Бунтарка для властелина (СИ)
Вспомнив отца за работой, Райли тихо вздохнула.
— Прости, — Айрон немного стушевался. — Я не хотел тебя обидеть.
— Да иди ты со своей добротой, — она пихнула его в плечо, собираясь проскочить мимо. — Еще меня в собственном доме не держали!
В первый момент он хитро поддался, а потом резко прижал ее к стене. Лопатки вдавились в холодный камень, а свет перекрыла высокая фигура Айрона.
Райли почувствовала жар, исходящий от натренированного тела. Скрыв смущение, она вздернула подбородок, чтобы смело посмотреть в глаза.
В тени стали особо заметными ссадины на мужественном лице — явно следы драки. Они только подчеркнули, насколько помрачнел Айрон. Прижимая за плечи к стене, он немного наклонился.
— Значит, добрым я тебе не нравлюсь? — обычно мягкий голос сейчас напомнил шипение, вкрадчивое и опасное. — Хочешь по-плохому?
Райли почувствовала дыхание Айрона на своих губах. Сердце зашлось быстро-быстро, и она толкнула его в грудь. Без толку. Как по камню.
— Отпусти, хуже будет, — собственный голос показался слишком тонким. — Я — темный маг!
По ладоням пробежали маленькие черные искры. Райли собралась коснуться, чтобы предупреждающе кольнуть магией, но Айрон ловко перехватил запястья одной рукой.
— Ты — просто взбалмошная девчонка, из-за которой все может пойти коту под хвост, — он серьезно и напряженно посмотрел в глаза. — Надеюсь, у тебя в доме есть подвал?
— Тебе-то зачем? — буркнула Райли.
— Тебя запереть. И связать для надежности, — проворчал Айрон. — Или начнешь вести себя нормально?
— Не говори со мной так! Не маленькая!
Он со смешком ухватил за талию, легко отрывая от земли, как невесомую куклу. Руки освободились, и Райли возмущенно ударила его в грудь кулаками. Айрон, как ни в чем не бывало, поставил на ступеньку крыльца перед собой. Только так глаза оказались более-менее на одном уровне.
Райли почувствовала себя унизительно хрупкой и беспомощной. Она посмотрела исподлобья, уже думая, какой магический удар применить.
Айрон мягко взял за руки, глядя в глаза.
— Райли, мы во всем разберемся. Я тебе обещаю, — он слегка сжал ее ладони. — Просто, пожалуйста, ничего не делай в одиночку. Ты больше не одна, нравится тебе это или нет.
От последних слов Райли немного опешила. Тепло его рук вдруг показалось приятным. Надежным.
— А теперь пошли, — Айрон ухватил за локоть, заводя обратно в дом.
***
За окном почти отгорел закат. Ирен извелась, то и дело выглядывая на улицу.
«Не нужно было отпускать его одного», — мучила одна-единственная мысль.
Айрон тихо подошел со спины.
— Не накручивай себя, — он взял за руку. — Свяжемся как-нибудь с этим Миражом.
— Я не из-за… неважно, — выдохнула Ирен.
Взгляд скрылся за опущенными ресницами. Только Айрон уже догадался, почему она переживает.
— Генрих справится. Этот — живучая зараза, сама знаешь, — сказал он со смешком.
Послышался едкий стальной посвист. Ирен метнулась взглядом в угол, где сидела Райли. Расположившись в кресле, она принялась натачивать лезвие небольшого кинжала. В последних лучах солнца блеснули камни на рукоятке.
— Что ты делаешь? — Ирен заинтересованно подошла ближе.
— Этот кинжал отец сделал мне в подарок, — Райли продолжила натачивать оружие особенно яростно. — Настоящее серебро, против любой нечисти. Миражу тоже подойдет, хоть он и человек.
Пальцы зло сжались на рукоятке, украшенной мелкими сапфирами.
— Мираж наверняка просто исполнитель, — сказала Ирен. — Мстить ему бесполезно.
— А вы ищете именно заказчика? Или кого? Не по доброте же душевной ввязались, — Райли посмотрела в глаза.
Она слегка прищурилась, будто надеясь по взгляду прочитать мысли.
Обернувшись на дверь, Ирен подумала: «Все равно ждем. Хоть время скоротаем».
— Ты же слышала про темнодуш в Рении? — начала она. — Мы думаем, что это не случайность. Кто-то призвал их. И ему — точнее, ей, — принадлежал медальон с адуляром.
