Легенда о смерти (СИ)
— Готьер? — удивлённо вскинула она чёрную бровку.
— Ну, да, — заторможено кивнула я, — он принёс папку с документами мне, когда мы только начали работать и показал руны. Точнее слепок воспоминаний, который успел передать шпион, перед тем как его раскрыли и убили. Так что теперь мы знаем, как выглядит руническая вязь главы Тёмного ордена. Просто несказанно повезло.
— Погоди, это чушь собачья, — покачала головой мать, — у каждого главы, наследника или претендента, она своя. И если ты на снимках памяти видела именно руны Антона, то эти мелкие паршивцы затеяли какую-то свою игру, которую от меня скрыли.
— Что ты хочешь этим сказать? — я оторвалась от маминой груди и заглянула ей в глаза.
— Сейчас во всей Москве есть три человека, которые знают, как выглядит вязь на плече и спине Антона, — тихо сказала маркиза. — Сам Антон, как её носитель. Я, как доверенное лицо и его наставник. Саша, как единственный из оставшихся Готьеров и хранящий покой родины. И получается, ты… А так быть не должно. Это перебор по хранителям столь щепетильной тайны.
— Погоди, а почему Саша в этом списке? — ошарашенно переспросила у неё.
— Родная, ты на самом деле считала, что подобное проворачивается без ведома будущего главы МВД? — сверкнула матушка очами. — Да я этих придурков едва смогла угомонить, когда ты ушла из дома, хлопнув дверью. Они рвались запереть тебя в поместье Волконских, тех все равно до следующего сезона в стране не должно было быть. Так что да, кто-кто, а они прекрасно друг с другом общаются, чтобы там не говорили. Но лучше подыгрывай и не показывай даже взглядом, что в курсе этой маленькой и пикантной тайны.
— Почему? — моему удивлению не было предела.
— Потому что я тебе по своему опыту говорю, — рассмеялась мама, — как только Стас и Энтони поняли, что я раскрыла их нежно скрываемую тайну и поняла, что они хорошо и плотно дружат за пределами России, то меня три дня из спальни не выпускали. Я не уверена, что у вашей триады такие же тараканы, но что-то мне подсказывает, не словами они убеждать тебя будут, радость моя, не словами.
— Я конечно, встречалась с ними обоими в школе, но никогда не представляла нас троих в одной постели, — помотала головой и отпила ещё вина, — хоть девочки и поговаривали, что подобное происходило на вечеринках, но я не придавала слухам значения. ну нафантазировал кто-то страстный секс с двумя главными красавчиками школы, так в семнадцать и не так от гормонов фантазия разыграется.
— Бедный ты мой котёночек, — с сожалением протянула мама, — тебе ещё так много предстоит узнать. вот говорила тебе, выйди замуж за юнца, сломай его под себя и живи счастливо. А теперь все, поезд ушёл. Суши весла, милая. Начинается взрослая жизнь.
— Мамуль, ты же будешь рядом со мной? — подняла я очи на женщину.
— Конечно, любимая, — потрепала она меня по голове, — чтобы не случилось, какие бы беды тебя не настигли, мамочка всегда будет рядом.
— Мама, — я бросилась к ней в объятия.
— Поплачь родная, будет легче, — прошептала матушка, укачивая меня в своих объятиях. — Мы обязательно со всем разберёмся. Просто никогда больше не перечь мамочке.
— Хорошо, — шмыгнув носом, прижалась ещё плотнее. — Никогда…
— Вот и славно, — усмехнулась маркиза, — засыпай, а я посижу с тобой.
Глава 9. Шаг в прошлое
Утро началось с приятного аромата кофе и поджаренных яиц. Матушки уже в квартире не было, но приятный осадок остался. Я всегда считала её легкомысленной, доступной и местами глупой. Правда о таких подробностях вечно весёлой и ненормальной маркизы, не догадывалась. Управлять секретариатом, королём-регентом и дёргать мир за ниточки. Такого поворота сюжета я никак не ожидала. По крайней мере, теперь все встало на свои места, и я смогла выдохнуть с облегчением. Мир не сошёл с ума, просто я немножко о нем не знала.
Умывшись и почистив зубы, я завернулась в шёлковый халат, пропахший мамиными духами, и спустилась вниз. Проводник, в виде тонкого браслета с драгоценными камнями, я решила не снимать даже ночью. Каким бы гением не была мадам, но мой дед был ещё гениальнее. Фамильные драгоценности, которые в детском саду я раздала подружкам, благополучно вернулись в сокровищницу. И только в тринадцать я узнала, что каждая из безделушек — универсальный магический проводник, призванный защитить род Ольхонских. Так что стыдно мне за детскую выходку было втройне.
