Новое оружие (СИ)
Я вложил ладонь в отверстие на ящике. Тело пронзило знакомым потоком.
Не больно, но и не сказать, чтобы приятно. Радует то, что ничего не нужно делать — просто ждать.
Над ящиком появилась и замерцала прозрачная сфера. Как всегда в такие минуты, я почувствовал, что сознание будто размывается, и то, как сфера меняет цвета, не видел. Привёл меня в чувство голос Платона:
— Достаточно, господин Барятинский.
Я убрал руку.
— Одиннадцатый уровень, — сказал довольный Платон. — Уверен, что до двенадцатого осталось немного. Поздравляю!
— Благодарю, — поклонился я.
И пошёл на место.
До двенадцатого осталось немного… Хех. То-то преподаватель военного дела Илларион Георгиевич Юсупов обрадуется! У него — как раз двенадцатый.
После меня к кафедре вышел Андрей Батюшкин, мой друг и один из Воинов Света. В конце прошлого года у Андрея был третий уровень. Что-то будет в этот раз? Я догадывался, что наши занятия с оружием Света для моих бойцов не проходят даром. Магический уровень ребят однозначно рос. Интересно — какими темпами?
— Уверенный четвёртый уровень, господин Батюшкин, — вынес вердикт Платон. — Ближе к пятому. Поздравляю!
Андрей, сохраняя на лице привычное невозмутимое выражение, поклонился и пошёл на место.
Анатоль Долинский показал похожий результат — четвёртый уровень, ближе к пятому.
Усевшись на своё место, рядом с Андреем, повернулся к нему и подставил лоб. Андрей, всё с тем же невозмутимым выражением лица, влепил другу щелбан. В аудитории захихикали.
Ясно. Кто-то переоценил свои силы и проиграл пари.
Постепенно дошла очередь до Аполлинарии Нарышкиной. Вот тут я смотрел очень заинтересованно.
Полли была самой слабой магичкой среди нас, но своим оружием — луком — владела великолепно. С каждой тренировкой всё больше и больше совершенствовала навыки. Мне было интересно, связано это с ростом её магического уровня, или… Или.
— Третий уровень, госпожа Нарышкина, — объявил Платон. — Едва-едва — третий. Рост по отношению к прошлому году, несомненно, есть, но я, признаться, ожидал от вас лучшего результата.
— У моей матушки — второй уровень, — фыркнула Полли. — Я уже её превзошла!
— Это прекрасно, госпожа Нарышкина, — кивнул Платон, — однако я на вашем месте равнялся бы не на ту семью, что вырастила вас, а на ту, в которой вы воспитываетесь. То есть, на ваших сокурсников — например, госпожу Авдееву. Позволю себе напомнить, что год назад её результат был таким же плачевным, как у вас. Однако госпожа Авдеева всё это время усердно занималась развитием энергетических каналов. Результат — налицо.
Покрасневшая от удовольствия Авдеева горделиво вскинула голову. Полли бросила на конкурентку пренебрежительный взгляд. Проворковала:
— Не сомневаюсь, что этот высокий результат поможет госпоже Авдеевой наладить наконец-то личную жизнь.
Бедняжка Авдеева, не блещущая красотой и, как следствие, обделенная мужским вниманием, из красной стала багровой. А Полли, первая красавица курса, величаво поплыла на место.
— Вот же язва, — пробормотал у меня за спиной Анатоль. Чуть слышно — Платон не терпел посторонних реплик во время урока. — Будь я на месте Авдеевой — я бы её вызвал, честное слово!
— Среди дам не проводятся дуэли, — так же тихо отозвался Андрей. — Но я разделяю твои чувства. Полли неправа. Авдеева не виновата, что родилась некрасивой.
— Правильно делаете, что не сомневаетесь, госпожа Нарышкина, — догнал вдруг Полли спокойный голос Платона. — Да будет вам известно, что рост магического уровня позволяет, в числе прочего, усиливать собственную притягательность для противоположного пола.
— Вот как? — Полли от заинтересованности аж остановилась. Обернулась к Платону.
— О, да, — кивнул он. — И если бы вы, госпожа Нарышкина, более внимательно читали то, что написано вот в этой книге, — Платон тронул лежащий на столе учебник, — то узнали бы об этом и без меня.
