Найденные любовью (СИ)
Я чувствовала, как земля ускользает у меня из-под ног. Каждое слово Фабио действовало на меня как удар. Подобная мысль даже не пришла мне в голову.
— Я…
Он отпустил меня и отвернулся, направляясь к Северо.
Я опустила взгляд и почувствовала жгучий стыд. Я только что чуть не убила человека…
— Ты уверенна, что Фабио тот человек, с которым ты хочешь провести жизнь, сестра? — пробурчал Лука рядом.
Ничего не ответила, потому что просто не могла говорить. Сверху пролетела стая птиц, издавая пронзительные громкие звуки. С удивлением обнаружила, что не проронила ни одной слезы. Лицо по-прежнему оставалось сухим.
— Нужно зайти в дом и спустится в тоннели. — Фабио прошел мимо, направляясь в сторону дома и я последовала за ним, пристально наблюдая за его спиной.
Виктория схватила меня за руку, когда я чуть ли не упала, споткнувшись о ветку. Вручила мне, брошенные пистолеты и сочувственно посмотрела.
— Он остынет.
Я пожала плечами.
— Неважно. Он прав.
Это была полуправда. Мне было важно, чтобы он снова посмотрел на меня с нежностью, а не с презрением. Однако он был действительно прав. Я постоянно портила все своими чертовыми эмоциями. И он относился с пониманием и терпением, но сегодня оно, видимо, лопнуло. Я своими же руками чуть не уничтожила единственного человека, который мог вывести нас на Марко.
ГЛАВА 12
Солнце почти полностью село за линию горизонта, а за счет тени деревьев — в лесу было еще темнее. На полпути Фабио остановился и повернулся.
— Лука, останешься с Северо. И вы, — он перевел взгляд на нас с Викторией. — Тоже.
Понимаю, что он зол и рассержен на мою глупость, но оставить меня здесь? Да и еще и одному идти туда, где наверняка бесчисленное количество врагов? Это даже для Фабио будет неимоверно плохим решением. Не удосуживаясь ожиданием ответа — разворачивается и продолжает свой путь.
Умоляюще смотрю на Викторию.
— Отвлеки его, пожалуйста. — шепчу я.
Она закатывает глаза и подталкивает меня к удаляющемуся Фабио. Благодарно улыбаюсь и шепчу одними губами:
— Спасибо.
Девушка стремительно шагает к Луке, который развернулся и отправился к месту, где мы оставили Северо с двумя простреленными ногами. Поэтому сбежать он никуда не мог. Но перестраховаться все же нужно.
Вдыхаю в легкие побольше воздуха и ускоряюсь почти до легкого бега, чтобы нагнать Фабио. Я, конечно же, не могу вести себя достаточно тихо и ступать бесшумно, поэтому мужчина резко оборачивается, стоит мне сократить между нами расстояние до десяти метров примерно. Он сжимает челюсти с такой силой, что, кажись, еще немного и заскрипят зубы.
— Я же сказал оставаться с Лукой.
Подхожу ближе и несмело переминаюсь с ноги на ногу.
— Мне жаль, Фабио. Прости. Не знаю, что на меня нашло. Я даже не подумала о том, что Северо единственный наш шанс.
Рассматриваю траву под своими ногами и словно нашкодивший ребенок не осмеливаюсь поднять взгляд. Что я в нем увижу? Снова ту ярость, направленную на меня? Или еще хуже — презрение? Сомневаюсь, что смогу их вынести.
Поднимается небольшой ветер, но он достаточно прохладен, чтобы заставить зябко поежится. Ожидание угнетает. Это одно из самых отвратительных чувств, что я испытывала. Сейчас это ожидание не радостное и предвкушающее что-то хорошее, а тягостное и напряженное.
Слышу раздраженный вздох.
— Держись рядом, Габриэлла. И не смей что-то делать без моего ведома.
Судорожно киваю словно кукла заведенная. Сейчас готова на что угодно и ради спасения Марко, и прощения Фабио. Когда все это закончится, а все-таки продолжаю надеяться, что рано или поздно это случиться, мне определенно нужно проверить мозги. Я сама понимаю, что часто веду себя неадекватно, делая те вещи, о которых бы в здравом уме никогда бы не додумалась.
