Между тьмой и пламенем. Часть III (СИ)

Впрочем, предъявлять ему претензии на этот счет Инерис не собиралась, а потому промолчала, опустив голову.
Даскалиар, внимательно наблюдавший за ними, вдруг спросил:
– А как тебе удалось укрыться от ищеек? Дед ведь так легко не сдался, сам понимаешь…
– Если вкратце – маскировка ауры под человека и ограничительный обряд плюс артефакты, – лаконично сообщил Кэллиэн, отвернувшись от Инерис.
Стало немного легче, но при этом ее почему-то замутило. То и дело накатывала неприятная слабость.
Даскалиар покачал головой.
– Вечность, сколько усилий, лишь бы спрятаться от тех, кого ты мог с легкостью уничтожить – да этого от тебя, по сути, и ждали, деду пришлось в итоге пачкаться самому… – А потом, словно охваченный внезапной идеей, подался вперед: – Постой. Разве маскировка ауры способна скрыть обращение к магии смерти?
– Смотря как ее накладывать. Но заклинание получается в лучшем случае нестабильным и…
– При чем тут магия смерти? – вдруг подала голос Инерис. Она не знала, хочет ли знать ответ, но не могла не спросить. – Почему вы то и дело о ней упоминаете?
Кэллиэн вдруг замер. Ни единого движения, словно он даже дышать перестал.
Император Йерихо устремил на девушку удивленный взгляд.
– А вы разве не знаете?
– Чего? – страшась ответа, произнесла Инерис.
– Он ведь...
– Замолчи! – вдруг бросил полувампир пугающе пустым тоном.
Но Даскалиар словно не услышал.
– Он черный маг, леди Ламиэ. И давно привык лицезреть лик Шаэли.
Леди-наследница после первых же слов принялась яростно качать головой, отказываясь верить в это.
– Нет, – как со стороны услышала она собственный голос. – Кэллиэн не такой. Он служил у нас много лет, и да, он темный и не скрывает этого. Но то, на что вы намекаете…
Император вдруг рассмеялся, но как-то странно – с горечью и гневом.
– Намекаю? Говорю прямым текстом! Леди Ламиэ, он черный маг! Понимаете разницу? Он был и остается лучшим мастером магии смерти во всей империи Йерихо – потому и служил в моей семье, пока не решил самовольно разорвать бессрочный контракт с моим дедом. В его оправдание скажу, что заключен этот контракт был в одностороннем порядке, то есть мнения вашего приятеля никто и не спрашивал.
Инерис вздрогнула. Перевела взгляд на неподвижного, словно окаменевшего Кэллиэна, с чьего лица сбежали всякие краски.
И истерически расхохоталась.
По щекам побежали слезы, всхлип оборвал неестественный смех.
– Черный? Маг смерти?
– И мой бывший наставник в этой разновидности магии, – кивнул Даскалиар.
Кэллиэн шагнул было к ней, но Инерис отшатнулась, торопливо вытирая слезы и моля богов о том, чтобы этот срыв побыстрее закончился. Нельзя представать такой слабой перед императором Йерихо, нельзя! А с каждым взглядом на Кэллиэна истерика подступала заново.
– Не приближайтесь, лорд Дэтре!..
Хотела приказать, а получилась фактически мольба. Но Кэллиэн послушался.
– Простите, леди Ламиэ, – и он коротко поклонился, а ей захотелось завыть. Непонятно, от чего. То ли от того, что она за эти двадцать минут узнала о Кэллиэне больше, чем за предыдущие шесть лет, то ли от того, что именно она узнала, то ли от этого официального обращения.
Да, гадая о том, увидятся ли они когда-нибудь вновь, такого Инерис себе даже представить не могла! Это не может оказаться правдой, это какой-то фарс или розыгрыш, или…
– Лорд Дэтре, – задумчиво повторил Даскалиар. – Фамилия твоей матери, верно? Человеческой леди?
– Вычеркнутой из всех реестров стараниями уже моего дражайшего деда, который так и не смог простить ей недостойного происхождения! – бросил черный маг, с явным усилием отведя взгляд от вытирающей слезы девушки.
– А как ты научился сдерживать жажду?
– Этот метод я не порекомендую никому, – снова оскалился Кэллиэн. – Запатентовать не получится.
Даскалиар с нехорошим, хищным интересом пригляделся к лицу бывшего наставника.
– Всего один клык?
– Издержки метода, – издевательски бросил Кэллиэн.
Инерис нервным движением снова вытерла слезы, сдержала всхлип, крепче сжала зеркальце, стараясь сосредоточиться на привычных гранях оправы и не думать об услышанном, которое слишком плохо укладывалось в сознании.
 
