Босс преступного мира (ЛП)

Открыл крышку и глубоко вдохнул.
— Ты совсем не скромница, принцесса. Отнюдь.
Когда он обернулся, мне стало любопытно, каков будет его следующий шаг. Достанет ли он своё оружие, хотя я не была уверена, было ли оно при нём.
— Ты думаешь, что знаешь меня, Арман, но это далеко не так.
— Я действительно знаю тебя, принцесса, потому что ты в точности такая же, как я, за одним исключением. Ты заботишься об окружающих тебя людях, что делает тебя мягкой внутри, уязвимой для садистских желаний такого очень плохого человека, как я. И не могу дождаться, когда стану человеком, который снимет каждый слой, обнажив нежную невинность внутри, что именно я и планирую делать. В этот момент ты будешь принадлежать мне.
Этот мужчина был сумасшедшим, если думал, что я уделю ему время, не говоря уже о том, чтобы позволить себе сдаться.
— Пошел ты нахуй.
— Уверяю тебя, это произойдет с тобой, милая и соблазнительная принцесса. Но только после того, как ты меня об этом попросишь.
ГЛАВА 13
Рэйвен
Суровые, будничные слова Армана не выходили у меня из головы, его глаза мерцали, как будто он поймал меня на очередной лжи.
Я рассмеялась, звук получился пронзительнее, чем я намеревалась.
— Ты, должно быть, шутишь. Я бы никогда ни о чём тебя не попросила. Ты всегда такой высокомерный придурок, слишком уверенный в себе?
— Столь резкие слова.
— Необходимые.
Несмотря на мою браваду, этот могущественный мужчина всё равно заставлял меня дрожать от страха и ярости из-за желания, проносящегося по моему телу. Мне потребовались все силы, что у меня были, чтобы не ударить ладонью по его красивому лицу.
— Почему бы тебе не рассказать мне всё, принцесса? — бросил он мне в лицо. — Кроме того, я знаю, что ты умираешь от желания предоставить мне полное досье о том, что ты узнала обо мне со времени нашего совместного приключения. Докажи, что я неправ, что ты меня не хочешь и что ты не пришла к выводу, что я единственный мужчина, который может удовлетворить тебя.
На мгновение я была настолько шокирована его диковинным высокомерием, что на ум не пришли ни слова, ни какие-либо колкости. Я почувствовала, что по крайней мере пара клиентов наблюдают за моим общением, им любопытно, что мы обсуждаем с такой горячностью.
— Боже. Я тебя терпеть не могу.
— Всё свидетельствует об обратном. Однако имей в виду, что я, вероятно, намного хуже любого мужчины, с которым ты когда-либо сталкивалась. Но дерзай. Я весь во внимание.
— Нет сомнений, что ты всегда был мерзким, жестоким и безразличным. Сомневаюсь, что ты имеешь хоть какое-то представление о том, что значит любить или заботиться о ком-то. — На несколько секунд вспышка гнева затмила веселье, которое он получал от моего дискомфорта.
Челюсти Армана сжались, и он наклонил голову, подчёркивая свои аристократические черты.
— Обеспокоена тем, что ты будешь не права, принцесса?
— Обеспокоена, что ты не сможешь справиться с правдой.
То, как он потягивал кофе, было слишком сексуально, этот мужчина сводил меня с ума.
— Я готов к этой задаче. Постарайся.
Он был ещё более высокомерным, чем я его помнила.
— Ты предпочитаешь использовать свою привлекательную внешность в качестве оружия, будь то в своём законном или незаконном бизнесе, претендуя на то, чтобы быть в центре внимания, просто войдя в комнату. Ты чрезвычайно сдержан, о чём свидетельствует то внимание, которое ты уделяешь своему гардеробу. Тот факт, что твои вьющиеся волосы не уложены идеально, учитывая тёплый, влажный бриз, вероятно, сводит тебя с ума. Предполагаю, что ты принимаешь душ дважды в день, проводишь точное количество времени в своём драгоценном тренажёрном зале с точностью до минуты и ни разу не осмелился попробовать что-то отдалённо впечатляющее в своей обычной жизни. Чёрный. Скучный. Кофе.
