрошу от вас списки по семьям: какая профессия у жён, возраст детей и всё такое. Постараемся трудоустроить ваши половинки и найдём места в детсадах и школах.