– Угу… за дурака меня держишь? Думаешь, я не догадываюсь, как ты это сделал? Если от меня фонит магией смерти, то от тебя – божественным вмешательством. Я из высшего рода и чувствую такие вещи. Все-таки поклонился в ножки Шаэли?
– А ты так и не смирился с тем, что на этой стезе от нее никуда не деться! Поэтому и аура никак не восстановится! – сгоряча рыкнул Кэллиэн.
Инерис выронила зеркальце. Кэллиэн, резко крутанувшись, поймал его в миллиметре от пола, посмотрел на простую серебряную рамку… и вновь поднял взгляд на девушку.
– Почему Шаэли? – чуть слышно спросила она.
– Смерть стирает все различия, – тихо произнес Кэллиэн, не отводя взгляда, не собираясь оправдываться, – расовые, сословные, физиологические. Смерть – оптимальное, высшее равенство. К кому еще взывать, если хочешь избавиться от неугодной половины собственной крови?
– Но как вы не побоялись?
– Есть вещи похуже, Инерис, поверьте мне.
– А чего ему-то бояться, – хмыкнул Даскалиар. – Можно подумать, в первый раз.
Кэллиэн побелел окончательно и действительно стал напоминать вампира. Но не возразил.
Инерис сжала виски ладонями, зажмурилась.
– Лорд Дариэт… перестаньте, пожалуйста. Я не знаю, что между вами произошло, но наговаривать…
– Что произошло? Он бросил меня и сбежал, прекрасно зная, кого возьмут на его место и как меня будут ломать! Возможно, вы не в курсе, леди Ламиэ, но мой дед, ар-лорд Дариэт, не испытывает особого уважения к законам и родственным связям и считает, что его цели превыше всего остального, потому и прикармливал магов смерти. А я после исчезновения вашего приятеля чуть было не стал его послушной марионеткой. Вот что произошло, не больше и не меньше!
Черный маг вздрогнул. Сквозь ярость проклюнулось застарелое чувство вины. Значит, ар-лорд Дариэт пошел на крайние меры, и следующим наставником Даскалиара все-таки стала та эльфийская тварь, Лассиль, которой он лично с удовольствием помог бы упокоиться еще на этапе обучения… Но это не оправдывало юнца.
Кэллиэн решительно шагнул вперед.
– Не вмешивай в это леди Ламиэ, – негромким, угрожающим голосом произнес он, положив руку на плечо Даскалиара и крепко сжав пальцы. – Ей ни к чему все это знать.
Ах вот оно что… Ни к чему. И правда… Нет, он, конечно, не обязан был ей доверять и рассказывать что бы то ни было. Тем более когда солгать так просто, а бестолковая наследница, никогда не утруждавшая себя проверкой его слов, легко поверит… Как бы Ассаэр сейчас посмеялся над ее наивностью!
– Ну почему же, – ядовито хмыкнул Даскалиар, выворачиваясь из цепкой хватки. – Она ведь должна знать, кого защищает!
– Поведение, достойное твоего деда, – сказал, как сплюнул, Кэллиэн.
Пришел черед Даскалиара побледнеть от гнева.
Инерис пошатнулась.
Ар-лорд Дариэт? Даскалиар? Кэллиар или все-таки Кэллиэн?..
Имена ожили, огненными буквами кружась перед ней во внезапно сгустившейся темноте.
Голос Кэллиэна, так разительно изменившийся, доносился теперь словно из-под толстого ватного одеяла.
– Инерис? С вами все в порядке?
И в нем как будто тревога.
Да нет… Снова ложь… что Ассаэр, что он… что отец до того… Ну почему все мужчины в ее жизни непременно норовят ее обмануть?!
– Не подходите, – хотела приказать Инерис, но губы вдруг показались тяжелыми, язык не желал шевелиться, будто налился свинцом.
Ее подхватили холодные, сильные руки.
 
Тревожный взгляд пронзительно-синих глаз был последним, что она увидела до того, как потерять сознание.
***
Далеко в Йерихо, на границе двух провинций, Грована и Равена, ищейка довольно оскалилась, показав безупречно ровные, белоснежные зубки. Изумрудные, чуть раскосые глаза заволокло тьмой, затем она развернулась к юго-востоку и, заправив за заостренное ухо прядь прямых светлых волос, удовлетворенно кивнула.