Мы пробираемся между высокой травой, оказываясь с задней части дома. Царит оглушающая тишина. Конечно, эта тишина не может не насторожить, а поэтому приходится держать ухо востро, когда я следую за Фабио немного позади.
— Убери один пистолет в кобуру. — тихо приказывает Фабио, и я делаю как говорят. — Один в руки. Если почувствуешь опасность — стреляй, не мешкая. Но стреляй точно в цель. Один выстрел — один труп.
И вроде все это я уже знаю. Когда-то меня обучали подобному на случай непредвиденных обстоятельств. Но даже тогда, мне непривыкшей к подобным методам решения проблем, казалось таким невозможном выстрелить в человека. Убить его. А сейчас же, когда находишься в поразительной близости от опасности и осознаешь, что действительно придется стрелять — внутри все равно что-то обдает холодным непринятием.
— Габриэлла? — Фабио оборачивается, не дожидаясь моего ответа и вопросительно приподнимает бровь. — Либо ты делаешь как я говорю, либо возвращаешься к Луке и ждешь там. Я не хочу сегодня и твой труп увидеть.
Его бесстрастные речи больше меня не обманут. Хоть его голос и звучит леденяще-холодно — все же чувствуются, что внутри он беспокоится.
Готова ли я вернуться и сходя с ума от неведения просто ждать? Нет. А готова ли я лишить жизни человека напрямую относящегося к покушению Марко? Северо же я хотела пристрелить? И сделала бы это даже сейчас, уже осознав все, если бы только он не был единственным человеком, благодаря которому можно найти сына. Ответ сам всплыл в моей голове, и я кивнула с необычайной уверенностью, потому что как никогда ее ощущала.
— Я поняла.
Фабио еще секунду на меня смотрит, а затем отворачивается и подходит к одному из окон. В нем открыта форточка, но даже при всем желании попасть внутрь — это сложно осуществить из-за решеток.
— Стой здесь. Я проверю открыта ли хоть одна из дверей.
Не успеваю я возразить как он скрывается за углом. Судорожно оглядываюсь и жмусь к стене, стараясь врасти в нее и стать как можно незаметнее. Сомневаюсь, что здесь еще остались люди Северо, но все равно как-то уж не по себе торчать в какой-то глуши посреди леса в такую темень.
Лука не даст сбежать Северо это точно. Да и Виктория чего стоит. И вдруг вспоминаю об еще одном человеке, который прибыл с нами, но видела его последний раз еще в аэропорту, когда он стремительно скрылся разведывать обстановку. Где вообще Сантино?
Слышу шорох и резко оборачиваюсь, направляя пистолет прямо в голову… Фабио. Он поднимает руки.
— Спокойно, это всего лишь я.
Всего лишь?
— Напугал до чертиков. — признаюсь шепотом и опуская оружие.
Мужчина не отвечает, подходит ближе и принимается изучать решетки. Расстояние слишком маленькое, чтобы он смог пролезть. Можно прострелить замки, но вызывать лишний шум рискованно. Глушители я как-то и не подумала брать, когда в багажнике Фабио обчищала его арсенал. Слишком нервничала.
— Я могу пролезть, если ты поможешь забраться. — неожиданно для себя самой предлагаю я, внимательнее рассматривая объект нашего изучения.
— Я думал об этом. Но нет. — отрезает он.
— Почему нет? Я могла бы зайти внутрь и открыть дверь, чтобы и ты вошел.
Это был просто прекрасный план, потому что попасть в дом нужно было обязательно. Там ходы.
— Потому что там может быть что угодно. И кто угодно. Слишком уж все это подозрительно.
Не обращая внимания на его слова, я уже сама пытаюсь взобраться на парапет, но ноги так и норовят соскользнуть с гладкой поверхности металла.
— Нас точно не убьют. — пытаюсь сказать, что опасения напрасны. — Ты же слышал план Северо. — морщусь. — Он хочет, чтобы нас убил собственный сын.
— Слышал. Но помимо того, что я слышал я еще и много лет знаю его. Методы, которым он может прибегнуть и хитрости, которая не раз ставила в тупик даже, казалось бы, самых умных людей.
— Он просто сумасшедший. — бурчу гневно, не собираясь восхвалять тут его богом данный ум. Тьфу! Пусть себе в задницу его засунет!
— Определенно. Но часто именно душевно больные становятся серийными маньяками.