Найденные любовью (СИ)
Я сглотнула вязкую слюну. В горле пересохло и очень хотелось пить, но я не могла сейчас думать об этом. Пришлось обходить пункт охраны и искать место в заборе, где прутья были расширены, чтобы можно было перелезть. Я уже раньше пользовалась этим способом, когда пыталась сбежать, но меня всегда ловили.
Оказавшись на участке, я оббежала дом с задней стороны сада, скрываясь в тени деревьев. Двери в гостиную были открыты. Мое дыхание сбилось. Я надеялась, что с Марко все было в порядке, но также не забывала о возможной опасности столкнуться с людьми Северо. Сердце гулко стучало в груди, когда я старалась бесшумно ступать в помещение. Как только я вошла — сразу же наткнулась взглядом на высокого темноволосого мужчину — Дэмиано. Я облегченно выдохнула. Он разговаривал по телефону, но сразу замер, заметив меня. Его внимательный взгляд скользил по моему телу, и он закрыл глаза на секунду и сбросил вызов.
— Габриэлла… — начал он, но я перебила его.
— Где Марко, Дэмиан?
Он опустил взгляд и нервно пробежался пальцами по голове. Его тяжелый вздох отразился эхом от стен. Мне было больно даже думать о чем-то, кроме того, как забрать Марко и уйти отсюда. Я внутренне напряглась, пытаясь себя подготовить к тому, что скажет Дэмиан, но как бы я не старалась — дыхание застряло в груди. Он посмотрел на меня и в первый раз за все время, что я провела здесь, увидела сожаление в его глазах.
— Я не знаю, Габриэлла. Пытаюсь выяснить, но отец не отвечает. Не выходят на связь и его люди.
Нож выскальзывает из моей руки и с оглушительным звуком ударяется о кафель. Смотрю вперед, но ничего не вижу: темная пелена выступила перед глазами. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени, не обращая внимание на боль. Дэмиано что-то говорит, но в голове лишь один голос — моего сына. Вспоминаю его улыбку и смех, первое слово и первые шаги. Сердце пронзает острая стрела боли. Она так сильно его ранит, оставляя неизгладимый шрам — пустоту. Меня перестают волновать любые проблему, когда я чувствую это удушье. Делаю вдох — но воздух ощущается так, словно это горячие и ядовитые пары. Не осознаю, как из глаз начинают течь слезы.
Двумя годами ранее
Мне все еще не верилось в то, что сказал мне мужчина по имени Дэмиан несколько дней назад. Я думала, что задержка связанна со стрессом, но никак не с беременностью. Это было так глупо с моей стороны! Мы с Фабио не предохранялись наш первый и единственный раз — были слишком поглощены необузданным огнем страсти. Ужасно безответственно, но в тот момент я даже не вспомнила о защите.
Я несмело коснулась пальцами своего живота и встала перед зеркалом, задрав футболку. Еще ничего не было заметно — срок маленький, но мне казалось, что я уже чувствую малыша внутри. Погладила кожу живота по кругу и уставилась на него.
— Наверно, ты мое спасение. — прошептала я.
С того самого момента, как узнала, я перестала кричать и биться в истерике. Я не могу рисковать самым дорогим подарком на свете. Мне хотелось разговаривать с ним и постоянно касаться живота. Губы тронула улыбка.
— Я уже люблю тебя.
Моя вера в то, что Фабио найдет нас рано или поздно не угасала ни на секунду. Было обидно из-за моего уже долгого нахождения здесь. Прошло два месяца! Дэмиано сказал, что мы в Мексике в его доме и пообещал обеспечить всем необходимым.
Кто этот человек? Почему не отпустит? Я не хочу, чтобы он обеспечивал всем необходимым нас. Я нуждалась в Фабио, он даже не знал, что скоро снова станет отцом. Правда, его реакцию было сложно предугадать, учитывая его болезненное прошлое. Это тревожило меня, потому что ребенок должен быть запланирован и желанен. В нашей ситуации все вышло спонтанно и неожиданно.
Но я точно решила для себя: даже, если Фабио не захочет его — я все равно рожу и попытаюсь воспитать сама. Будет сложно, но во мне хватит любви и за отца, и за мать. Осталось только выбраться отсюда.