Начав завтракать, я подтянула к себе телефон, о котором вчера благополучно забыла и начала пролистывать сообщения. Ничего интересного в них не было. Так что я уже хотела заблокировать экран, как от Элаизы. Открыв сообщение, я жадно вчиталась в строки и тихо застонала. Ссылка, скинутая моей подругой, или уже не совсем подругой, вела на знаменитый журналистский сайт, который первым публиковал все самые скандальные светские сплетни и хроники событий. Мне подобное уже заранее не пришлось по вкусу. Но я рискнула и нажала на ссылку, вызывая всплывающее окошко в поисковике.
«Сенсационные новости! Это просто невероятно! Война МВД и МИД вышла на новый уровень. Вчера в обеденное время, у здания МВД центрального района по борьбе с преступностью, был замечен Антон Трупников. Мужчина, вошедший туда, как идеальный секс-символ с обложки модного журнала, покидал его в растрёпанном и замученном виде. Что молодой наследник миллиардной корпорации и глава отдела по связям с Азией, делал в отделе по борьбе с организованной преступностью, установить не удалось. Охрана и полиция внимательно следили за тем, чтобы журналисты не получили допуск к сенсации. Неужели, от нас скрывают преступную махинацию и самый завидный жених России, на деле коррумпированный чиновник, пользующийся своими связями и привилегиями, для получения выгоды? Внимательно следите за новостями! Ольга Шерстикова, „РТР-Волга“.»
Я резко перевернула телефон экраном вниз, не желая больше видеть эту тарабарщину. Как-то противно на душе стало и мерзко. Словно я была виновницей всех неурядиц и проблем в этом мире. Головой-то я понимала, что ничего подобного не совершала, но воспоминания вчерашнего дня заполняли голову. Я сопоставила все факты, «от» и «до» проработала в мозгу ситуацию и с отчаянием осознала. Все, что произошло, было настоящим кошмаром. Моя жизнь оказалась под угрозой и все началось с того, что двойник моего покойного отца, передал мне какое-то заклинание, память о котором заблокирована. Из-за чего размеренное течение времени, полетело кувырком!
Воспоминания, о шкатулке Агафельсис, были чёткими, ясными и понятными. Пожилой мужчина, татуировки по телу, знак принадлежности к ФСБ. И дальнейшие издевательства надо мной. Но вот воспоминания о разговоре Антона с матерью и наша дальнейшая беседа, были скомканы в одно пятно. Отвратительно мутные и смазанные, перемешенные кусочки мозаики. Даже тогда я понимала, что не могу допустить того, чтобы в полиции узнали о их связи. Криминалисты лишь разводили руками и злились, еле скрывая раздражение. Ведь то, что нельзя было восстановить, было правдивыми воспоминаниями. Точнее, они не знали способа, как исказить память и сделать это незаметно для других. Но я Ольхонская, я знала…
А теперь, сидя на своей собственной кухне, я могла лишь скрипеть зубами. Ведь даже сдай я сейчас воспоминания о нападение, то они увидят точно такую же перестроенную муть. Мало того, что на мне не было очков, так я ещё не могу им показать факт нашего вполне тесного общения. Изначально не узнав школьного любовника, все же десять лет, большой срок, я побоялась за мать. Но чем дальше запутывался клубок страстей, тем отчётливее я понимала, что влипла действительно не на шутку. И выхода из сложившейся западни я не находила, как бы не пыталась отыскать. Ведь опасность представляли даже свои… Кто друг, а кто враг? Не разобрать!
Можно ли испортить себе жизнь за один вдох? Порушить все, что так долго и кропотливо выстраивала? Теперь я точно знала ответ: да! Ведь сил у на сопротивление у меня не осталось, я ощущала себя разбитой и сломленной, словно кто-то вытащил из моего тела каждую косточку, распилил её и вставил обратно. Я рухнула на диван и прикрыла глаза. Надо было отвлечься, хоть как-то выкинуть из головы все дерьмовые мысли. Я таращилась в потолок, желая затуманить поволоку воспоминаний. Но все, что я могла — думать, вспоминайте. Его… Последний раз я видела Антон на выпускном в мае. Перед экзаменами…