 
Когда на долю секунды ярость вспыхнула в его глазах, словно осколки стекла, разбившегося о мраморный пол, я улыбнулась.
И добила собеседника.
— Ну как я справилась, большой мальчик? Мои слова ранят до такой степени, что хочется заткнуть мне рот, что ты и делаешь со всеми, кто встаёт у тебя на пути или бросает тебе вызов? Да?
Я вышла из-за прилавка, скрестив руки на груди. Несмотря на всю мою браваду, мои ноги продолжали дрожать, но не настолько, чтобы выдать ужас, пробегающий по каждой мышце и вене.
Когда он ничего не сказал, я мысленно дала себе пять.
— А ты уверена в себе, — проговорил он, приподняв бровь, и я почувствовала, что заставила его встрепенуться.
— Я знаю ваш тип, мистер Тибодо. Что бы ты ни скрывал, это лишило тебя всего, кроме ярости и ненависти. Как печально, потому что в ту долю секунды, когда меня впустили внутрь, я почти насладилась тем, что обнаружила. Почти.
Я знала, что превысила свой лимит, и была слишком легкомысленна, чтобы продолжать.
— Возможно, ты удивишься моему типу.
— Тебе когда-нибудь бывает весело? Ты когда-нибудь расслабляешься и ведёшь себя беззаботно, или в твоём мире разрешены только кровопролитие и насилие?
Хотя я говорила тихо, чтобы никто из других гостей или Эми меня не услышали, я, похоже, ничего не могла с собой поделать. Его взгляд стал более пристальным, злым, и я почувствовала, что поплачусь за это.
Он глубоко вздохнул, задержав дыхание, когда осмелился подойти ближе, настолько, что полностью заполнил моё пространство, вызвав непреодолимое желание протянуть руку и провести пальцами по его щеке. Казалось, он намеренно не брился, невероятная щетина, покрывающая его челюсть, подчёркивала его потрясающую внешность. В ярких лучах солнца он был ещё красивее, его кожа слегка загорела, но больше всего мне хотелось запустить пальцы в его густые роскошные волосы.
Теребя их, пока он трахал бы меня, как дикое животное.
Поскольку на мне были теннисные туфли, он возвышался надо мной, своим присутствием напоминая о том, что он был точеным богом.
— Почему бы тебе не поделиться со мной тем, что ты считаешь весёлым?
— В Батон-Руж?
— Вообще, милая Рэйвен. Мне более чем любопытно.
У меня в горле образовался комок, его внимание привлёк сильный пульс на шее сбоку. Почему у меня было такое чувство, что он хотел впиться зубами в мою вену, высасывая мою кровь? Я вздрогнула от этой мысли, меня так привлекла насыщенная интенсивность его глаз цвета виски, что я почти забыла, о чём он спросил.
— Прогуляться босиком по берегу реки или океана. Взять рожок с мороженым и направиться в парк для выгула собак, смеяться над выходками щенков, пока они играют друг с другом. Ворваться на свадьбу только для того, чтобы выпить бокал шампанского и расписаться в книге регистрации. Снять с себя всю одежду и резвиться ночью в фонтане, когда в небе висит яркая луна. Часами смотреть на огни рождественской ёлки, пить горячее какао и петь праздничные мелодии незнакомцам. Наслаждаться ленивым воскресным просмотром старых фильмов, попивая мимозу.
Я поймала себя на том, что хихикаю, высказывая такие глупые мысли, но все они были правдой.
И я никогда и никому другому не говорила этого за всю свою жизнь. Так почему ему?
Я ожидала, что он будет смеяться надо мной, критикуя каждую идею, как будто это самые глупые вещи в мире, которые он когда-либо слышал. Он был богат. Он, вероятно, предпочёл бы улететь в Париж или, может быть, на Сицилию, чем делать что-то настолько банальное.
— Каждое из этих предложений звучит замечательно, Рэйвен. Я бы с удовольствием разделил их с кем-нибудь особенным.
Чёрт возьми! Как он мог быть таким очаровательным?
Он осмелился подойти ещё ближе, подняв руку, как будто собирался погладить меня по щеке. Я намеренно отступила на шаг, стараясь избежать дополнительного контакта. Он пугал меня больше, чем я хотела бы признаться даже самой себе.