День родов
Первые схватки не были такие болезненные, как я изначально предполагала. Я даже обрадовалась, понадеявшись, что так пройдут все роды. Но, господи, как же я ошибалась! Это было тяжело. Так тяжело, что я несколько раз отключалась из-за мучительной боли не в силах не то, что тужиться, я даже голову держать не могла. В глазах полопались сосуды от долгого напряжения. У меня был узкий таз, а ребенок был слишком велик для моего тела. Еще вовремя беременности врач предупреждал о возможных трудностях, но я уже была огромна как арбуз и мечтала поскорее родить.
Но я хорошо прочувствовала то, как тяжело выходил ребенок. Когда наконец я почувствовала долгожданное облегчение, раздался крик.
— У вас мальчик, Габриэлла. — сказал доктор и я почувствовала мокрый маленький комочек на груди. Не в силах что-либо сказать, я перевела взгляд на голову, покрытую черными-черными волосами, и прижалась к ним носом, вдыхая его аромат.
Клянусь, я почувствовала, как мое сердце разрывается из-за безграничной нежности и любви к нему. В горле встал комок и как бы я не старалась его сглотнуть — не пропадал. Тогда по моим щекам потекли первые слезы и вскоре я уже навзрыд плакала.
Я была так счастлива, но в то же время несчастна. Фабио рядом не было, чтобы он смог разделить со мной это мгновенье. Во мне все еще жила надежда, что он найдет нас рано или поздно. Почему-то я не сомневалась в том, что он ищет. Это было в его натуре — добиваться своих целей чего бы ему это не стоило. И он же сказал… сказал, что защитит меня…
Спустя месяц после родов
— Ты не думаешь, что стоит дать ему имя? — спросил Дэмиано, глядя как я качаю колыбель с моим малышом. Я улыбнулась ему и перевела взгляд на мужчину, вставшего в дверном проеме.
— Я хочу, чтобы Фабио тоже принял участие в выборе имени. Все-таки он и его сын тоже.
Дэмиано наклонил голову набок. Он совсем меня не понимал!
— Прошу, Дэмиано. Отпусти нас…
— Ты знаешь, что я не сделаю этого. — он прервал меня, не давая договорить.
Проблема была в том, что я не знала почему он отказывается! Дэмиано не обращался со мной плохо, но и не питал ко мне всепоглощающей любви. Я видела, что ему не нравилось все это, но он упрямо отказывался отпускать нас каждый раз стоило мне заикнуться об этом.
Я прикоснулась к волосикам сына и вышла из комнаты, показав Дэмиано сделать тоже самое. Мы остановились в коридоре.
— Я пришел сказать тебе, чтобы ты сегодня не спускалась вниз. — сказал Дэмиано, и моя кожа покрылась мурашками.
Я прекрасно понимаю, что это значит. Приезжает Северо. Он нечасто появлялся, но когда все-таки навещал, то не упускал возможности оскорбить меня и мою родную мать. Мне были неприятны истории, которые он рассказывал об их мерзком прошлом. Я не хотела слушать и пыталась уйти, однако он угрожал, что сделает что-нибудь с моим ребенком на протяжении всей беременности. И мне приходилось слушать. Иногда он заговаривал о Фабио. О том, как он страдает, что даже чуть не убил его. Эту историю он рассказывал в последний свой приезд, и я заметила, что он сильно хромал. И в тот же раз он начал говорить о том, что все начали забывать обо мне. Многие думали, что я умерла и возвращались к своей прежней жизни. И именно тогда я почувствовала, что начинаю задыхаться. Мои демоны еще приходили ко мне, но я всегда находила силы их прогнать. Но в тот момент мне было так плохо, что стены снова начали давить на меня.
Не знаю, что случилось бы, если бы не появился Дэмиано и не прогнал своего отца. У них было плохие отношения, но все же он подчинялся ему. Просто не во всем и так, как считал нужным.
— Что он хочет от меня? — отстраненно спросила я. — Я — не моя мать. И я также не могу вернуть прошлое. — прошептала я, обессилено прижимаясь спиной к стене.
— Я не одобряю то, чем занимается отец, но не могу ослушаться его. Я и так слишком много приказов нарушаю, потому что ты не заслужила такого обращения. Но я действительно не могу отпустить тебя, Габриэлла. Это только еще больше его разозлит, поэтому прояви терпение. Он отпустит вас.