В аудитории снова захихикали.
— Впрочем, — невозмутимо продолжил Платон, — ваш текущий магический уровень владение подобными навыками всё равно не допускает. В отличие от госпожи Авдеевой.
Он слегка поклонился Авдеевой — лицо которой в очередной раз изменило оттенок. Теперь оно светилось удовольствием.
А побагровевшая Полли поспешила скользнуть на место.
— Кстати, господа. Со следующего семестра у нас, помимо основного курса магического искусства, появится дополнительный — «расширенная бытовая магия», — объявил Платон. — Тех, кому интересен этот аспект, до конца сентября прошу подать заявку в секретариате. Буду рад видеть всех, чей магический уровень позволит поступить на дополнительный курс… А сейчас — продолжим! Господин Пущин, прошу вас.
К кафедре выдвинулся Мишель. До того бледный, что, если бы я его не знал, поспешил бы подхватить, когда будет падать в обморок. Но я знал Мишеля уже больше года и знал, что он выглядит так всегда, когда вызывают к доске. Очень уж тонкая и впечатлительная натура.
Рука — в ящике. Мишель зажмурился от напряжения…
— Достаточно, господин Пущин, — кивнул Платон. — Уверенный пятый уровень. До шестого уже совсем недалеко. Отличный результат. Поздравляю!
— Спасибо, — только и смог пробормотать Мишель.
Счастливый, побрёл на место.
— Я ни секунды не сомневалась в тебе! — восхищенно глядя на Мишеля, прошептала Полли.
Формально — прошептала, фактически — её услышали все, кто находился в аудитории. И лишний раз вспомнили, в кого влюблен Мишель Пущин, над которым ещё год назад Юсупов со товарищи потешались, как могли. А сейчас Мишель — маг почти шестого уровня. Получил из рук Его императорского величества собственный особняк в центре города — это в семнадцать-то лет!
Понятно, что жених вырисовывается весьма перспективный — вот Полли и спешит заявить на него права. Дабы ни у одной из курсанток не возникло соблазна даже смотреть в эту сторону.
В прошлом году Полли так же усердно боролась за меня. Да и до сих пор, кажется, не потеряла надежду. То, что я к её поползновениям категорически равнодушен — последнее, что может смутить госпожу Нарышкину. Особенно сейчас, когда рядом со мной нет Кристины…
Ладно. Упрёмся — разберёмся. С Полли всё ясно, и теперь в аудитории остался последний человек, чей магический уровень интересовал меня больше, чем собственный. Фамилия этого человека, как назло, находилась в самом конце списка.
Когда Платон объявил мой уровень — одиннадцатый, Юсупов заметно напрягся. Как будто ожидал услышать что-то совсем другое — например, что магический уровень Константина Барятинского непонятным образом упал ниже плинтуса и продолжает катиться в тартарары.
Жорж сидел, как на иголках — тем самым всё больше укрепляя мои подозрения.
— Господин Юсупов, — добравшись наконец до последней фамилии, вызвал Платон.
Жорж прошагал к кафедре. Всем своим видом пытаясь демонстрировать, что на результат ему плевать, сунул руку в ящик. Вращающаяся сфера, появившаяся над ящиком, начала стремительно менять цвета.
Прозрачная изначально, она мгновенно стала белой. Желтой, коричневой, розовой, красной… Ого. Красный цвет — это уже очень приличный уровень! А сфера на этом не остановилась. Красный цвет становился всё насыщеннее. Всё ярче и ярче. Когда сфера приобрела рубиновый оттенок, а лицо Юсупова побледнело так, что хоть в гроб укладывай, Платон объявил:
— Достаточно.
Жорж его будто не услышал. Так и стоял неподвижно, держа руку внутри ящика.
— Достаточно, господин Юсупов! — повысил голос Платон.
Но Жорж по-прежнему не реагировал.
Платон, нахмурившись, шагнул к нему. Взял за руку. По его кисти и предплечью Юсупова пробежали магические искры.
Кто-то из девчонок испуганно взвизгнул. Я напрягся. Привстал — готовый выскочить из-за парты и броситься на помощь учителю.
Платон держал Юсупова за руку. Явно силился вытащить её из ящика — но ничего не происходило. Магические искры окутывали их обоих всё плотнее.