— Лунным камнем, — машинально уточнила Райли. — Это знак Нокты.
— Внутри — гравировка на талвийском, — продолжила Ирен. — А материал — ваше серебро. Значит, медальон сделал твой отец.
Повисло недолгое молчание. Губы Райли поджались в слабой грустной улыбке. Пальцы нежно погладили искусно ограненные камни на кинжале.
— Да. Он один соглашался на тонкую работу с талвийским серебром, — во взгляде проступило тепло. — Слишком оно привередливое.
— Мы приехали, чтобы спросить, кто заказал медальон, — сказал Айрон.
Райли кивнула, догадавшись, к чему он клонит:
— А Миража могли нанять, чтобы отец ничего не рассказал.
В этот момент открылась дверь. Ирен ринулась к Генри. Она резко остановилась в шаге, будто врезавшись в невидимую стену. Саму шокировало, что чуть не налетела с объятьями при всех.
— Ну, что? Получилось? — Ирен взяла Генри за руку.
Взгляд торопливо скользнул по его лицу и одежде, проверяя, все ли в порядке. Сердце сжалось от волнения.
— Да, — кивнул Генри. — Пришлось ждать, но Мираж назначил встречу. Он сам найдет нас. Завтра, на празднике.
Глава 72
Еще на рассвете с улицы начала доноситься музыка. День Солиса — самый длинный день в году — расшевелил даже мрачный серый Линнойт.
Ирен, Генри и Айрон отправились на главную площадь. Там к ним присоединилась Райли. Они вместе пошли вдоль ярких палаток с товарами и развлечениями.
Взяв Ирен за руку, Генри строго сказал остальным:
— Рядом не крутитесь, не привлекайте внимание. Спугнете — он затаится.
— Предлагаешь нам постоять в сторонке? — нахмурился Айрон.
Он поправил ножны на поясе. Стражники, кое-где приглядывающие за толпой, недовольно покосились на меч, но цепляться не стали.
— Можете изобразить влюбленную парочку, — усмехнулся Генри, кивнув на небольшой помост.
Там шла игра для пар. Ведущий — явно уже навеселе — нараспев читал загадки. Те, кто не угадывали, целовались в качестве «штрафа». Судя по веселому настроению, к победе и призу никто и не стремился.
Генри увел Ирен дальше. Они прошли мимо стола, где на скорость поедали пирожки. Чуть поодаль устроили выступление уличные артисты с дрессированными собаками. Под хлопанье толпы те принялись танцевать на задних лапах. Рядом с ними люди затеяли перетягивание каната. Одна из команд оказалась сильнее, и другие с хохотом повалились на землю. Учитывая типичное медвежье телосложение мужчин-талвийцев, удивительно, как не случилось землетрясение.
— И что я здесь делаю? — усмехнулся Генри.
Сейчас он выглядел обычным горожанином. Солнечные блики падали на волосы, чуть взъерошенные ветром, и те поблескивали, как вороново крыло. Черные брюки и простая рубашка облегали красивое тело. Шнуровка на воротнике была затянута не слишком туго. Так и манило провести пальцами по просвечивающимся ключицам.
Обвив шею Генри руками, Ирен склонила голову набок.
— Ты ведь тоже из простых, забыл? — на губах появилась игривая улыбка.
Генри придвинулся ближе, обнимая за талию. С помоста с музыкантами донеслась бойкая мелодия, но она осталась на фоне, стоило услышать бархатистый шепот. Хотя, скорее, почувствовать его на губах вместе с обжигающим дыханием.
— Осторожнее, — в голубых глазах заиграл легкий азарт. — Обычно, когда мне об этом кто-то напоминает, я бросаю наглеца в тюрьму.
— Но меня же ты простишь? — промурлыкала Ирен. — В честь праздника.
Неподалеку сошлись в танце пары. Музыка зашлась быстрее, замелькали пестрые наряды. А Ирен и Генри замерли друг напротив друга, и все вокруг потеряло значение.
— С одним условием, — хитро заявил он. — Подаришь мне танец?
Его пальцы мягко сомкнулись на ее запястье. Генри запечатлел короткий поцелуй на линии вен. Губы коснулись чутко и трепетно, пульс сразу сбился. К щекам Ирен прилил легкий румянец, но похоже, никто из окружающих не обратил внимания. А Генри прошептал, почти задевая нежную кожу: